Ублюдок, притворись моим парнем...Книга 2 - Екатерина Юдина

— Какой же ты мудак, — я вскрикнула и пробормотала эти слова, когда Флавье силой заставил меня прогнуться в пояснице. — И часто ты насилуешь девушек? Никто по своей воле спать с тобой не хочет, вот ты и принуждаешь? — зачем я говорила эти слова? Этого я тоже не знаю. Наверное, лучше было бы замолчать и не злить еще сильнее Леон-Гонтрана, но я так сильно нервничала, что просто не могла уследить за своим языком.

— Ты не девушка. Ты шалава, — я не видела лица Флавье, но услышала в его голосе раздражение. — Шалава, которая уже почти месяц мне мозг выносит.

— Так не трогал бы меня, раз я мозг тебе выношу, — я прошипела эти слова, хотя мысленно у самой себя поинтересовалась, когда это я мозг ему выносила? Да, было несколько раздражающих для Флавье моментов, но не более того. — Я же в последнее время только и пытаюсь, что отстраниться от тебя! Разве это не хорошо для тебя? Я же больше не буду тебя раздражать…

— Я же сказал, что ты мне нужна не для того, чтобы разговаривать, — Леон-Гонтран ненадолго отстранился и я услышала, как открылась прикроватная тумбочка и что-то зашуршало. С огромным трудом я повернула голову и увидела, что Флавье открывал упаковку от презерватива.

Я предполагала, что Флавье предпочитал не просто обычный секс. Ему нравилось подчинять и вести извращенные, грубые игры с девушками, но в ту ночь, он решил перейти сразу к делу.

В тот момент, когда Леон-Гонтран вновь оказался позади меня и его руки легли на мою поясницу, заставляя еще сильнее прогнуться, я подумала о том, что мне ужасно не везло. Первый раз был с каким-то психопатом, а второй с садистом. При чем, оба раза происходили против моей воли. Хотя, все эти размышления были сущей нелепостью, которую я использовала для того, чтобы отвлечься, ведь, несмотря на то, что я не видела Флавье, против воли прислушивалась к каждому его движению и вздрагивала от любого его прикосновения. Уже вскоре он должен был взять меня и от понимания этого я жутко нервничала.

Леон-Гонтран больше не медлил. Сжимая мою попу ладонями, он сделал первое резкое движение и начал входить в меня. Такая невыносимая боль и жутко непривычное ощущение. Эти грубые движения, с которыми Флавье все глубже входил внутрь, вызывали у меня крупную дрожь и срывали с губ болезненные стоны. В тот момент мне стало еще более страшно.

Я подумала, что чудо существует, ведь Флавье внезапно остановился. Он склонился надо мной и прислонился своим лбом к моему плечу, после чего прошептал непонятные для меня слова.

— Не может быть, — хриплый, практически неразличимый шепот послышался над моим ухом.

Неожиданно для меня Леон-Гонтран развязал мои руки. Нет, он не собирался меня отпускать. Парень просто перевернул меня на спину, после чего раздвинул мне ноги и, придерживая их под коленями, вновь вошел.

В прежней позе мне было жутко неудобно и больно, но я предпочла бы до конца быть к Флавье спиной, ведь теперь, во время того, как парень продолжал грубо входить в меня, я его видела и это вызывало совершенно другие эмоции и ощущения.

Этот период ночи я помнила плохо, ведь Леон-Гонтран делал со мной то, от чего эмоции сплетались с мыслями и плавились, оставляя в голове кромешную пустоту. В моей памяти хорошо отобразился лишь жар, который уже вскоре захватил все тело и унял боль. Чувство наполненности и распирания, возникшее в тот момент, когда Леон-Гонтран был во мне, так сильно веяло какой-то очень непривычной мне завершенностью.

Все это было так дико. Сплошное сумасшествие. Флавье был грубым и жестким. Ему уже вскоре надоела эта поза и он поставил меня в другую, а потом в третью. Леон-Гонтран вновь причинял мне боль, но за ней всегда следовало приятное покалывание, в разы приумножающие те ощущения, которые мне давал сам секс. Да, по сути он развлекался и просто пользовался мной. Имел, как хотелось и совершенно не думал о том удобно ли мне в этот момент. И, черт, я мысленно возненавидела Флавье и себя в том числе, за то, что вопреки такому отношению и самой ситуации я получала от этого всего ранее незнакомое мне удовольствие. Это были те ощущения от которых можно было потерять голову.

В ту ночь Флавье два раза довел меня до грани и оба раза я полностью терялась в ощущениях из-за чего сквозь стоны просила парня остановиться, ведь понимала, что больше не выдержу, но он и дальше продолжал входить в меня глубоко, жестко и грубо. Когда он закончил, я уже была без сил и практически вообще не соображала, но следующие слова Флавье я расслышала хорошо.

Парень тогда оттолкнул меня, из-за чего я упала на кровать, словно безвольная кукла, а он сам куда-то ненадолго ушел. Когда Флавье вернулся, он сел на кресло и подкурил сигарету.

— Почему ты не сказала, что девственница? — поинтересовался парень, сделав первую глубокую тягу. — Вернее, как так получилось, что ты шляешься со всякими парнями, но до меня тебя еще никто не ебал? Говоришь всем, что лапать можно, а вставлять нельзя?

— Что? — я оперлась на подрагивающие руки и приподнялась. — О чем ты говоришь? Я не девственница, — Флавье меня изнасиловал и еще кидал издевки этими словами, из-за чего, вопреки моему измотанному состоянию, я вновь начала сильно злиться и мысленно проклинать этого подонка. Как же сильно я его ненавидела. Вот всей душой презирала и больше всего на свете хотела больше никогда его не видеть.

— Ты думаешь я не пойму, когда девушка девственница? Я тебе сегодня целку сбил

— Леон-Гонтран наклонил голову набок и вновь поднес к губам сигарету. — Правда, я не понимаю, какой тебе смысл врать об этом.

Я прикусила губу и качнула головой. Спорить с Флавье я не хотела. Более того, я не желала его видеть и, тем более, находиться в квартире Леон-Гонтрана. Да, нам было о чем поговорить. Например, о том, почему он избил Камиля, но все это мне уже казалось не важным. В тот момент я ощущала себя такой никчемной и попользованной, что единственным моим желанием было просто уехать к себе и ближайшее время не выходить из общежития.

— Думай, что хочешь, — я фыркнула и села на край кровати, краем глаза замечая на простыне несколько капель крови. Это кольнуло сознание и взбудоражило мысли, но не изменило мое желание поскорее покинуть эту квартиру. — Ты получил то, что хотел. Больше не подходи ко мне, — когда я говорила эти слова, меня буквально трясло, но я почему-то не смотрела на Леон-Гонтрана, хоть и чувствовала его взгляд на себе.

— Куда ты собралась? — поинтересовался парень, когда я встала с кровати. — Я еще не получил то, что хотел. В ближайшие дни ты из этой квартиры не выйдешь.

— Ты с ума сошел? — я замерла на месте и на ватных ногах повернулась к парню. Да мне и одного раза с головой хватило о каких нескольких днях он говорил?

— То, что я у тебя первый, ничего не меняет, — сказал Флавье, струсив пепел с сигареты в пепельницу. — Ты принадлежишь мне, но в последнее время, ты бегала от одного парня к другому. Стоит мне только отвернуться, как ты опять будешь с кем-то другим. За эти пару дней я сделаю так, что ты ни на кого другого и посмотреть не сможешь. А если после этого увижу тебя с другим, будь уверена, пущу по кругу.