Спичка - Сьюзен Элизабет Филлипс

Мужчины затащили игровой аппарат с «Победителями» в офис рядом со складом, затем включили его в сеть и проверили пульт управления, чтобы убедиться, что аппарат еще работает. Когда Пейджи зашла в офис, она увидела, что сестра была уже там. Сюзанна старалась держаться как можно дальше от мужчин, не выходя в то же время из комнаты. Она выглядела потрясенной, словно здесь действительно решалась ее судьба.

Хотя Сэм с Янком и говорили, что никто не умрет от разрыва сердца, Пейджи, переводя взгляд от сестры к Янку, начала в этом сомневаться. Она чувствовала, что умирает. Она любила их обоих и должна была найти в себе силы больше не видеться с ними. Результат видеоигры, может, и не имел, с точки зрения Сюзанны, никакого значения, но сам этот факт наносил по выстроенному Пейджи миру грез сокрушительный удар.

В течение последних шести недель, с той самой ночи, когда Сюзанна чуть не умерла, Пейджи молила Бога помочь разлюбить Янка, но всякий раз при встрече с ним сердце ее переполнялось радостью. Она была счастлива просто находиться с Янком в одной комнате, дышать с ним одним воздухом и упиваться видом его милого, дорогого лица. Ей хотелось провести рядом с ним каждую секунду оставшейся жизни. Иметь от него детей, стирать его одежду, ухаживать за ним во время болезни. А когда они состарятся, Пейджи хотелось сидеть рядом с ним в кресле-качалке и держать его за руку. Она мечтала умереть вместе с Янком и быть похороненной рядом с ним; она поверила в вечную жизнь, мечтая о том, чтобы их души навсегда остались вместе. Янк был единственным человеком, вносившим умиротворение в самые глубокие, сокровенные уголки души Пейджи.

Теперь же независимо от результата этой идиотской видеоигры ей надо было смириться с тем, что Янк никогда не будет ей принадлежать. Он любил сестру, и Пейджи должна убраться с их пути. Ей никогда не забыть весь ужас того, что Сюзанну чуть не убили, а чувство вины за чрезмерное доверие Кэлу стало для Пейджи непомерным грузом. После той ночи Сюзанна стала ей еще дороже. Да и не только ей. Янк неотступно следовал за Сюзанной, словно сторожевая собака. При виде сестры в глазах Митча появлялась тревога. Бедный Митч! После той трагедии он стал еще серьезней. Он почти не улыбался и неделями не заглядывал домой. Единственным его пристанищем была работа.

При приближении Пейджи на губах Сюзанны появилась вымученная улыбка.

— Я думала, ты ушла домой.

— Нет. Нет, я пока останусь здесь, — ответила Пейджи.

— Это какое-то безумие, да? Они оба сошли с ума.

— Тогда почему ты на все это смотришь?

— Из-за Янка. Я не могу… не могу понять, зачем он это делает.

— Потому что он любит тебя. — Слова застревали у Пейджи в горле, словно большие куски хлеба. Сюзанна покачала головой:

— Это неправда. И Янк знает, что Сэм выиграет. Почему он пытается толкнуть меня обратно к Сэму? Я не вернусь, Пейджи. Что бы там Янк ни говорил и ни делал. На этот раз у него ничего не получится. Я ни за что не вернусь к Сэму!

Пейджи в оцепенении кивнула. Она даже представить себе не могла женщину, которая предпочла бы самонадеянного жеребца вроде Сэма такому чудесному мужчине, как Янк.

Включенный аппарат с «Победителями» начал издавать короткие звуковые сигналы. Сэм расстегнул запонки и закатал рукава своей белой рубашки.

— Сыграй-ка ты, дорогой партнер, для начала тренировочную игру. Чтобы потом не говорили, что я не дал тебе никаких шансов.

Янк смотрел на пульт управления игрой с отвращением.

— Не стоит. Я не люблю играть в эту игру, Сэм.

Сэм похлопал его по спине:

— Ну и упрямое же ты дерьмо, парень. Это ведь твоя затея.

«Победители» была самой сложной из первых игр с мишенями. Она содержала в себе в миниатюре историю вооружений от каменного века до атомного. На первом экране первобытные люди бросали камни в маленькие четвероногие создания, уворачиваясь в то же время от ударов молнии. На втором и третьем экранах шла уже стрельба из луков по бегущим противникам, а затем из ружей по отрядам солдат, ведущим ответный огонь. На последнем экране появлялись движущиеся очертания города. Игроки управляли самолетом, сбрасывавшим бомбы на маленькие цели, и в то же время самолет беспорядочно обстреливался снарядами. Если игроку удавалось выжить на всех экранах, появлялось грибообразное облако взрыва вместе с окончательным счетом и сообщением:

ПОЗДРАВЛЯЕМ! ВЫ УСПЕШНО СТЕРЛИ С ЛИЦА ЗЕМЛИ ЦИВИЛИЗАЦИЮ.

И ЧТО ВЫ ТЕПЕРЬ СОБИРАЕТЕСЬ ДЕЛАТЬ?

Это сообщение действовало на всех ошеломляюще.

Сэм стоял перед аппаратом в брюках и белой рубашке с расстегнутым воротником и отпущенным узлом галстука, и Сюзанна вспомнила все те ночи в ресторане «Мом энд Поп». Ресторан превратился теперь в вегетарианский под названием «Счастливая зелень». Они уже не бывали там много лет.

— Ну все, я готов, — сказал Сэм. — Выигрывает тот, кто наберет больше очков. Бросим жребий, кому начинать.

— Начинай ты, — мрачно сказал Янк. — Раз ты готов, то можешь играть.

Сэм размял пальцы и бросил Сюзанне нахальную ухмылку. Затем повернулся к аппарату:

— Вперед, детка! Не подведи меня.

Пейджи ничего не могла с собой поделать. Она подошла ближе и стала наблюдать за игрой. Сюзанна, казалось, была уверена в победе Сэма. Может быть, когда это случится, внутри Янка что-то переключится… Может, он разлюбит Сюзанну и полюбит ее. Может быть, они поженятся и заживут в Фалькон-Хилле…

А может, и коровы будут летать во время их свадьбы!

Сэм Гэмбл был первоклассным игроком в видеоигры — в этом ему нельзя было отказать. Он полностью сосредоточился на экране и пульте управления, и, казалось, ничто было не в состоянии его отвлечь. Когда он безжалостно и стремительно проходил первые три экрана, на лоб ему упала прямая прядь черных волос. Машина издавала звуковые сигналы. Они раздавались все чаще и чаще. Сэм расправлялся с последним экраном. Руки, лежащие на пульте управления, напряглись. Летели снаряды, падали бомбы. Лицо его пылало от возбуждения.

Сэм издал победный клич.

На экране появилось грибообразное облако и результат Сэма. Он набрал 45 300 очков из 50 000.

Сэм повернулся к Янку и ухмыльнулся:

— В лучшие дни я набирал по сорок восемь тысяч, но и сейчас, я думаю, мне не стоит жаловаться.