Муза Ариэль - Никола Марш

— И зачем только я соглашалась? — не переставала ругать себя Ариэль. Она сидела перед зеркалом и пристально вглядывалась в свое отражение. С тушью она обращалась не так умело, как с кисточкой для рисования, поэтому и получалось не очень хорошо. Ариэль не любила делать макияж, и шла на эту жертву лишь в редких случаях — таких, как сегодня. Она не могла появиться на званом вечере у Софии в джинсах и с растрепанными волосами. Ариэль нанесла на губы немного блеска, а веки покрыла тенями постельного цвета. Руки дрожали от волнения, а в желудке, казалось, порхал миллион бабочек.

Не ужин у Софии так пугал Ариэль, а то, что туда она отправится с Купером. Одно дело, если бы они столкнулись с ним в гостях, и совсем другое — прибыть туда как пара.

Громкий стук в дверь отвлек девушку от грустных мыслей. Она вскочила, взяла серебристую вышитую сумочку и поспешила ко входу. Ариэль дала себе слово показать свое творение имениннице, а потом незаметно улизнуть, оставив Купера общаться со своими богатыми друзьями.

Купер стоял за дверью, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Он выглядел безукоризненно: строгий, отлично сшитый смокинг выгодно подчеркивал его стройную фигуру.

— Вы очень красивы сегодня, — почти прошептал Купер. Он произнес это с таким чувством, что Ариэль даже не сомневалась — он говорит правду. От этого девушка стала нервничать еще больше.

— Это винтажное платье, — ляпнула она. Ариэль не привыкла к комплиментам и не знала, как на них реагировать.

Купер улыбнулся и протянул девушке руку.

— Оно вам очень идет. Вы словно бурлящий водопад: освежающий, искрящийся и бодрящий.

Ариэль покраснела, но ответила довольно грубо:

— Мы едем или будем болтать?

— Не надейтесь испортить мне вечер своими язвительными замечаниями, — предупредил Купер.

Ариэль тяжело вздохнула. Ей так не хотелось никуда ехать! Она с удовольствием осталась бы дома, влезла в свои любимые домашние шорты и смотрела вечернее шоу.

Они вышли на улицу и завернули за угол, где Купер припарковал свою спортивную машину.

— Крутая тачка, — прокомментировала Ариэль.

Купер нахмурился и резко ответил:

— Подарок.

Ариэль удивилась, насколько грубо Купер произнес это. Выходит, машина ему не нравилась…

Или не нравился тот человек, который ее подарил.

— Дайте угадаю: папочка преподнес вам ее в прошлом году в качестве награды за отлично выполненную работу. Я права?

— Тема закрыта. Не хочу ничего обсуждать.

Ариэль от природы была любопытна и часто задавала вопросы. Барб всегда старалась удовлетворить ее любопытство и терпеливо отвечала. Может, поэтому Ариэль никак не могла успокоиться…

А может, потому, что Купер интересовал ее не только как натурщик.

— Довольно дорогой подарок. Наверное, у вас хорошие отношения с этим человеком? — предположила Ариэль.

— Были, — отрезал Купер.

Ариэль почувствовала себя неловко. Она явно переступила дозволенную черту, пришло время закрыть ротик и помолчать. Возможно, сын с отцом поссорились или, что еще хуже, отец умер, и Куперу тяжело вспоминать об этом.

К ее счастью, Купер сам немного прояснил ситуацию:

— С некоторых пор между нами натянутые отношения.

— Мне очень жаль, — искренне сказала Ариэль.

— Мне тоже, — процедил Купер и замолчал.

Когда пауза слишком уж затянулась, девушка спросила:

— А здесь есть магнитола?

— Конечно, — отозвался Купер и нажал какие-то блестящие кнопочки. В ту же секунду салон автомобиля наполнился звуками джаза.

— Такая музыка сойдет?

— Да, вполне, — соврала Ариэль. Сейчас ей хотелось чего-нибудь более ритмичного, поднимающего настроение.

— А какую музыку вы обычно слушаете? — попытался завязать разговор Купер.

— Я очень люблю латиноамериканские ритмы. Особенно фламенко, — не задумываясь, ответила Ариэль.

— Вы читаете, что я занудливый бизнесмен, — констатировал Купер.

Ариэль не хотелось спорить и пререкаться, поэтому она спокойно ответила:

— Мы разные. Вот и все, что я думаю.

— А противоположности притягиваются.

— Разве кто-то говорит о симпатии?

— Можете не притворяться. Я видел, как вы разглядывали меня, пока рисовали.

— Да как вы смеете… — начала Ариэль, но громкий, задорный и беззаботный смех Купера прервал ее. Неожиданно для самой себя, девушка присоединилась к нему и от души рассмеялась, а потом уже серьезно добавила: — Теперь к длинному списку ваших недостатков я вправе добавить огромное самомнение. Мне приходилось рассматривать ваше тело в профессиональных целях, не более того.