Сломанный лёд — 2 - Мария Карташева

В весёлых девчачьих хлопотах прошло короткое время ожидания, и вскоре на маленькой Марининой кухне стол ломился от вкусностей. Фермерские сыры и копчёности были украшены фруктами и овощами, ошеломительно пахла поддёрнутая золотистой корочкой утка, влажно поблёскивал кроличий паштет в обрамлении желе, сдобренного сухим вином и рубленым кешью, в отдельной тарелочке проглядывал сквозь зелень базилика слой белого соуса, покрывавший телячью вырезку, а сбоку примостился завёрнутый в фольгу судак с розмарином.

– Мариша, что б я так жила! – с придыханием произнесла Лена, оглядывая гастрономическое великолепие.

– Давай за встречу. – Марина наполнила вином бокалы, и вслед за этим прокатился хрустальный звон.

– А звенят-то как. – мечтательно сказала Лена. – Вот что значит жить красиво! Не, ну мы тоже не валенком штопаны, мы с Пал Палычем периодически выбираемся в пиццерию или люблю очень сходить в бар один, там к пиву тарелка такая сборная идёт и соус там охрененский. – Лена помолчала. – Ладно, хватит о жратве, давай рассказывай, как ты, что? Ты халупу свою, что ли, продавать приехала?

Марина отпила глоток вина, пожала плечами и взглянула на Лену.

– Не решила пока. Я, может, совсем вернулась.

– Выгнал, да? – на лбу у Лены пролегли складки и было видно, что она искренне переживает за подругу.

– Нет. Он мне предложил выйти за него замуж, а я сказала, что мне надо подумать.

Лена сначала поперхнулась, потом долго кашляла и пила вино, потом минуту молча созерцала лицо Марины, а затем разразилась витиеватой бранью.

– Чего ты решила сделать? Подумать? То есть тебе миллионер…

– Миллиардер. – поправила Марина.

– А, ну да, испанский миллиардер предложил выйти за него замуж, а тебе надо подумать? – вытаращив глаза, Лена почти кричала. – Такой шанс выпадает одной из миллиона! Выбраться из нашего района можно разве что в другой район и счастье, если это будет новостройка, а не замкадовое пространство и уж далеко не Рублёвка! Марина, ты совсем кукукнутая?

– Понимаешь, – Марина вздохнула, – я вспомнила Игоря.

– Ить, твою налево! Вот так и хотелось метнуть бокалом тебе в голову! – Лена досадливо стукнула по столу рукой. – Мало он тебе беды принёс? Мало ты слезами полы мыла? Ты мать, совсем дурная! Ты смотри, везти перестанет! То за ней кинозвезда ухлёстывал, а она хвостом воротила. Ничего, он себе вон другую кинозвезду нашёл. Мир и счастье у них, всё время на экране. Теперь тебе этот, – Лена пощёлкала пальцами, – да я всё время забываю, как его зовут.

– Северино. – улыбнулась Марина.

– О, точно! Миллиардер предложение делает, а ты, – Лена снова разразилась богатым потоком нецензурной речи, – приехала к этому долбанутому держателю среднестатистической столовки под странным названием «Аллегрия де вивир»!

– «Радость жизни» – это я ещё придумала. А откуда ты знаешь, что он открыл ресторан? – спросила Марина.

