Плати за ошибку, Бес! - Олеся Егорова

Всё решила судьба, или случай, не знаю, кто из них. Телефон в сумочке завибрировал, и на дисплее снова увидела номер Дэвида. Нашла глазами вывеску с изображением значка женского туалета, и ринулась туда, но в последний момент Бес остановил меня, схватив за запястье.

— Куда? — Рявкнул так, что я буквально подпрыгнула на месте.

— В туалет. Не нужно меня провожать. — Посмотрел на меня ещё несколько секунд, а затем, словно кивнув собственным мыслям, отпустил.

Путь мой проходил не только через зону столиков, но и через небольшую танцевальную площадку, где столпилось несколько девиц, в вызывающе дешевых и открытых платьях, а по краям, скрестив руки на груди, стояли мужчины.

— Эй, малышка. А ну-ка иди сюда. — Высокий, смуглый парень лет тридцати, потянул меня к себе за плечо, да так резко, что буквально припечатал меня к себе. В нос ударил запах перегара, табака и пота, а в желудке всё перевернулось в желании рвануть наружу. Я попыталась выбраться из его хватки, но не смогла, а в памяти всплыли уроки самообороны, что мы проходили ещё на первом курсе университета. На самом деле защититься достаточно просто, если у тебя есть каблуки. Удар по ступне, а затем коленом в пах. А вот дальше начинается самое интересное. Дальше нужно бежать, и вот здесь уже каблуки играют дурную роль. Но не в моём случае. Пока неудавшийся кавалер корчился от боли в яйцах, я успела забежать в туалет, и запереться изнутри. Дэвид уже не звонил, но я перезвонила сама.

— Элена. — Моё имя он произнёс как-то растянуто, не свойственным ему тоном, и это настораживало. Но от этой мысли я отмахнулась, как от назойливой мухи. Больше всего меня сейчас пугал Бес. Я боялась, что он мог узнать меня, или уже знал. А ещё я боялась, что не смогу причинить ему боль. Потому что я слабая, не такая жестокая, как он, и сколько бы боли мне не причинил этот мужчина, я не смогу сделать тоже самое с ним и его близкими. — Что за музыка у тебя?

— Я в баре. — Ответила, чувствуя, как растёт напряжение на той стороне.

— В баре?! Какого хрена, Элена?! Ты же должна быть с ним. Или что-то изменилось? Не молчи! — Дэвид уже перешёл на крик, а я отчаянно боролась с желанием, не умолчать, не соврать ему.

— Он очнулся. — Выпалила, прежде чем успела передумать.

— Что значит очнулся? Когда? Ты не успела ввести препарат? — Столько вопросов, на которые я сама то знала ответы лишь частично.

— Несколько дней назад. Вышел из комы с потерей зрения. Я не смогла его убить. Прости. — Не перед ним мне нужно было извиняться. Не его я предала своей чёртовой слабостью.

— Он ослеп? Он что-то говорил? — Голос дяди изменился. Он нервничал, хоть это было и едва ощутимо.

— Он был слеп, но сейчас, кажется, снова видит. Возможно частично.

— Он узнал тебя? Вы говорили о том, что случилось? Что ты будешь делать?

— Нет. Я не знаю. Я запуталась. — Выдохнула жгучий воздух, и по щекам потекли слёзы. — Дэвид, я не могу. Не могу так, как он. Я не ему сделаю больно, а людям, которые его любят. Они другие, я не должна так поступить с ними. Что мне делать? — Слова уже срывались вперемешку со слезами, а дышать становилось всё труднее, воздуха не хватало, и в груди всё жгло словно кислотой.

— Он узнал тебя? — Снова повторил Дэвид.

— Иногда мне кажется, что да. Но он не говорит ничего. Мне страшно. Я не справлюсь…

— Где ты сейчас? — Меня оборвали, не дав договорить.

— В баре.

— Название?

— Кларисса. Это на берегу.

— Он с тобой?

— Да. — Он не понимал мою боль. Он не жил ей, и не ощущал в своей груди. Всё строго и по-военному, словно он до сих пор служил своей стране.

