Жених под елкой - Алина Кускова

– О-о-о-о-о, – простонала Маша, усаживаясь в сани. – О-о-о-о-о-о! – закричала она во весь голос, зажмуриваясь и несясь с горы.

Ветер свистел в ушах через шапочку, дыхание сбивалось от ледяного воздуха, нахлынувшего прямо в лицо, щеки запылали от охватившего ее азарта. Откуда он только взялся?! Маша открыла глаза как раз перед тем, как въехать в сугроб. Еще был открыт рот, которым она кричала. Туда сразу набился снег, его пришлось выплевывать. И отряхивать ресницы…

– Не понравилось?

Маша мотнула головой, поправила шапочку и посмотрела на того, кто это произнес. Перед ней стоял вчерашний незнакомец, с которым у Маши сложились доверительные отношения, получившие еще один шанс перерасти в крепкое и сильное чувство. Во-первых, он поздравил ее с Новым годом; во-вторых, он видел, ей понравилось, как он пел; в-третьих, она уже валялась у его ног. И сейчас привлекательный брюнет смотрит на нее, всю растормошенную, перепуганную, обмороженную, одним словом – ущербную, и улыбается. Хорошенькое дело, ничего не скажешь!

Он подал ей руку.

– Захватывающая скорость, – пролепетала Маша, легко поднимаясь с его помощью.

– Трасса требует доработки. Нужно было полностью исключить откатывание тюбинга назад в конце спуска, но избавиться от сугроба пока не смогли.

Он как-то виновато улыбнулся.

– Ничего! – ляпнула Маша. – Сугроб – это здорово! Это оздоравливает. В какой-то степени.

Что она говорит?! Еще примет ее за недалекую особу с покладистым характером.

– Но от сугроба лучше избавиться, – заключила она.

– Лучше, – согласился с ней брюнет, – пока можно тормозить телом, не доезжая до него.

– Как это? – искренне удивилась Маша.

– Разрешите, я вам покажу?

– Покажите.

Сдурела! Кто ее за язык тянул?! Опять катиться с этой горищи!

Маша не понимала саму себя. Нет, с одной стороны, все было предельно ясно, она всегда тянулась за знаниями. Но с другой! Об обратной стороне этой встречи лучше не думать, решила она, поднимаясь вместе с незнакомцем наверх. От него пахло весенней свежестью гор и терпким ароматом уходящего лета одновременно. Маша решила, что, выбирая такую туалетную воду, мужчина должен быть, как и она, противоречивым.

– Как себя чувствуете?

Какой у него все-таки обворожительный голос, так подходит к его брутальной внешности.

– Замечательно. А вчера я просто споткнулась и… потеряла сознание.

Он сидел близко, на соседнем кресле подъемника, Маше так хотелось дотронуться до него и убедиться в том, что вчерашний незнакомец не мираж.

– У вас заботливые друзья и… очень внимательный парень.

– Парень? У меня? – Маша растерялась. – Нет у меня никакого парня…. Есть, но только один. Всего один и тот как бы не совсем… Он мой начальник!

Куда делись ее мозги?! Выветрились на горе!

– Ясно, – его лицо как-то погрустнело.

– Ничего вам не ясно, – возмутилась Маша. – Мы тут на важном задании.

– Не понял?

– Мы выполняем на этом курорте важную миссию, – прошептала ему Маша, оглядываясь по сторонам, словно между небом и землей их мог кто-то подслушать. – Ловим еще одного начальника.

– Вы ловите? – уточнил незнакомец.

Господи, что он о ней подумал!

А она о нем тоже плохо думала, принимая за генерального. Нет, такой харизматичный мужчина не может быть банальным владельцем мебельного производства.

– Я. С моим парнем, как бы не парнем и с… Розой Алексеевной…

Туманову она добавила для солидности.

– Всем спитым коллективом! – заключила Маша, глядя в его улыбающееся лицо.

– Он ошибся, – внезапно произнес незнакомец.

– Кто?

– Врач. Сказал, что с вами все в порядке. А я полагаю, что вы еще температурите. Вам нужно в койку.

– Одной?

Маша осеклась. Такой дурости она себе еще никогда не позволяла. А он что себе позволяет?! Провоцирует странными заявлениями.

– Для начала нам нужно поцеловаться.

– Я пошутила!

– Зато я говорю серьезно. Не прыгайте, сиденье перевернете, свалитесь вниз. Дайте мне ваш лоб, я проверю, насколько он горячий.

Лоб? Дать ему лоб? Хорошо, что он не попросил ее пунцовые щеки. Маша, задержав дыхание, приблизила к нему свое лицо. Находясь над бездной, они поцеловались, пронеслось в ее ветреной голове. С каких это пор она стала легкомысленной?!

– Меня зовут Маша, – прошептала она, закрывая глаза.

– Иван.

– Очень приятно.

…Снег кружится, летает, летает,

И, поземкою клубя,

Заметает зима, заметает,

Все, что было до тебя, —

неслось из динамиков.

Словно во сне, она почувствовала, как его горячие губы дотронулись до ее… лба, и позволила себе немного помечтать. Когда у них вырастут дети, она расскажет им, что мама с папой познакомились в первый день Нового года на подъемнике. Нет, на страшном тюбинге… в сугробе после него… Вообще-то она свалилась ему под ноги, будучи в нетрезвом состоянии… Но сначала он подошел и поздравил ее с праздником. Что врать детям?!

О женщины с непостижимой логикой! Никто из нас не догадывается, что поцелуй, как думает мужчина, подразумевает просто поцелуй. А мы считаем его первым шагом к загсу. Мужчина, когда целует женщину, уж точно думает не о браке. А женщина… Женщина уже думает о совместных детях.

– Стоп! – сказала вслух Маша, когда губы Ивана опустились к ее губам. – Я не такая. Я не целуюсь на морозе с незнакомыми мужчинами.

Они уже стояли на горе напротив друг друга.

– Мы познакомились.

– Я ничего о вас не знаю!

– У нас будет время узнать друг друга ближе.

– Про кровать я неудачно пошутила, – простонала Маша.

– Я знаю. Есть парень, который не совсем парень…

– И еще есть босс, которому нужно махать. Вот там его окна! Они случайно не ваши?

– Маша, если вы сейчас признаетесь, что работаете на спецслужбы, я не поверю. Усаживайтесь в тюбинг, я покажу вам, как нужно кататься.

Мужчины, вздохнула Маша, как же они любят быть первыми. И села позади него.

Эффект, как ни странно, был совершенно другой, чем от спуска с Телегиным!

Маша так же прижималась носом к куртке Ивана, так же крепко держалась за его талию, так же дрожала от страха и еще от чего-то непонятного. Смешанные чувства вызвало у нее это катание на санях. И самое странное, ей захотелось повторить их совместный спуск.