Райшаария - Татьяна Фомина

Об этом свидетельствовали пустые полки и вешалки. Значит, он и сам решил не возвращаться. Уже легче. Я надеюсь, что легче. Хотя, я всегда была реалисткой и понимала, что «легче» не будет. По крайней мере, сразу. Я не плакала и не жалела себя. Проревелась я там, в своем сне, отведя душу. А вот то, что уже прошло два дня, а я ничего не знала о Райшаарии, меня волновало. Причем волновало, куда сильнее, чем то, что от меня ушел муж! Я снова прислушалась к себе и своим ощущениям. Ничего. Я несколько раз мысленно и потом вслух тихонько позвала Райшаарию. Ничего. Тишина. Ни намека на то, что она рядом. Я сняла халат, оголив свое правое плечо. Татуировка не исчезла. Райшаария, точнее ее рисованная копия, так и лежала, свернувшись клубочком и положив мордочку на лапки. Ее глаза были закрыты и, казалось, что она спит. Но я-то знала, что она никогда не спит! Господи! Ну вот почему так! Завтра Новый год, а мне хочется сбежать куда-нибудь подальше отсюда и не возвращаться! Можно, конечно, на все это посмотреть и с другой стороны: новый год, новая жизнь, новые желания, новые возможности.... Я решила придержаться народной мудрости и лечь спать. Вроде, как утро вечера мудренее, и все такое.... Но, положа руку на сердце, мне хотелось просто найти Райшаарию. Я никак не хотела смириться с тем, что она ушла навсегда, оставив мне только свое изображение на моем теле. Поэтому я быстро стянула постельное белье с кровати, постелила свежее и, не донеся голову до подушки, ушла в сон. Но я ее опять не нашла....

Это были самые долгие новогодние каникулы. Обычно мы всей семьей выезжали за город кататься на лыжах, на горке. Но теперь нас везти было некому. И для себя я решила, что пора садиться за руль. Поэтому в ближайшее время посмотрю автошколы. Но каникулы надо было спасать сейчас. Я пару раз все-таки вывезла Эльку на большие елки. Игорь ехать отказался. Я не стала настаивать. Не хочет и не надо! Правда, взяла на заметку проконтролировать его. Рановато еще его отпускать. Юра так и не появлялся и не звонил. Наверное, ему сейчас явно не до нас. Все-таки, какая никакая, а свобода. А еще мне пришлось выслушивать от мамы полный курс: «И когда ты только поумнеешь». Было все: и «а я тебе говорила!», и «никогда не слушаешь мать», и «головой раньше надо было думать», и «он мне сразу не понравился», и все в таком же духе. Я молча пила чай на родительской кухне, не прерывая ее словесный поток. Ибо бесполезно! Но тогда я себе твердо пообещала, что в любой ситуации я просто буду рядом с детьми. Не упрекая, не читая нотации. Просто приму все как есть. Ведь каждый смотрит на жизнь под своим углом, и еще неизвестно, чья точка зрения верная. Да и есть ли она, верная?

Дождавшись, когда вся страна отгуляет свои заслуженные выходные, я подала на развод. Я не знала, работал суд или как и все нормальные люди отдыхает. Работал, но теперь уже не важно. На работе я никому ничего не говорила. Евгения, правда, пару раз на меня покосилась, но заметив, что я не сняла обручального кольца, спрашивать ничего не стала. Вот и умничка! Ее спутник явно знал все про моего пока еще мужа. А мне не хватало еще, чтобы на работе обсуждали мою личную жизнь. А обручальное кольцо я сняла. В самое первое утро после «Фараона». На пальце остался многолетний след, который сразу бросался в глаза. Я просто купила себе новое кольцо и заменила им обручальное. Оно не было обручальным и отличалось от предыдущего тонким рисунком по центру, но это не так и заметно. Для меня это было просто кольцо, а для других.... Честно говоря, мне все равно. Главное, что не было лишних вопросов.

Так почти незаметно прошел месяц. От Райшаарии ничего не было слышно. Я уже серьезно начинала сомневаться, а было ли что-то на самом деле. Может, мне все просто приснилось? Но и с моими снами происходило что-то не понятное. В поисках Райшаарии я стала попадать в самые разные «сны». Я так и не научилась воспринимать их как «реальности». И иногда, пролазив напрасно в ее поисках, я просыпалась совершенно измученной и разбитой. Но когда я попадала туда, где всегда летала, то при «возвращении» чувствовала себя прекрасно. Решив, что именно эти полеты во сне дают мне бодрость, я старалась каждый раз там бывать. Теперь я стала немного понимать, почему иногда ты просыпаешься и чувствуешь себя отдохнувшим и полным сил, а иногда, проспав то же количество времени, ты разбит и вымотан. Оказывается дело не в том, сколько времени ты провел во сне, а в том, где ты их провел! Вот такая мысль пришла мне в голову, и каждый раз я все больше убеждалась, что права. Правда, поделиться этим мне было совершенно не с кем. Райшаарию я так и не нашла, а к докторам меня пока не тянуло!

Было утро субботы, когда раздался звонок. Ко мне примчался пес с видом: «Ты слышала?! Ты слышала?! Давай быстрее! А вдруг там уже ушли?! А вдруг там вкусняшки?!» Пришлось идти открывать дверь. На пороге стояла моя свекровь. Бывшая свекровь. Надо сказать, что я порядком была удивлена. Не думала, что она придет вот так.

— Здравствуй, Оля, — сказала она ровным голосом.

— Здравствуйте, Полина Власовна.

Я не знала, зачем она пришла. Вообще-то, с этой женщиной у меня были хорошие отношения. Несмотря на то, что обычно говорят про свекровей, мы с ней ладили, да и дети ее любили.

— Раньше ты сразу приглашала меня в дом, — усмехнулась она.

— Извините, — я растерялась. — Проходите, конечно.

В коридор выбежала Элька.

— Баааа! — закричала она и повисла у бабушки на шее.

— Моя ты, золотая! — произнесла женщина с чувством. — Я так по тебе скучала!

— Я тоже! — воскликнула Элина.

Я в душе глотала слезы. Каким нужно быть эгоистом, чтобы лишить своих детей того немногого, что у них было.

— Баааа, я теперь настоящая Фея! — гордо заявила Элина.

— Правда?! Я всегда это знала! — подтвердила бабушка.

— Да! У меня есть платье и волшебная палочка!

— Покажешь?

— ДА! — и Элина умчалась в свою комнату переодеваться.

Полина Власовна с нежностью смотрела ей в след. Но потом перевела взгляд на меня.

— Оля. Я знаю, что вы с Юрой.... Подожди, не перебивай, — попросила она меня, — это ваша с ним жизнь. Но. Меня это не касается. Я, как любила и тебя, и Элину, и Игоря, так и люблю. Прошу, не запрещай мне их видеть!

— Да, я и не думала, — тихо произнесла я.

— Я — их бабушка! И я их люблю! И я, как никто другой понимаю, что у меня кроме них никого нет, и не будет. Не думаю, что эта, или какая-нибудь другая когда-нибудь родит ребенка. А кроме них я никому буду не нужна.

Тут в коридор влетела Зеленая Фея, махая волшебной палочкой.

— Боже, мой! Элиночка! Ты — настоящая фея!

— Хочешь, я исполню твое любое желание? — воскликнула Элина.

— Конечно, хочу! — тут же согласилась Полина Власовна.

— А что ты хочешь больше всего? — поинтересовалась моя дочь.

Полина Власовна с нежностью