Берлинское танго Анн - Анна Сехан

– Великий полководец, – утверждал папа, – отбирал воинов для самых трудных боев, “спецопераций”, исходя из того, бледнеет человек в минуту опасности или краснеет. Выбирал краснеющих – они, якобы, лучше проявляют себя в бою.

– Вот-вот, – поддакивала мама, – современная наука доказала, что у людей, которые краснеют при опасности, в кровь выбрасывается гормон адреналин, побуждающий к активным действиям, поэтому в критических ситуациях они лучше соображают и действуют более смело.

В этом месте мама замолкала, еще не хватало, чтобы я проявляла признаки храбрости, бросалась на амбразуру или вступала в схватку с кем-нибудь! Но отчаянная храбрость – это не про меня! Самым смелым своим поступком я считаю отказ от просмотра по телевидению открытия двадцать седьмого съезда КПСС. Тогда я работала в НИИ и выдвинула очень вескую причину, по которой не могу пойти в актовый зал, чтобы вместе с коллективом принять участие в этом важном политическом мероприятии – у меня слишком много работы!

Я считаю, что это предательское качество – краснеть, просто выдает мое даже самое незначительное волнение и реально мешает мне жить. Представляете, прихожу я на свидание, делаю вид, что случайно мимо проходила, а тут шея и щеки расцветают алыми бутонами! Что тут скажешь – красные пятна на шее и щеках говорят обо всем. Ладно бы в пору детства или юности, но зрелая женщина и румянец…

Вот и сейчас Максим все понял и пояснил:

– Помнишь, как я тебе первый раз позвонил? Я искал свою родственницу по имени Аня, – он стал подробно объяснять Аньке всю ситуацию. Видимо, хотел дать мне время успокоиться. Я оценила его тактичность, хотя он ведь не знает, что Аньке эта история пересказана не однажды. Ну не должен же мой знакомый знать, что я рассказываю подруге все, что со мной происходит, причем в лицах и в мельчайших подробностях, вплоть до интимных. Многие женщины так откровенны со своими подругами. Но тщательно скрывают это от мужчин. Для их же, мужчин, пользы, между прочим….

– Я в курсе, – коротко и с достоинством ответила моя подруга. Ну вот. Опять Анькина прямота вогнала меня в краску!

– Ты больше не обижаешься? – как-то просто и даже несколько застенчиво спросил Максим, чем покорил меня окончательно. Все-таки он симпатяга, что бы там ни было дальше!

Он легко перешел на ты, и мы обе поддержали его начинание. Беседа стала совсем непринужденной. Мне казалось, я знаю Максима давно…

Когда мы вышли из театра, наша машина с симпатичным водителем Сашей стояла у выхода.

– Елена Марковна сказала ждать Вас, даже если Вы будете отказываться. Она предупредила, что Вы слишком щепетильны.

И тут Анька вдруг «к месту» вспомнила, что ей будет звонить Толик. Кстати, Толик – это ее муж. И почему-то ему приспичило позвонить в загородный дом, а не на мобильный… Конечно же, Анька приплела что-то насчет того, что мобильный разрядился, а у Толика очень важная информация для нее. Непонятно только, почему я об этом ничего раньше не знала. Максим предложил мне остаться и пойти с ним в клуб.

– Тебе же никто не должен звонить? – с иронией и, как мне показалось, с надеждой спросил он.

– А как я попаду домой? – с отчаянием утопающего я хваталась за последний неубедительный аргумент.

Но моя наивность, кажется, начала уже всех раздражать. Они грянули почти одновременно в два голоса:

– Я пришлю за тобой машину!

– Я отвезу тебя!

Их голоса слились в один приговор: «Тебе не отвертеться!» Я поняла, что лед оказался слишком тонким…

О том, что происходило дальше, мне трудно вспоминать. Во-первых, все было, как во сне. Во-вторых, все было прекрасно. В-третьих, я ничего не помню. В-четвертых, я не имею права влюбляться. В-пятых, в-шестых…

7

Первый день в банке был незабываем. Гюнтер представил меня шефу и другим коллегам. Все были радушны, но смотрели на меня, как на диковинное животное. Мне кажется, что для них знакомство с человеком из России равнозначно походу в цирк на шоу танцующих бегемотов. Обычно здесь в Германии в любом учреждении можно встретить хоть пару русскоговорящих коллег, в такой компании всегда чувствуешь себя комфортней. Это, как на необитаемом острове, не имеет значения, один ты или в компании: быть съеденным или умереть с голоду – шанс одинаковый, но вдвоем как-то спокойней. В этом банке я не встретила никого из бывших соотечественников. Перспектива оказаться Робинзоном без Пятницы меня пугала, но я привыкла приспосабливаться к обстоятельствам. Свои первые занятия я должна была проводить с сотрудниками отдела ценных бумаг. После обеда я познакомилась с группой. Начальник отдела тоже был в группе слушателей. Думаю, я почувствовала себя примерно так же, как когда-то моя преподаватель на немецких курсах, узнав, что я имею ученую степень доктора. Первое время я ловила себя на том, что обращаюсь не ко всей аудитории, а лично к начальнику. Выглядело это так, будто в аудитории присутствует «дорогой Леонид Ильич». Но вскоре мне удалось справиться с волнением, поскольку все руководящие работники вели себя просто и внимательно слушали меня. А вот две тетки, сидевшие сзади, откровенно демонстрировали, что вся эта затея им не нравится. Они сразу спросили: «А зачем нам это вообще нужно? Мы прекрасно владеем калькулятором и даже хорошо считаем в уме». Надо сказать, что я поначалу растерялась, но быстро взяла себя в руки и предложила им в письменном виде написать отказ от занятий по причине прекрасного владения калькулятором и устным счетом до ста, заверив, что я передам их заявления для рассмотрения вышестоящему начальству. В этот момент я не удержалась и опять посмотрела в сторону их шефа, тот, похоже, был удовлетворен ходом моих мыслей. Его непроницаемое лицо выглядело довольным, и я даже уловила мимолетную улыбку, пробежавшую по губам и слегка растопившую холодок во взгляде проницательных глаз. А вообще занятия давали неплохие результаты, и общение с группой меня радовало.

Однажды за обедом я поинтересовалась, с кем можно проконсультироваться относительно покупки акций. Я давно хотела поиграть на бирже, но никак не решалась, мне всегда казалось, что приобретение акций – это такой же опрометчивый и безответственный шаг, как игра в казино. А тут такой шанс! Люди с опытом могут мне посоветовать, какие бумаги сейчас стоит покупать.

– Анна, сегодня после занятий в отдел придет герр Мюллер, специалист по вопросам