Третья дочь - Мария Шмидт

Есть ли у меня план? Сейчас что-нибудь состряпаем.

Отправная точка: жива, здорова, молода, красива, нахожусь в условиях комфортных, не похоже, чтобы кто-то собирался причинить вред моей нежной персоне. Может, согласиться? К этому неприятному типу привыкну, зато жить буду припеваючи, по-королевски.

От одной мысли все внутри сводит в новом рвотном позыве.

Ни за что! Ничего более мерзкого я еще не встречала. А этот сальный взгляд!.. Он мог меня видеть без одежды? Мысль обожгла. Резко открываю глаза и подскакиваю в постели. Твою ж… От пушистого халата нет и воспоминаний, на мне тонкая желтая рубаха, наверное, шелковая. Кстати, неплохо сочетается с нежным пудровым оттенком постельного белья. Волосы сухие, послушно рассыпались по плечам. Кто-то посмел меня переодеть, пока я тут валялась в бессознательном состоянии?

– Где моя одежда? – вскрикиваю, обращаясь сразу ко всем присутствующим.

Толстый тип впялился глазами, да так и пошел слюнями, видимо, в предчувствии счастливого выполнения супружеских обязанностей. Между прочим, что-то не припомню его среди тех претендентов. Одет в огромный расшитый золотыми нитками камзол красного цвета, на шее что-то вроде платка из желтой гладкой ткани, волосы тщательно прилизаны назад, а лицо… Видно, что любитель выпить и хорошо закусить. Толстые щеки, маленькие глазки, сам весь лоснится и блестит от жира. Стоит, потирает пальчиками-колбасками. Ему без грима Весельчака У изображать в детском спектакле. Только там и был бы уместен этот кошмар. У детей сейчас психика крепкая, им самое то будет.

Рядом стоят три девушки в однотонной серой одежде, их волосы туго стянуты в косы, видимо, служанки. Позади космопирата возрастная дама подобной ему комплекции, судя по всему, мамаша. Такие же пальчики-колбаски теребят платочек. Дорогое платье в бардовых тонах, огромные драгоценные камни на толстенной шее и в ушах, приторная улыбка. Вылитая жаба. И еще какой-то тип с сумкой, что-то вроде саквояжа. Не скажите, что нотариус, брачный договор заключать. Хотя, вполне может быть. Взгляд цепкий, внимательный. И тоже сальный. Фу, гадость. Ну, Эйброкс, попадешься ты мне…

– Дорогая, – с придыханием заговорил Весельчак У, – я так счастлив! Нам с тобой надо много обсудить. Но прежде… позволь поцеловать ручку…

– Не сметь! – выкрикиваю в ужасе, поджимая обеими руками одеяло к груди, – не сметь ко мне прикасаться!

Толстяк обиженно поджимает губы и сопит.

– Милый, дай девочке прийти в себя, освоиться, – мягким низким голосом пропела мамаша, – не будь таким горячим, не так сразу.

От этого «горячим» я даже рот открыла.

– Доктор, – обратилась дама к типу с саквояжем, – как вы находите состояние нашей невестки? Угроза миновала?

– Вполне, – ответил с улыбкой тот, – наша будущая королева наделена отменным здоровьем и отлично справилась с переходом между мирами.

Он шагнул ближе к постели и поклонился:

– Мое госпожа, я ваш лечащий доктор, Лорец Артских. Есть ли у вас какие-то жалобы? Неприятные ощущения? Можете не стесняться, здесь все свои.

Не нотариус, и то хорошо.

– Нет, спасибо, все нормально, – отвечаю.

В самом деле, не начинать ведь жаловаться на ситуацию, в которой оказалась.

– Господа хорошие, – обращаюсь уже ко всей компании, – я бы хотела одеться и привести себя в порядок, вас не затруднит покинуть помещение?

Народ мнется и выходит, остаюсь со служанками.

– Ах, вы такая красивая пара! – восторженно шепчет самая молоденькая из девушек.

Вздернутый носик с веснушками, на вид лет четырнадцать.

Удивляюсь:

– С кем?

– С нашим герцогом! – с откровенной завистью отвечает служанка.

О вкусах, конечно, не спорят, но здесь явно перебор.

– Я этого не нахожу, – обрываю строго. – Что с моей одеждой?

Девушки начинают суетиться, приносят из примыкающей комнаты целый ворох одежек. Хотя, похоже, что все это и есть платье. Нда.

– Девочки, а чего попроще нет?

– Госпожа, простите, пока только это, – смущается самая старшая, симпатичная блондинка лет двадцати.

Да уж.

– Девочки, а где мой халат, в котором я сюда попала?

На меня смотрят три пары растерянных глаз.

– Да говорите честно, я не монстр.

– Мэтр Эйброкс забрал сразу, как мы вас переодели, – пролепетала блондинка, – и то мягкое полотенце, что было на ваших волосах. Он сказал, что вам не надо смотреть на вещи из вашего мира, так вы быстрее привыкните.

Вот еще новость.

– И что, меня переодевали в присутствии мужчины? – нахмурилась я.

– Что вы, госпожа, как можно, господа в это время разговаривали в гостиной, – торопливо заговорила рыженькая, – они обсуждали сделку, и уже перед уходом мэтр забрал ваши вещи.

– Какую сделку?

Тут рыженькая быстро сообразила и затараторила:

– Я ничего не слышала, просто так подумала, потому что… – девушка запнулась, закрыла рот и покраснела.

Тут ей на помощь поспешила третья служанка, милая пухленькая девушка лет шестнадцати. Широко распахнув глаза, она доверительно зашептала:

– Мэтр сказал, что вещи из вашего мира могут притягивать несчастья из-за несовместимости миров, потому лучше их уничтожить секретным магическим способом, который только мэтр сумеет применить.

Вот оно как значит. Несовместимость миров. Еще и сделка. С каждой минутой у меня все больше вопросов к этому Эйброксу.

– Ладно, девчонки, чувствую, я здесь немного подзастряла. Потому давайте знакомиться. Меня зовут Ольга, лучше Оля. А вас как?

– Тина, – улыбнулась рыженькая девочка-подросток.

– Элиз, – склонилась в учтивом поклоне блондинка.

– Нати – улыбнулась пышечка.

– Отлично! – говорю им, – у вас тут не найдется какого-нибудь халатика, чтобы сходить умыться, себя в порядок привести?

Что-то нашлось.

Служанки активно настаивали на своей помощи с утренними процедурами, еле отбилась. Я девочка большая и уже вполне самостоятельная.

Ванная оказалась не особо удобной, какой-то прошлый век. Но что есть.

А вот с платьем пришлось уступить. Ничего не понимаю в тонкостях местной одежды, потому просто наблюдала процесс, чувствуя себя куклой. Платье в сборе оказалось довольно красивым, но немного не по фигуре, слишком свободное. Девчата ловко подогнали его в талии с помощью специальных шнуровок. Грудь при этом приподнялась и округлилась, как-то слишком вызывающе на мой вкус. Но девочки уверили, что это еще даже очень скромно, сейчас носят куда более открытые вырезы.

Что касается ткани, тут у меня только восхищение. Определить цвет однозначно невозможно, я вся так и переливаюсь оттенками красного и оранжевого, словно живой огонь. Самой смотреть больно.

Над волосами попросила сильно не мудрить и сделать что-нибудь попроще. Пришлось даже немного повоевать, но