Верное средство - Нина Юрьевна Князькова

Я закрыла дверь и рванула в ванную. Лишь пролетая мимо зеркала резко затормозила и чуть не застонала в голос. На голове черти-что, любимая футболка съехала на плечо, задралась и… вообще, у меня трусы из-под нее выглядывают. Что обо мне теперь директор подумает?

С этими мыслями я металась по ванной, пока не поняла, что моя же паника меня и тормозит. Карапетов сказал не спешить, вот и не буду. И вообще, даже позавтракаю!

На кухне меня встретил Тихомир, который мыл посуду.

– Доброе утро, – поздоровалась и села за стол.

Парень фыркнул в ответ что-то невнятное и продолжил свое занятие. Я же с удивлением смотрела на овсяную кашу с каким-то ягодами. И это завтрак? Я бы сейчас от бутерброда не отказалась. Каш я за свою студенческую жизнь переела столько, что меня от одного вида теперь тошнило. Но больше на столе из еды ничего не было, так что я решилась попробовать.

– Ммм, вкусно, – я вдруг поняла, что тот повар, который готовил это блюдо, совершенно поменял мое мнение об овсянке. – Кто это готовил?

Мальчик отвлекся от мытья посуды и снисходительно на меня посмотрел.

– Фома Измаилович утром за ягодами сходил и вот… – он выключил воду.

– Ничего себе, – восхищенно пробормотала я.

Но задерживаться дольше необходимого я не могла. Работу никто не отменял. Пришлось быстренько выпить травяного чая (хочу кофе!) и бежать в школу.

Сегодня в коридорах было гораздо больше учителей. Приближающийся учебный год диктовал свои условия.

– О, привет, – помахала мне рукой Вероника Родионовна и умчалась куда-то по своим делам.

– Дамирка! – Услышала со спины. Обернулась. Ко мне неслась Аринка. – Ну, как ты тут? Освоилась?

– Привет, – обрадовалась я. – А я тебе вчера звонила.

– Да, мне Клим сказал… сегодня, – Арина чуть помрачнела. Поругались, видимо. – Так зачем ты звонила?

– Да неважно уже. Я с директором уже все обсудила и знаю про детей и про лечение, – сообщила, довольная совей осведомленностью.

– Да? – Удивилась она. – И тебе ничего не кажется странным?

– Кажется, – кивнула я. – Но фатального ничего нет. Они же на людей не кидаются.

– Не кидаются, – Арина улыбнулась. – Ой, давай потом поговорим. Мне еще учебный план забрать надо.

– Если что, то я на рабочем месте, – ткнула я пальцем в потолок и поспешила на это самое рабочее место, пока не уволили за опоздание.

В приемной было тихо, хотя из кабинета директора раздавались приглушенные голоса. Я быстренько спрятала сумку под стол, включила захваченный из дома ноутбук и принялась соображать, чем же мне таким полезным здесь сегодня заняться.

– Так вот ты какая! – Раздался надо мной голос, и я резко подняла голову. Ну почему я снова не услышала, как дверь кабинета открылась? Да и шагов никаких не уловила. – Доброе утро.

– Доброе, – кивнула я, глядя на рослого паренька лет семнадцати. – А вы ученик?

– А вы Дамира Алмазовна? – Ответил он вопросом на вопрос.

– Да. Так вы ученик? – Вновь спросила я.

Парень коротко хохотнул.

– Нет, я давно закончил эту школу. Надеюсь, что навсегда, – заявил он и нагнулся над моим столом, нависнув надо мной. Мне показалось, что он пытается… меня понюхать.

– Аким! – Возмущенно окликнул его Карапетов, появившийся в приемной.

– Даже пообщаться не дают, – парень выпрямился, подмигнул мне и вышел из приемной.

Я же замерла на месте, не зная, как реагировать на такое странное поведение.

– Он вас напугал? – Директор подошел ко мне и вгляделся в мое лицо.

– Нет, – покачала я головой. Парень действительно меня не напугал. Просто застал врасплох. – А кто это вообще?

– Градов, правая рука Лохматова. Молодой еще, конечно. Дурной, кровь гуляет. Но когда наберется опыта, то будет одним из лучших глав Березкино, – с толикой гордости заявил Карапетов.

– Он тоже в интернате жил? – Догадалась я, но мужчина покачал головой.

– Нет. Не смог он ужиться с другими детьми. Они его до потери сознания боялись. Он жил у меня так же, как Тихомир сейчас, – поведал он мне.

– Надеюсь, что Тихомир таким наглым не вырастет, – фыркнула я.

– В Тихоне силы меньше, – Карапетов обошел стол и заглянул в экран ноутбука. – Вот ваша рабочая почта и пароль, – на стол лег лист бумаги. – Я вам вышлю характеристики на детей, структурируйте их, пожалуйста.

– Как именно? – Я обрадовалась появившейся работе.

– Интуитивно. Просмотрите их и… мне кажется, что вы поймете, что делать, – выдал он мне странное задание и ушел в кабинет.

– Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что, – проворчала я, вбивая адрес в почтовый ящик. Через минуту зашла и поняла, что работы мне здесь на несколько дней. Делать было нечего, принялась за задание, от которого положительного результата вообще не ждала.

Глава 7

Михалкова Римма, четырнадцать лет. Идеальная память, таблицу умножения выучила за сорок две секунды, картину Куинджи воспроизвела в точности…

Я перебросила характеристику в папку с названием «Идеальная память». Еще у меня на рабочем столе появились папки: «Физическая сила», «Мгновенная реакция» и «Инженерное мышление». Пока что. А ведь я разобрала всего тринадцать документов. Теперь понятно, о какой гениальности говорил вчера Карапетов. Эти дети действительно были гениями, но каждый в какой-то определенной сфере.

Дверь в приемную открылась и мимо меня к кабинету директора пробежала девушка. Весь ее вид выражал какую-то отчаянную решимость.

– Стоять! – Рявкнула я так, что сама от себя не ожидала. Девушка застыла буквально на бегу… с поднятой в воздух ногой. Медленно повернула ко мне с видом, как будто меня только что заметила. – Кто и по какому вопросу? – Я поднялась из-за стола.

Девушка все же поставила ногу на пол и похлопала глазками.

– Я – Алла. По вопросу… общественного порядка, – твердым голосом ответила посетительница.

– Ждите, – я прошествовала мимо нее в кабинет и постучала. Вошла через пару секунд в кабинет директора… впервые. Было заметно, что кабинет отделывали только что. Нет, все было чисто, просто дух витал такой. Но лаконичный строгий и дорогой дизайн мне очень понравился. И длинный стол из красного дерева, почти такой же, как в приемной. Карапетов восседал во внушительном кресле и настороженно следил за мной. – Фома Измаилович, к вам посетитель. Некая Алла. Она по вопросу общественного порядка, – торжественно объявила я (это же мое первое объявление на данном рабочем месте).

– Алла? – Удивился директор. – Дамира Алмазовна, пусть она войдет.

Кажется, он сейчас не знал, как себя со мной вести. Это из-за того, что он мои трусы с