– Мать, мы все дружим в соцсетях! Мы не только знаем, кто что открыл и кто с кем, – Лена многозначительно помолчала, – но даже кто и что жрёт! Хорошо, ещё не догадались фоткать, что после этого выходит. – Лена зашлась в гомерическом смехе. – Моя-то, Нинка, на днях учудила. Ей же пятнадцать в этом году. Говорит, вырасту – буду моделью! И начала себя полуголую фоткать и выкладывать. Ну мы с Пал Палычем ей популярно объяснили, – Лена погрозила кулаком. – Всё, теперь хочет быть блогером. Тоже сомнительная мечта, но пока пусть будет. Вот объясни мне, – Лена без остановки сыпала вопросами, – вот сейчас ты выглядишь «от винта», сама как кинозвезда. Ты и раньше-то с твоей внешностью королева была, а сейчас вообще, Голливуд отдыхает. Но раньше ты на красивый лифчик откладывала, а сейчас небрежно жратвы на огромную тучу денег заказала и не нервничаешь. И винишко, наверное, не самое дешёвое взяла. Так какого рожна тебе надо? Что ты с этим Игорем, прости господи, носишься? Ты думаешь бог тебе всё время будет такие жизненные подарки делать? – Лена подцепила кусочек розовой колбасы из лосося. – Убиться можно как вкусно! Слушай, а у него квартира или дом?

– У Северино? – спросила Марина. – Да и то и другое есть. Но мы в основном живём в особняке на побережье. – Она достала телефон и открыла галерею снимков. – Я же тоже в соцсети выкладывала фото. Вот эти. Ты не видела? – Марина вопросительно взглянула на Лену.

– Маришка, он что и правда миллиардер? – затаив дыхание женщина просматривала фотографии с шикарными видами.

– Да.

– Ну всё понятно. Я думала, ты рисуешься, решила поддержать игру. Я думала, просто мужик нормальный, а это вы на фоне каких-то богатых домов фоткаетесь. – Лена вернула подруге мобильный. – Ты, Марина, прости меня, но ты дура. Знаешь что? Поехали-ка завтра со мной. Я хочу, чтобы ты посмотрела в глаза тем, у кого мало шансов не то что виллу увидеть, а в семью попасть.

– В смысле? Это куда?

– На кудыкину гору! – зло ответила Лена. – Я, подруга, волонтёр в детском доме. И я хочу, чтобы ты по-настоящему увидела, как выглядит беда.

Вечер раскрасил воздух акварелью дождя, подруги ещё долго беседовали, но старались не затрагивать болезненные темы для разговоров, вскоре свет в окне квартиры погас, и мужчина, сидящий внизу в машине и всё это время наблюдающий за прямоугольником света, уехал.

***

Юля уже триста раз прокляла московские пробки, мысленно послала на голову водителя все возможные невзгоды и, наконец, не выдержав черепашьего шага такси, выскочила у метро. Она довольно быстро добралась до нужной станции и точно ко времени стояла у дверей офиса Гаврилы.

– Здравствуйте! – возле Юли остановилась высокая девица. – Вы кого-то ожидаете?

– Гаврилу Петровича.

– Он уехал уже. Вы Юля? – с равнодушным лицом спросила барышня.

– Да, совершенно верно.

– Вон там ваш кабинет. На столе перечень дел и поручений. – с таким же отсутствующим видом проговорила она. – И на будущее запомните, что приходить нужно за пятнадцать минут до начала рабочего времени.

Юля посмотрела на девушку, которая последние фразы договаривала, уходя и бросая их через плечо. Усмехнувшись про себя, она посмотрела в сторону пространства за стеклянной дверью, которое сразу же окрестила «аквариум». Юля вошла в новое для себя место, огляделась, подумала о том, что плохо, когда в помещении нет окон, но успокоила себя тем, что есть стеклянная дверь. Необжитой, слишком офисный и пустой кабинет несколько покоробил её, но в конце концов, она хотела столичный ритм работы, она его получила. Причём, как Юля понимала, для старта ей досталось очень неплохое место с хорошей зарплатой.

Вдруг она увидела, что в кабинет Гаврилы ломится какая-то тётка. Подёргав ручку, женщина, сверкая взглядом, поискала кого-нибудь рядом и, увидев через прозрачную перегородку стены Юлю, распахнула дверь и вошла к ней в кабинет.

– Быстро кофейка мне сделай. – сказала она, шлёпнув на стул большую серую сумку. – Где этот долбоклюй? – она мотнула головой в сторону кабинета директора.