— Мои люди рядом. Выводи его через двадцать минут.

— Что ты собираешься делать? — Меня пугало это всё. До безумия, до тряски в коленях, и бешено рвущегося сердца.

— Вас заберут и привезут сюда. Дальше решим. Через двадцать минут, Элена.

— Но мы не одни, с нами ещё один… — Попыталась возразить, но дядя оборвал снова.

— Никто не пострадает. Не волнуйся. Выходи, когда я сказал. Вас будут ждать. — Связь оборвалась, а я ещё несколько минут растерянно смотрела на экран телефона. Что-то мешало. Что-то ускользало от меня, как и в моих воспоминаниях. Чего-то не хватало. Всего лишь маленького кусочка, но такого важного, что без него картинка остаётся разодранной на части.

Я вышла из туалета всё ещё растерянная и напуганная. Сделала несколько шагов, и тут же врезалась в широкую грудь, обтянутую чёрной футболкой. Бес сверлил меня взглядом, черным от безумия и ярости. Неужели он слышал наш разговор. Узнал? Раскусил? Стало по-настоящему страшно, так сильно, что хотелось рвануть обратно за спасительную дверь.

— Я сказал тебе не уходить? Ты хоть понимаешь, что он поломает тебя как куклу барби, и ты даже пикнуть не успеешь?! — Он говорил, а я абсолютно ничего не понимала, пока его взгляд не скользнул в сторону. Проследила за ним и вскрикнула оттого, что увидела. На полу коридора лежал тот самый парень, что пристал ко мне на танцполе. Лицо его было в крови, а сам он не подавал признаков жизни.

— Ты…. Что ты наделал? Зачем ты его убил? — Ненависть и страх всколыхнули с новой силой, а смотреть в глаза ему было просто невыносимо.

— Успокойся. Жив он. Вырубился просто ненадолго. — В этот момент парень на полу захрипел, и попытался пошевелиться, оглядывая мутным взглядом коридор. — Пошли отсюда. Вечер закончен. Их тут около десяти. Чужой меня прикончит потом, если я перерублю половину бара. Спасибо за прекрасный вечер, Элена. — Изобразил поклон, скользя по мне насмешливым взглядом, и добавил. — И он был бы гораздо прекрасней, если бы ты осталась дома. Пошли.

Бес взял меня за ладонь. Аккуратно, не так, как в прошлый раз, я бы даже сказала нежно. Потянул в сторону выхода, а я посмотрела на часы и отчаянно запаниковала. Прошло всего тринадцать минут. Этого мало, ещё слишком рано.

— Мне нужно в туалет. — Ничего лучшего придумать я просто не успела.

— Опять? — Бес скептически поднял бровь, но всё же отпустил. — У тебя две минуты.

Я продержалась три, прежде чем Бес зашёл сам, и силой вытащил меня из туалета. Повел к выходу, и на ходу кивнул Бари, который тут же последовал за нами. Мы были почти у выхода, когда сквозь музыку услышали крик.

— Эй! Отморозок, ты на кого руку поднял?!

— Выведи её отсюда. — Бес втиснул мою ладонь в руку Бари, и буквально вытолкнул нас за дверь. Последнее, что я увидела, это как он двинулся к танцполу, а вслед за нами на улицу вышел один из постояльцев.

Возле бара никого не было, а в небе едва занимался рассвет. Я не успела увидеть, лишь услышала свист покрышек, и череду выстрелов. Словно в фотокадрах обернулась за спину, и увидела лежащих на земле Бари, и того парня, что вышел за нами вслед. А затем меня захлестнуло болью. Дикой, не вмещающиеся в пределы разумного, такой адской, что ноги подкосились, и я рухнула на тротуар. Алое пятно медленно расплывалось на белоснежной ткани платья, а в глазах стремительно темнело, несмотря на приближающийся рассвет. Прежде чем закрыть глаза, я снова услышала свист покрышек уезжающей машины, и увидела выбежавшего из бара Беса. И в первый раз в своей жизни, я увидела в его глазах страх.