Ты - мой выбор! - Каролина Бехтерева

от предстоящего разговора. Этот гандон изрядно помотал мне нервы. Конкурент оказался слишком крупным, что бы я смог сейчас его «поглотить» или убрать с рынка вовсе, поэтому пришлось засунуть в задницу свою гордость и согласиться на эту переговоры.

Как бы мне было не прискорбно это признавать, но ничего лучше, кроме как совместной работы у нас сейчас не выйдет.

Заказ слишком крупный, что бы я так просто подарил его этому заносчивому ублюдку.

И, если честно, я уже задолбался проигрывать в тендерах, которые Лукьянов умело «спонсирует», чтоб мне кислород перекрывать.

Давняя война с отцом за место под солнцем перешла, видимо, и на меня. То ли дело принципа у мужика, то ли он просто мудак по жизни.

Лерка, притихшей мышкой, вносит последние правки в договор, а я расхаживаю из угла в угол, набираясь побольше терпения, что бы ему башку не открутить прямо в своем кабинете.

- Доделала? – Выглядываю к девушке, которая достает последний лист из принтера.

- Ага, держи…те…

- Лер, договорились же, не выкай.

- Не могу, мы же на работе.

- И здесь пока еще никого нет. – Когда мелочь обращалась ко мне на «Вы», внутри селилось какое-то неприятной чувство. Будто она этим ставит между нами стену, а мне этого совсем не хотелось.

- Минералка закончилась? – Кручу в руке пустую бутылку, заглядывая в холодильник.

- Да, доставка что-то напутала, поэтому приедет ближе к вечеру, но я могу сходить в магазин…

Смотрю на часы, киваю и достаю карту.

- А бумажных у тебя нет? – Растерянно спрашивает и недобро косится на кредитку.

- Не люблю наличку, а последние сотки остались в твоей квартире. – Ляпнул раньше, чем успел бы откусить себе язык.

Вижу, как напоминание болью отдалось в Леркиных глазах.

- А что с картой за конфликт?

- Да не привыкла я. Чувство, будто надо мной все смеются, когда я пароли эти ввожу.

Снисходительно улыбаюсь и достаю другу кредитку.

- На, эта без пароля. – Девчонка широко улыбается и выскакивает из приёмной.

Возвращаюсь в кабинет и заваливаюсь на диван. Какое-то напряженное утро сегодня выдалось. И если я себя чувствую, словно меня собака пожевала и выплюнула, то малышке в разы хуже, ведь это её родная мать…

Насколько в жизни бывает несправедливость. Разве этот милый ангел заслужила к себе подобного отношения.

В груди защемило от непонятной нежности. Мне впервые в жизни захотелось заботиться о ком-то, кроме себя самого.

Слышу шаги за дверью, и через секунду раздается громкий стук.

Нехотя поднимаюсь, и открываю дверь.

На пороге стоит Лукьянов, собственной, затасканной персоной. Напряжение вмиг образовывается между нами, но деваться некуда.

- Прошу… - Отхожу слегка в сторону, пропуская нежеланного гостя.

- Манеры, однако… А где «Добрый день, Виктор Антонович, как Ваше ничего?» - Ёрничает и падает в мягкое кресло, словно у себя дома.

Если еще и ноги на мой стол закинет – вышвырну в окно, и плевать, что далеко не первый этаж.

Избавлюсь от конкурента, так сказать,  в прямом смысле.

- Давайте ближе к делу. – Строго произношу и сажусь напротив мужчины.

- Деловой какой… Тебе б по клубам шариться, да баб пилить, а ты здесь в бизнес игру затеял.

- Что, Виктор Антонович, яйца сжались, что какой-то сопляк поперек горла костью застрял и не протолкнешь, да?

- Это твой член у шалав твоих попек горла застревает, а мне ты не помеха! – Грозно выплюнул, но по глазам вижу – нервничает сука.

- Это поэтому Вы сюда свою жопу приволокли, чтоб о совместном проекте договариваться?

Козлина наглая. Ни себе, ни людям. И ведь в хер не уперся ему этот заказ, ублюдок.

- Андрей Дмитриевич, Ваша вода. – В кабинет вплывает мой ангелок, перебирает ножками, лишь слегка мазнув по Лукьянову взглядом, сосредоточившись на подносе. – Добрый день. – Лопочет вежливо, и ставит передо мной стакан.

Второй берет в руку, разворачивается к Виктору, а дальше я вообще нихрена не понимаю.

Лерка застывает, крепко сжав стекло в ладони, а в следующую секунду, с размаха выливает ледяную минералку в рожу Лукьянову.

Его удивленный и замерший взгляд секундой ранее я отмел, как что-то незначительное, а стояло бы задуматься…

- Гм… - Мужчина медленно достает платок из кармана и протирает лицо, вернув свои глаза на Леру.

- Ну, здравствуй, Валерка…

Глава 17

- Ну, здравствуй, Валерка… - У меня внутри всё похолодело.

В смысле «Валерка»?

Мелкая прожигает ненавистным взглядом мужчину напротив, резко срывается с места, и шагает к выходу.

- Дочка… подожди…

- Я ТЕБЕ НЕ ДОЧКА!!! – Крутанулась на месте, едва дверь успела открыть, и зашипела с такой ненавистью, что даже мне не по себе стало.

Лукьянов поднимается, отбросив платок на стул, и делает несколько шагов по направлению к малышке.

Непроизвольно встаю со своего кресла и подаюсь вперед. Мне хочется защитить её, закрыть собой, а этого пидора взашей вышвырнуть из офиса.

- Изменилась… - Восхищенно произносит, осматривая её с ног до головы. – Помню тебя совсем еще малышкой… - Его голос теплеет, и он опять делает шаг вперед.

- Помнишь? Хм… у меня тоже есть воспоминание – твоя спина, когда ты выходишь в дверь!

С силой захлопывает за собой дверь в кабинет, и по удаляющимся шагам слышу, что и приёмную Лера покидает.

Быстрым шагом пересекаю помещение, чтоб догнать её, но меня резко хватают за локоть и впиваются мертвой хваткой.

- Что, сучонок, решил через дочку мою ко мне подобраться? – Шипит мне в лицо, только слюной не брызгает.

Вырываю руку, и тут же хватаю Лукьянова за расстегнутый пиджак у самого горла.

- Сделка отменяется. Обноси свою ублюдскую фирму бетонным забором, потому что я камня на камне не оставлю от твоей конторы. А если она еще хоть раз из-за тебя заплачет – похороню под её завалами заживо.

Отшвыриваю от себя этот кусок дерьма, и бросаюсь вдогонку за мелкой.

Хоть бы из офиса не ушла, хрен же найду потом.

Пока носился по этажам, на ходу спрашивал у сотрудников, ни видел ли кто Лерку, и лишь одна женщина указала в сторону уборных.

Тихонько захожу в светлое помещение, а Лерка моя скукожилась в углу под раковиной и горько плачет.

Туфли валяются рядом, коленки подтянула к подбородку, и я вижу, что на этот раз,