Морально противоречивый - Вероника Ланцет

Улыбка кривится на моих губах, когда я на мгновение подыгрываю ему. Открыв рот, я ловлю его палец и кусаю.

Сильно.

Так сильно, как только могу.

А он даже не реагирует.

— Сиси, Сиси, — укоряет он, — моя дорогая Сиси, я вижу, как в твоей голове крутятся колесики, пытаясь найти выход. Поверь мне, его нет. Я не хотел этого делать, — драматично вздыхает он, — но, похоже, придется.

Я хмурюсь, его театральность уже утомляет меня.

— Или ты выходишь за меня замуж сейчас, или я буду вынужден сделать что-то более... радикальное. Например, взорвать бомбу в твоем доме. А что, твой брат и его семья, а также твоя сестра уже должны быть там...

Мои глаза расширяются, когда его губы растягиваются в улыбке.

— Ты бы не...

— О, но я бы сделал, — отвечает он, и это фальшивое очарование стекает с его слов.

И вот так он снова становится тем Владом, которого я знаю. Бесчувственный, беру то, что хочу, Влад, который, кажется, вбил себе в голову, что женится на мне.

И я знаю, что он выполнит свою угрозу.

— Пусть будет так, — отвечаю я, натягивая на свои черты маску безразличия.

Потому что он может угрожать моей семье, и он может подумать, что это просто игра. Но я не собираюсь уступать ему — никогда больше. Я могу подписать свое имя в свидетельстве о браке, но это все, что он от меня получит.

Даже не дожидаясь его ответа, я вырываюсь из его объятий, иду к священнику и делаю то, что велел Влад — улыбаюсь, говорю «да» и подписываю проклятую бумагу.

— Желаю вам всего наилучшего, мистер и миссис Кузнецовы, — говорит мужчина, уходя, и на его лице написано огорчение.

И тут мы остаемся одни.



Между нами расстояние в один фут. Мы оба смотрим друг на друга, наше дыхание вырывается короткими рывками.

Он выглядит на грани атаки, и мне приходится заставлять себя не убегать, воспоминания о его последней вспышке все еще свежи в моей памяти и на моем теле.

Мой взгляд перемещается по нему, что я бы назвала своим первым тщательным осмотром с тех пор, как снова увидела его. На нем, как всегда, костюм. Военно-морской с белыми полосками, формованный материал ничего не отвлекает от его сильных бедер или мощных рук. Нет, наоборот, он только еще больше подчеркивает его мускулистые конечности, и на мгновение я задумываюсь, не стал ли он еще больше.

Его шея напряжена, вены выступают, когда он пытается регулировать дыхание, его глаза устремлены на меня, не двигаясь.

Он увидел свою добычу и готов наброситься. И точно так же мои ноги готовы унести меня от него.

Напряжение сильное, а осознание еще хуже, когда я чувствую, как мое тело реагирует на его близость. Можно подумать, что после того, как меня чуть не изнасиловали до смерти, у меня не будет желания попытать счастья во второй раз, но, поскольку мы, кажется, нашли ритм в нашем дыхании, подражая друг другу, я обнаружила, что мое тело не любит слушать.

Оно уже готово к большему - к насилию, к крови и разрушению.

И я ненавижу это.

Ненавижу, что он взывает к той первобытной части меня, которую я всю жизнь пыталась похоронить. Я ненавижу то, что, хотя мой разум знает, что он легкомысленный и предатель, мое тело не может осознать опасность, которую он представляет для всего моего существа.

— Зачем ты привел меня сюда, Влад? В какую игру ты сейчас играешь? — спрашиваю я, сузив на него глаза.

Он так напряжен, что я вижу очертания его мышц сквозь материал костюма. Его глаза не отрываются от моих, когда он делает шаг вперед. И еще один.

И тогда я делаю один шаг назад.

— Тебе скучно? Это все? — спрашиваю я, отступая дальше в комнату.

Я бы не хотела, чтобы он меня так пугал, но одно его присутствие затмевает все вокруг.

— Влад! — кричу я, повышая голос. — Что, черт возьми, с тобой не так?

— Что, черт возьми, со мной не так? — Он оказывается передо мной прежде, чем я успеваю моргнуть. — Что, по-твоему, со мной не так, Сиси? — ухмыляется он, его рука тянется к моим волосам, распутывая мою прическу, пока пряди не падают мне на плечи.

— Не трогай меня, — отмахнулась я от его руки.

— Да ладно, Дьяволица, не говори мне, что ты не скучала по моим прикосновениям, — тянет он, его обходительный голос действует на меня, даже когда я пытаюсь сохранять стоическое спокойствие.

— Нет. Не могу сказать, что скучала, — резко отвечаю я, пытаясь избежать его блуждающих рук.

— Лгунья, — шепчет он, наклоняясь ближе, чтобы вдохнуть мой запах. — Ты не обманешь меня, Сиси. Я чувствую, как твое тело жаждет моего. — Его палец проводит по лифу моего платья, и, хотя от этого у меня немного перехватывает дыхание, но это не отменяет того факта, что я имею дело с роботом, переодетым в человека.

Поймав его палец, я сбрасываю его со своего тела.

— Я сказала, не трогай меня, Влад. Я серьезно. Ты мог угрожать моей семье, чтобы заставить меня написать свое имя на свидетельстве о браке, но ты давно упустил свой шанс, — говорю я ему, мой тон серьезен. — Что случилось? Тебе стало скучно, и ты решил снова поиграть с бедной монашкой? И все? — Я изо всех сил стараюсь держать свой голос под контролем, но само его присутствие в сочетании с его наглостью заставляет меня хотеть вцепиться ему в лицо.

— Сиси, ты разбиваешь мне сердце, — шутит он, беря мою ладонь и прикладывая ее к своей груди. — Видишь, как оно бьется для тебя? — плавно спрашивает он, кривясь в улыбке.

На мгновение - очень короткое, но неловкое мгновение - я чувствую его сердце и пытаюсь понять его удары. Но это лишь мгновение, прежде чем я осознаю собственную слабость и отталкиваю его.

— Ты с ума сошел, — качаю я головой, убежденная, что у него, должно быть, случился какой-то психический срыв.

Почему он ведет себя так, будто ничего не произошло? Как будто он