Тихая гавань - Луанн Райс

— Я разговариваю с Сэмом, — ответила девочка.

— Ничего, — сказал Сэм, — потом продолжим, — но сразу понял, что допустил ошибку.

Куинн тут же помрачнела. Похоже, она готова была расплакаться. Но без свидетелей. Ни слова не говоря, она развернулась и помчалась по тропинке прочь от дома.

— Догнать ее? — спросил Сэм.

— Не надо, — грустно вздохнула Дана. — Сама вернется.

— Ей нужно немного побыть одной, — рассудительно сказала Элли. — Она всегда так.

— Ну, давайте за стол, — сказала Дана. — А Куинн я потом все подогрею.

Сэм понял, где его место, потому что Дана поставила там карточку с его именем и картинкой: две девушки вытаскивают из воды маленького мальчика. Интересно, подумала она, что бы сказал Сэм, узнай он, что это первый ее рисунок за много месяцев.

Он съел все и попросил добавки. Дана решила, что это из вежливости, но ей все равно было приятно. Ее беспокоило только отсутствие Куинн. Элли болтала в два раза больше обычного. Сэм задавал множество вопросов и вел себя так, будто о лучшей компании, чем маленькие девочки-сироты и их молча нервничающая тетка, он и не мечтал.

— Как ты научился плавать? — спросила Элли.

— У моего брата была лодка, — ответил он. — Джо утверждает, что, когда я был совсем крошкой, он швырнул меня за борт, и я всю дорогу до пристани плыл за ним следом.

— Правда? — улыбнулась, представив себе эту картину, Дана.

— Наверное. Я умею плавать, сколько себя помню.

— Куинн запросто могла бы устроить мне то же самое, — сказала Элли. — Тетя Дана, можно я поднимусь наверх?

— Конечно. — Когда Элли ушла, Дана перестала улыбаться.

Она поняла, что Элли пошла наверх, чтобы зажечь в окне свет для Куинн — маячок, который будет виден и с Литл-Бич.

— Ты беспокоишься за Куинн? — спросил Сэм.

Дана сидела не шелохнувшись. Вечер подходил к концу. Скоро Сэм уедет, и все войдет в норму. Если только это можно назвать нормой.

— Я знаю, где она, и знаю, что она вернется. — Дана пыталась сделать вид, будто ничего особенного не случилось.

— Ты так замечательно о них заботишься, — сказал Сэм.

У Даны на глаза навернулись слезы.

— Правда… — продолжал он. — Лили бы тобой гордилась. Она знала бы, что ее дочки в хороших руках.

— Очень хочется в это верить, — сказала Дана.

— Не кори себя, Дана. Твоей вины ни в чем нет. Ни в том, что Куинн убежала, ни в смерти Лили.

Она смотрела на свечу и думала, что он ничего в этом не понимает. Ему только двадцать девять, столько же, сколько Джонатану.

— Я посыпала рыбу травами, — услышала она свой голос. — Травами, которые посадила Лили.

— Значит, она тоже участвовала в приготовлении ужина, — сказал Сэм.

Дана взглянула на него через стол. Солнце уже заходило, и небо стало густо-розовым. Силуэт Сэма был озарен закатным светом.

— Приготовлено с любовью, — прошептала Дана. — Так говорила Лили, когда добавляла в кушанья травы.

— Да, это на Лили похоже.

Дана не могла не довериться доброте, прозвучавшей в его голосе. Ей незачем было раскрывать перед ним свою душу, ей надо было забыть, какую боль причинил ей человек почти что его возраста, и она вполне могла воспользоваться предложением Сэма поискать Куинн.

— Я беспокоюсь за нее.

— Понимаю.

— Мне не хочется оставлять Элли здесь одну…

— Я схожу. Ты только скажи куда.

— Знаешь, как пройти на Литл-Бич? По тропинке вдоль берега…

— Знаю, — сказал он, и в глазах его мелькнула легкая тень смущения. — Я хожу этой дорогой, когда возвращаюсь от Огасты.

— А-а-а, — пробормотала Дана и, вспомнив букву «Д» на песке, покраснела.

Они с Сэмом встретились взглядом и тихо улыбнулись друг другу. Он словно догадался, что она это видела, но оба не знали, как об этом заговорить.

— Она наверняка там, сидит на валуне.

— Понятно. Я скоро вернусь.

Он встал из-за стола и вышел. Дана смотрела ему вслед. Из окон дул прохладный ветерок, но лицо у Даны все еще горело. Только буква «Д» не имела к этому никакого отношения.