Непредсказуемый спектакль - Настя Горева

— Две недели, Рыжая, — продолжал Паркер, — теплый океан, мягкий песок, шикарная вилла. В твоем распоряжении будет моя карта, совершенно безвозмездно. Ты тратишь, сколько захочешь. Любой магазин, любой клуб, кафе, ресторан. Все, что захочешь. Ну, же. Разве твоя корыстная душонка может от такого отказаться? И потом новая должность в университете, а значит и новые возможности. Глядишь, и дела в вашем комитете пойдут куда лучше.

— Две недели? — прохрипела я.

— Две недели, — подтвердил Паркер, — а потом я исчезну из твоей жизни. И ты сможешь жить совершенно спокойно. Ты обеспечишь мне светлое будущее, а я позабочусь, чтобы твое было не менее солнечным. Ну, что скажешь?

10.

— Вот это не забудь! — Линда кинула мне в чемодан еще несколько легких светлых маек.

— Блин, Линда, — возмутилась, упаковывая их в чемодан, — они-то мне зачем?

— Как зачем? — Линда уставилась на меня непонимающим взором, — ты едешь в самый крутой город. Представь, сколько там ходит сексуальных темнокожих парней.

Она мечтательно закатила глаза. Нужно было срочно спустить ее с небес на землю, а то, еще, чего доброго, нафантазирует там невесть что. Она это может, знаю я Линду.

— Очнись, Линда, — я, наконец, застегнула чемодан и уселась на него, уставившись на Линду, — какие парни?

— Сексуальные! — мечтательно проговорила Абигел, проходя мимо Линды на кухню.

— Я там с Паркером буду, — напомнила я своим мечтательным подругам, — а это значит, никаких парней!

Мы все трое обреченно вздохнули. Как представлю, что я упускаю необыкновенную возможность завести небольшой курортный романчик с каким-нибудь горячим парнишкой. Но там я буду вынуждена изображать из себя любящую и верную девушку Блондина, будь он неладен! Весь отдых мне испортит!

— А вот и Блондин, — проговорила Абигел, уставившись в окно.

Мы с Линдой тут же оказались рядом, чтобы убедиться в достоверности ее слов. И точно! Белая «Ауди» Блондина уже стояла возле подъезда нашего дома. Пунктуальный, зараза! Обреченно вздохнув, я направилась в гостиную за своим чемоданом.

— Ну, что ж, — проговорила Линда, когда мы были в прихожей, — оторвись там, как следует и за нас с Аби!

— Да, точно — тут же подхватила упомянутая Линдой Абигел, — и пусть никакой Паркер тебе в этом не будет помехой!

Я усмехнулась. Вот, ведь в любой, даже самой безнадежной ситуации они умеют найти свою положительную сторону. Наверное, за это я их и люблю! Обняв каждую из своих любимых подруг, я подхватила чемодан, перекинула через плечо сумочку и направилась к ожидающей меня возле подъезда белоснежной «Ауди».

— Приветик, Рыжая! — тут же отозвался Паркер, стоило только мне выйти из подъезда.

Он любезно открыл мне багажник и уложил мой чемодан рядом со своим.

— Знаешь, Блондин, — серьезно проговорила я, усаживаясь в машину, — если мы продолжим в том же духе, то нас раскроют в первые два часа. Так, что давай постараемся и будем вести себя, как и полагается паре, которая встречается уже второй год!

— И что ты предлагаешь, — скептически проговорил Блондин, — держаться за руки и мило целоваться каждые пять минут?

— Упаси Бог, Паркер! — тут же выпалила я.

Блондин рассмеялся. И понятное дело. Ни он, не я не смогли бы и пяти минут продержаться в таком вот режиме. Я-то уж точно.

— Я лучше гориллу поцелую! — не забыла съязвить я.

— Взаимно, — отозвался Блондин.

Я облегченно выдохнула. Ну, хоть в этом мы по-прежнему солидарны. Уже легче.

— Но все же нам необходимо прекратить собачиться хотя бы в присутствии твоей семьи, — продолжила я.

— Предлагаешь перемирие?

— Ну, что-то в этом роде, — я скептически пожала плечами, — если честно, то мы с тобой не сильно-то и похожи на сладкую парочку, которая вот уже целый год проживает на одной жилплощади. Не знаю, как твои родственники не раскрыли это еще на семейном ужине.

— Сам этому поражаюсь, — поддержал меня Паркер.

— Значит, сейчас начнем все с начала, — отозвалась я, — здравствуйте мистер и миссис Паркер, меня зовут Миллисент Айрос, я девушка Джастина Паркера. Я люблю читать романтические книжки, любоваться закатами, а еще я просто с ума схожу от вашего дорогого сыночка!

Блондин расхохотался! Я тоже засмеялась.

— Да, — смеясь, ответил Паркер, — отцу очень это понравиться! Особенно про книжки и закаты!

— Не сомневаюсь, — поддержала его я.

— Ладно, Рыжая, — просмеявшись, отозвался Паркер, — я согласен на перемирие.

— И прекрати называть меня Рыжей! — Паркер скептически взглянул на меня, — хотя бы в присутствии твоей семьи. А я в свою очередь обязуюсь не называть тебя Блондином и Паркером.

— И маменькиным сынком, — тут же добавил Паркер.

— Ладно, — с тяжелым сердцем согласилась я.

Мне было тяжело отказаться-то от его привычных прозвищ, а тут еще и от маменькиного сынка отказаться. Но, что не сделаешь ради прекрасного и спокойного отдыха. Придется потерпеть пару неделек. Надеюсь, они не станут настоящим кошмаром. Нужно срочно найти в этом положительные стороны.

Итак, если не считать присутствие надоедливого Блондина, то меня ждет пляж, солнце, океан, безлимитная трата Паркеровских денег, куча дорогущих магазинов, а также несметное число клубов и баров! Нужно воспользоваться этим правильно и оторваться по полной. И пусть никакой Паркер мне это не испортит!

— Не трусь, Рыжая, у нас все получиться, — поддержал меня Паркер, — главное будем придерживаться нашего перемирия, и они ничего не заподозрят.

— Ну, меня-то они точно не раскроют, — уверенно проговорила я, — а вот, что будешь делать ты со своим вредной привычкой, тащиться за каждой белобрысой юбкой?

— Обещаю вести себя прилично в эти две недели, — Паркер поднял правую руку, давая мне клятву, — и не глазеть, не клеить и ничего такого прочего, других окружающих меня девушек.

Так и хотелось поправить на куриц, но мне и этого было достаточно. Главное, чтобы Паркер и вправду не потащился за какой-нибудь длинноногой блонди, иначе всему нашему спектаклю придет неминуемый конец.

— Я постараюсь поверить тебе на слово, Паркер, — скептически проговорила я.

— Ты же обещала меня так не называть? — обиженно проговорил он.

— Только в присутствии родителей! — напомнила ему я.

— А наш договор о перемирии?

— Так, Блондин, дай мне насладиться последними минутами свободы!

Паркер усмехнулся. Еще бы. Он-то, небось, тоже самое чувствует. Говоря про последние минуты, я ничуть не лукавила, поскольку мы уже въезжали на парковку аэропорта, где нас ждали все Паркеровское семейство. На парковку и поход до