Второй шанс для шефа - Лиза Лэйн

раз обновлял ему вино в бокале. За весь ужин он выдавливает из себя не больше тридцати слов, а я смотрю на его раскрасневшееся лицо и пытаюсь погасить разочарование, поднимающееся во мне. Как из амбициозного, жизнерадостного и общительного человека Артем превратился в раздраженного и вечно подвыпившего парня? Может быть это моя вина? Я стремительно делала карьеру и добивалась успеха, в то время как любой стартап Темы раз за разом прогорал. Сейчас он немного зарабатывает на стримах и неохотно ищет работу по профессии. Но имея за спиной лишь высшее образование и ноль опыта, Тема слишком дорого оценивает себя. Но как юрист, без опыта он не может претендовать на тот заработок, который хочет.

Мы почти не разговариваем, пока едим. Атмосфера напряженная и не располагает к душевным беседам, поэтому я делаю знак официанту и поворачиваюсь к Артему.

— Поехали домой.

Он кивает и, покачиваясь, пытается встать. Мне уже не стыдно, это происходит раз за разом, и я привыкла делать вид, что все в порядке.

— Подожди, надо заплатить.

— О, малыш кстати…

Я знаю, что он скажет дальше, поэтому лезу в сумочку за банковской картой. Артем икает и пытается погладить меня по руке, но промахивается и опрокидывает стакан с водой. В тот же момент у столика возникает официант, одной рукой протягивая мне терминал для оплаты, другой ловко вытирая воду со стола. Оплатив счет и оставив внушительные чаевые, я подхватываю Артема под руку и вывожу на улицу. Он отстраняется от меня и как есть, в костюме и пальто, садится на поребрик и закуривает.

— Чертов закон, покурить негде, — едва слышно бубнит он себе под нос.

— Поехали, Тем. Мне завтра снова на работу с утра.

— Ничего, опоздаешь, — он пьяно смеется. — Ко мне же опоздала, вот и на работу разок можно.

— Если меня уволят, то нам нечем будет платить за квартиру.

Когда слова срываются с моих губ, я понимаю, что зря сказала это, но изменить уже ничего нельзя. Артем резко вскакивает, но его ведет в сторону, поэтому мне приходится схватить его за руку, что он не упал.

— Что ты хочешь этим сказать? — он резко дергается и я выпускаю его руку. — Что это ТЫ вся такая важная нас содержишь? Что я неудачник, безработный и иждивенец? Ты наша пчелка, трудишься с утра до ночи, а я палец о палец не ударил? Так?

— Нет, я не это хотела сказать, — выставив ладонь в успокаивающем жесте, я подхожу к парню. — Я просто хочу, чтобы мы поехали домой.

— Ну уж нет. Давай же, скажи все что хочешь. Ты думаешь, я не вижу как ты смотришь на меня, с каким презрением твоя драгоценная Вера со мной разговаривает. А эти понимающие кивки от твоей мамы? Ты считаешь я слепой?

Артем срывается на крик, и я теряюсь. Обычно все скандалы начинаются дома, и там я просто ухожу в другую комнату. Но бросить его посреди города в таком состоянии я не могу. Но также внезапно как и завелся, Артем теряет весь запал и, пошатываясь, идет к машине. Вспышка его гнева бесследно проходит. К этому я тоже привыкла. Мне удается подхватить его под руку и кое-как усадить в машину. Тема что-то неразборчиво бурчит, но я уже не прислушиваюсь. Все чего мне сейчас хочется — оказаться в совершенно другом месте. Знать бы еще где.

Глава 8. Марк

— Да, брось! У тебя никогда такого не было?

Ильсур делает выпад правой рукой, я ухожу влево от удара и бью левой ему под дых. У него сбивается дыхание, он делает шаг назад. Я победно улыбаюсь.

— Никогда, — отвечаю я. — Все мои девочки были… как бы тебе сказать? Как с картинки! И не требовали дополнительных фантазий, — я не перестаю улыбаться и подманиваю его рукой.

Ильсур встает в боевую стойку, смотрит прямо мне в глаза, но я знаю, что он ищет место послабее, чтобы пробить мою оборону.

— Ну, тогда не знаю. Может ты просто зажрался?

Ильсур выкидывает вперед правую ногу, но натыкается на мой блок руками.

Мы стоим на татами посреди спортивного зала. Вокруг никого — у меня индивидуальная тренировка, а Ильсур — мой тренер по… Да по всему! Тайскийский бокс, обычный бокс, джиу-джитсу, самбо, рукопашный бой, дзюдо — я не знаю борьбы, которую он бы не практиковал и не мог научить. После спарринга мы пойдем в зал с тренажерами на силовую тренировку, а потом в бассейн и баню. Я стараюсь ходить сюда три раза в неделю на протяжении вот уже пяти лет. И за это время мы с Ильсуром довольно сильно сдружились. Он оказался прекрасным человеком, хорошим надежным другом и приятным собеседником. Для Ильсура и его «плюс один» в любом из моих ресторанов всегда есть накрытый столик, где без депозита «все включено».

— Понимаешь, я никогда не фантазировал во время секса… — я пытаюсь оправдаться.

— Вот об этом я и говорю — зажрался, — Ильсур проводит серию ударов. Какие-то попадают в цель, какие-то у меня получается отбивать.

— Да нет же. Тебе меня не понять. Ты же видел Люси?

— О да!

— Да ее на обложку любого журнала помещай и тираж будет раскуплен за день

— Это точно.

— У нее в инсте литры мужских слюней в комментариях.

— Не сомневаюсь.

— Сколько мы с ней уже? Два года? И никогда ничего подобного не было. Каждый секс, как в первый раз.

— Вот и настал второй раз, я полагаю.

Я отстраняюсь и опускаю руки. Ильсур делает тоже самое.

— Что ты имеешь ввиду? — спрашиваю я, вытирая мокрой перчаткой пот со лба.

Ильсур смотрит на меня укоризненно, даже как-то по-отечески, как будто на сына, который не может понять простых, очевидных вещей. Его когда-то черные волосы давно прорезала седина, а смуглое лицо сплошь испещрено морщинами. Он действительно напоминает аксакала, который знает все.

— У тебя что никогда не было длительных отношений? — спрашивает Ильсур.

— Что ты имеешь ввиду под словом «длительные»? — задумываюсь я.

— Ох бля, — вздыхает друг. — Самые долгие отношения сколько длились?

Я снова в раздумьях. Если честно, я никогда не засекал и не следил.

— Если ты не можешь вспомнить, значит недолго, — резонно замечает Ильсур, подманивая меня рукой — у нас все-таки тренировка, а не прием у психолога. Хотя, он, зачастую, заменял мне и его.

Я встаю в стойку. Моя очередь нападать. Провожу серию ударов, но ни один не достигает цели.

— Думаю год, может полтора. Но явно не больше. Похоже, с Люси самые