То время с тобой - Анна Джолос

— Что если я останусь? — неожиданно спрашивает, дотрагиваясь до ручки.

— Но это ничего не изменит, так ведь? — уточняю. Просто лишний раз хочу убедиться, что всё правильно понял.

— Нет, но я хочу быть с тобой сегодня, — признаётся она, глядя куда-то в пол.

— Только сегодня, — горько повторяю я.

Хочется узнать зачем ей это надо, но я почему-то опять молчу. Пропускаю волосы сквозь пальцы и не верю в то, что она мне предлагает.

С одной стороны, всё предельно ясно. Это физиология… Нас влечёт друг к другу неотвратимо, даже не смотря на поганые обстоятельства.

Но с другой… есть ощущение того, что это неправильно. Что лучше бы она ушла из гостиничного номера прямо сейчас. Моя Роуз так бы и сделала.

Во мне будто борются два человека. Один жаждет видеть её в своей постели, а второй — выставить вон за дверь. Однако, это равносильно тому, что поставить перед голодающим любимое блюдо и поинтересоваться ненароком, не желает ли он его съесть…

К чёрту…

Роуз

Утро. Ранее. Холодное и по-настоящему осеннее.

Он против, но я всё равно провожаю его на рейс. Если бы знала, что будет так больно, то послушала бы его совета…

Иду чуть позади и пытаюсь держать себя в руках. Сажусь в зале ожидания и жду пока он пройдёт регистрацию.

Смотрю, не отрываясь.

Запоминаю.

Каждую деталь.

Каждый жест.

То, как он небрежно запускает пятерню в волосы, чуть взъерошивая их… Недовольно разглядывает очередь и нетерпеливо покручивает часы на запястье в своей излюбленной манере.

Глупо было предполагать, что эта ночь принесёт спокойствие и ясность. Всё стало только хуже, но я не могла уйти от него вчера. Просто не могла и всё! Не пыталась себя переубедить. Сердце ныло и трепыхалось в груди. Всё, чего я хотела — побыть с ним ещё немного, оттянуть момент разлуки, как бы по-идиотски это не звучало. И да, я зачем-то хотела почувствовать, что ему так же плохо и больно как мне…

В какой-то момент мне показалось, что он рассмеётся мне в лицо. Считай, предложила ему себя. Нужно ведь называть вещи своими именами. Смотрел так странно, будто разочарован, а я не знала куда деться от стыда. Готовая бежать, дёрнула было ручку, но его грубый голос меня остановил.

Подошёл, снова повернул ключ. Глотая слёзы, уткнулась в его плечо, зажмурилась так сильно, что круги замелькали перед глазами.

И осталась с ним.

Этой ночью всё было по-другому. Как будто мы оба знали, что утро наступит — и навсегда украдёт нас друг у друга.

Сгорала от жажды и захлестнувших чувств, что накрыли меня с головой. Рассыпалась на части от его поцелуев и дрожала под ним от боли и наслаждения. Ловила каждый выдох и взгляд, который опалял мою кожу. Прикасалась к нему сама. Так смело, как никогда прежде. Целовала: жарко, неистово, отчаянно. Словно хотела сказать ему: люблю! Но с губ это слово той ночью так и не слетело.

Позже, молча, курил у окна, а я беззвучно заливала слезами подушку и тихо молилась о том, чтобы не наступил рассвет…

— Мне пора, — его голос вырывает меня из воспоминаний.

Встаю, не в силах поднять на него глаза. Прижимаюсь щекой к груди и слушаю, как бьётся его сердце. Он раздражён с самого утра и явно не собирается изображать из нас пару.

Отодвигает от себя и молча изучает моё лицо.

— Иди, — будто в бреду говорю я, избегая встречаться с ним глазами. — Я в порядке.

Кивает. Делает шаг, но потом оборачивается.

Я едва дышу, с силой вцепившись ногтями в ладони.

— Береги себя, Роуз…

Вот и всё.

Замерла посреди шумного зала. Справа как назло воркуют влюблённые: парень и девушка прощаются, громко признаваясь друг другу в чувствах. Он обещает, что будет ждать. А я не могу ни видеть их, ни слышать.

Ухожу прочь, не разбирая дороги. Даже и не помню, как добралась до тренировочной базы. Словно в бреду: остановка, автобус, толпы людей и я с кровоточащим сердцем.

Бернс при виде меня хмуро поджимает губы и командует, чтобы к дневной тренировке пришла в норму.

Забираюсь в постель и переживаю эти сутки заново. Нарочно будто кожу сдираю, чтобы стало ещё больнее.

Ворочаюсь, уснуть мне так не удаётся. Достаю телефон, листаю фотографии. Понимаю, что не могу смотреть…

Захожу к Исайе на страницу. Вдруг увижу кого-нибудь из ребят. Меня гложет чувство вины, но я всё же надеюсь, что они меня поймут. Хотя бы Дженнифер… Она ведь всегда меня понимала.

Из короткого разговора с Картером я узнала, что Рид на тренировочной армейской базе, а Дженнифер отправилась проходить конкурс в школу искусств. Прошла или нет неизвестно, но из Сан-Франциско она так и не вернулась. Надеюсь, что у неё всё будет хорошо.

Взгляд цепляется за недавние сообщения в ленте:

«Правда, что труп Сандерс нашли у тебя в доме?»

«Исайя, она реально вены порезала?»

«Кое-кто был с ней наверху, а потом её обнаружили в ванной»

«Народ, да жива она, сглупила девчонка»

Чей-то ответ.

Я резко сажусь на кровати и перечитываю ещё раз. Она сделала это из-за Картера?

Невольно обращаю внимание на число. Это случилось три дня назад. Меня пронизывает неприятное чувство страха и холода. Значит ли это, что она знала о его отъезде и хотела остановить?

Господи… Она ведь могла… умереть.

Ухожу в душ, пытаясь унять тревожность. Он ничего не упоминал об этом, зато невзначай сказал, что она предлагала ему поехать в Лос Анджелес вместе с ней.

Мысли снова возвращаются к Хейли. Я поражена её поступком. Она была готова проститься с жизнью… От отчаяния? Боли?

Рядом с ней ему самое место. Так говорит мне мой внутренний голос. Она подходит ему, и почему-то, кажется, что такая девушка как Хейли, готова пойти ради него на всё. В отличие от меня…

*********

Дни сменяют друг друга, и я стараюсь забыть… о счастливых днях в Блу Бэй и о том, что мы с Картером расстались.

Тренируюсь до седьмого пота, до изнурения. Бернс доволен и даже вроде как начинает за меня переживать, что вообще для него нехарактерно. Пытается вывести меня на разговор о жизни, но я лишь фыркаю и молчу.

Стараюсь вникнуть в учёбу, но толком ничего не выходит. Я разбита и словно выбита из колеи.

Несколько дней спустя, мне приходит сообщение. Незнакомый номер, в контактах его нет. Чёрт меня дёрнул его открыть.

«Не мешайся больше у нас под ногами»

Вижу прикреплённое фото — и всё обрывается внутри.