Верное средство - Нина Юрьевна Князькова

Я осторожно толкнула ее и… оказалась в саду. Тут столько всего было. И яблони, усыпанные сейчас красными плодами, и груши, и даже грядка с зеленью. Теперь понятно откуда Карапетов зелень для готовки берет. А вот за кустом смородины я вдруг наткнулась на что-то… больше похожее на полосу препятствий. Тут были какие-то бревна на веревках, ров, канаты. Жуть какая-то. Кто здесь занимается?

Так ничего подходящего не придумав, я махнула рукой и отправилась обратно в дом. Надо будет спросить у хозяина особняка, можно ли лакомиться яблоками из сада. Или они здесь для красоты висят?

Глава 6

Фома Измаилович вернулся только к ужину, который сам и принес откуда-то. Я заглядывала в холодильник до его прихода и там ничего съедобного не было. Я уже даже планировала вновь идти с Тихомиром в столовую, но так как объявился директор с едой, то планы на вечер пришлось подкорректировать.

– Вы в лечебнице телефон оставили, – вместе с едой Карапетов выложил на стол и мой старенький, но надежный телефон. – Также вам от «Май-плюса» положен рабочий, – на стол легла коробочка с неизвестным мне логотипом.

– Но у меня нормальный телефон, – пролепетала, не зная уже как реагировать на это все.

– Можете мне поверить, ваш скоро сломается, – сообщил мне мужчина и вышел из кухни, оставив меня совершенно растерянной.

– Я все сделал, – на кухню ввалился довольный Тихомир. – О, еда! – Обрадовался он, пихнул мне в руки ноутбук и принялся раскладывать все по столешнице. – Идите, я пока тут все разогрею и позову, – пробормотал мальчик, показывая, что мне здесь явно не место.

Пришлось собрать всю предложенную мне технику и отправиться в свои покои. Спальней это место у меня язык назвать так и не повернулся. Да и квартирой тоже. Как без кухни-то? А вот покои были в самый раз.

Сложила все гаджеты на тумбочку, села на пуфик у туалетного столика и пригорюнилась. Это что же такое получается… Есть какая-то организация, при которой есть школа с психованными детьми, у которых галлюцинации. И эта самая организация, нанимая людей на работу, начинает платить какие-то нереальные деньги и заваливать другим добром… А ведь еще документ о неразглашении есть! И все-таки, куда я попала? Нужно будет сейчас же серьезно поговорить об этом с Фомой Измаиловичем. Я хочу знать, что же здесь происходит на самом деле.

Я встала с пуфика и тут же услышала стук в дверь. Открыла.

– Ужин разогрет. Фома Измаилович ждет на кухне, – отчитался Тихомир и отправился в сторону лестницы.

Ну ведь с виду самый обычный мальчик. Может быть, он не живет в интернате именно из-за своей нормальности? И вообще, что у них здесь определяет нормальность?

Мысленно перебирая вопросы, я спустилась вниз и направилась в кухню. Тихомир и Фома Измаилович уже сидели за столом и явно ждали меня. Я села и мужская часть дома, волею судьбы оказавшаяся за этим столом, принялась за ужин. Я же поковырялась в еде, даже что-то съела, но аппетита не было.

– Не вкусно? – Забеспокоился Карапетов, заметив мое настроение.

– Что? – Я вынырнула из своих мыслей и недоуменно посмотрела на него. Потом на тарелку, где все было размазано ровным слоем. – Нет, вкусно очень. Просто, – я бросила быстрый взгляд на Тихомира, который уплетал еду за обе щеки, не обращая на нас никакого внимания. – Просто я бы хотела поговорить с вами после ужина, – призналась.

Директор помрачнел.

– После ужина у нас с Тихоном занятия, а потом я уделю вам необходимое время, – «обрадовал» он меня.

Я кивнула и решила, что нужно будет записать свои вопросы в блокноте, чтобы потом не терять нить допроса. То есть разговора, конечно.

Я так и сделала, когда поднялась в свои комнаты. Села у окна и, наблюдая за закатом, принялась писать вопросы. И писала я их до тех пор, пока меня не отвлекло движение внизу. Оказывается, это окно выходило на сад, где сейчас стоял Тихомир и разминался. Через минуту к нему подошел Карапетов, и они направились к той жуткой полосе препятствий, которую я видела ранее. Причем, директор был одет в шорты и просторную майку, а Тихомир и вовсе был в одних шортах, демонстрируя миру свое тощее угловатое тело.

Я чуть привстала и открыла окно. Вдруг что-то новенькое услышу.

– …не так ставь. За такое Лохматов тебя бы живьем сожрал. И кувырок должен быть более высоким, – говорил Карапетов, что-то объясняя мальчику на пальцах. – Давай на линию и вперед.

Тихомир кивнул, чуть пригнулся и с дикой скоростью пролетел эту полосу препятствий, кувыркаясь в воздухе и жутко падая на землю. Это все было так быстро, что, если бы я моргнула, просто пропустила бы все.

– Ну у них и занятия, – покачала головой.

– Ты снова проскочил слишком низко, потому и задел начало рва. Тебе нужно всё пройти, почти не касаясь земли. Смотри!

Карапетов встал у начала полосы и… Я не поняла, что это было. Его силуэт так смазался, что видно было лишь образ… тень. Через секунду он был на другой стороне.

– Понял, – мальчик явно был полон решимости научиться такому же.

Я так же решительно закрыла окно и попыталась прийти в себя. Я еще ни разу не видела, чтобы люди такой же комплекции, как Карапетов, могли так быстро двигаться. Да что там, я вообще не помню, чтобы люди на моих глазах так быстро передвигались.

Я взяла свой телефон и набрала Аринку. На звонок ответил Клим.

– Что случилось? – Голос его был суров и серьезен.

– Арину позови, – велела.

– Она в душе. И вообще, я здесь – глава поселка. Если есть вопросы, то говори, – велел он.

И я решилась.

– Здесь происходит что-то непонятное, – прошептала громко в трубку.

– Алка нечисть привезла, что ли? – Уточнил он.

– Какую нечисть? – Тут же переспросила я нормальным голосом.

– Видимо, никакую, – у меня было ощущение, что ему вообще не хочется отвечать на мои вопросы.

– Ты тоже веришь в этих всяких… русалок, или гномов? – Ой, кажется, там как-то все по-другому называлось.

– В нашей лесополосе русалки не водятся, – хохотнул Лохматов. – Они море предпочитают. И гномов у нас точно нет, я бы это знал.

– А кто есть? – Подозрительно спросила.