Ева - Ева Миллс

В постель поднялась рано, хотелось побыть одной и, не пряча лицо, подумать о случившемся. Погруженная в думы, я не сразу услышала, что в окно стучат камешки. Нил! Распахнув раму, я высунулась из окна по пояс. Так и есть, под окном стоял Нил.

– Псс! Ева, ты что, спишь?

– Нет – зашептала я. – тише! Мама и папа могут услышать!

– Выходи!

– Не могу! Нил, они только ушли спать.

– Ну, если ты не можешь, тогда…– Нил полез на дерево, росшее у окна моей спальни и в два счёта оказался напротив меня.

– Дай руку.

– Нил, ты с ума сошёл! А если ты упадёшь?

– Дай мне руку и встань боком, я допрыгну.

– Нет!

– Тогда я прыгну так.

– Нет, стой! Держи руку. – Мне было и смешно, и страшно. Взяв меня за руку, Нил легко оттолкнулся, и вот уже он висит на моём подоконнике. Я втащила его в комнату, давясь от смеха.

Через мгновение мы целовались, забыв обо всём. Я была в глупой детской пижаме с мишками, и руки Нила мгновенно забрались под неё. Мы опустились на кровать, и под его весом она жалобно скрипнула.

– Нил, тсс! Если нас услышат! Ты должен уйти.

– Хорошо. Сейчас. – Он уже целовал мою грудь, и я задышала глубже.

– Уходи.

– Не могу. Я думаю только о тебе.

– Я тоже. Нил, пожалуйста, я боюсь подумать, что с нами сделает мой папа, если заметит.

– А мы тихонько. – Он начал стаскивать мою рубашку. – Ой. Мишки.

Я захихикала.

– Не шуми! – Нил закрыл мне рот поцелуем. Не отрываясь от моих губ, он руками полез мне в трусы.

Я упёрлась руками ему в грудь, и он немного отодвинулся.

– Нил, мы же только недавно этим занимались…

– Я хочу снова. Ева, ты такая сексуальная. – Снова, как утром, накатило сильное наслаждение, и я выгнулась под его пальцами. Но когда уже казалось, что сейчас я взорвусь, он опять отстранился, чтобы расстегнуть брюки. Я была так возбуждена, что потянулась к нему и… и повторилось всё то же самое, что и днём, только, кажется, даже больнее. Как хорошо мне было от его пальцев, так же ужасно я чувствовала себя, когда он входил в меня. Я зажмурилась и попыталась представить, что я сейчас в магазине, расставляю книги по полкам.

– Ева? Ты плачешь? – в голосе Нила был испуг.

Я и не заметила, что по моим щекам бегут слёзы.

Он обнял меня, прижал к себе.

– Что случилось? Тебе больно?

Я кивнула, уткнувшись ему в грудь.

– Прости меня, я придурок. Я должен был подождать, а я набросился на тебя, как Тарзан. Обещаю, в следующий раз мы не будем торопиться.

Он нежно гладил меня, в его голосе было столько искреннего беспокойства, что я мгновенно перестала сердиться и постепенно успокоилась и, вдыхая терпкий приятный запах Нила, затихла в его тёплых объятиях.

Я проснулась перед рассветом, резко вздрогнула от страшного сна и поняла, что Нил лежит рядом, а его рука давит мне на грудь. Ночью мы сами не заметили, как заснули. Я стала пихать Нила в бок.

– Нил. Нил. Нил!

Он сладко заворочался во сне и повернулся набок, подтянув одеяло.

– Нил, чёрт, вставай!

– А? Что?

– Тебе пора! Уже утро!

Он с трудом стряхнул с себя сон, сел на кровати. Я подавала ему вещи, он, не торопясь их надевал. Меня трясло от страха – папа всегда просыпался очень рано и в любой момент мог нас услышать. Мне хотелось схватить Нила и трясти его, чтобы он собирался побыстрей. Спустя целую вечность он наконец-то отыскал свои кроссовки у меня под кроватью, быстро поцеловал меня и вылез в окно.

– До вечера! Я тебя люблю.

– До вечера! И я.

Только когда он перемахнул через изгородь и скрылся из виду, я выдохнула свободнее. Вроде пронесло.