Жена для престижа - Юлия Смирнова

- Барбакова, дай отдохнуть так, как мне нравится. Не ной.

Ух ты. Уже второй раз называет своей фамилией, гляди-ка… Намекает, что я – его купленная собственность. Я решила на сей раз уступить и продолжила танцевать с ним. Неужели он не помнит, как мы танцевали шесть лет назад? Может быть, вспомнит хотя бы сейчас?

Ну конечно же, нет... И чем дольше он танцевал - совершенно далёкий, думающий о чём-то постороннем человек - тем сильнее крепла моя на него обида. Уже можно было бы вспомнить. Не такая-то я и неприметная... Но ничего, Барбаков. Любишь преподавать другим уроки? Тебе тоже неплохо бы выучить урок, хотя бы один-единственный: что не стоит просто так обижать людей и относиться к их телу и их чувствам, как к хлопьям пыли под твоим рабочим столом...

Глава 6. Евсей. Сюрпризы для молодожёнов.

Мы расписались в первых числах сентября, накануне государственного праздника труда; никакого отпуска мы не могли себе позволить – поэтому решили воспользоваться выходными, чтобы в глазах коллег это не выглядело слишком уж неромантично: только поженились – как сразу бегом на работу.

К тому моменту мы прожили вместе всё лето – и нисколько не напрягали друг друга. Ирэнин внутренний мир меня не интересовал, а её не относящиеся к работе идеи и мысли не будили любопытства; так же легко я мог бы ужиться с любым коллегой, если бы пришлось, - и уж конечно, мы не стали бы лезть друг другу в душу. С Ирэной было так же. Нам удобно обсуждать рабочие вопросы, дела сложных пациентов, лекции на медицинском факультете, планируемые доклады, публикации и грантовую документацию; надоест – разойдёмся по разным комнатам. Секс был превосходным; по утрам после бурной ночи обнаруживая это роскошное тело в своей постели, я каждый раз думал, что сделал правильный выбор.

Всё было спокойно, в рамках нашей договорённости; но несколько раз мне случилось поймать на себе Ирэнин пытливый, ищущий взгляд. Что-то замышляет; что именно, я, конечно, судить не берусь. Но уверен, что, как и у всех женщин, у неё есть некая своя цель в этих отношениях, кроме денег и статуса в США. И помимо моей субъективной мизогинии, у таких подозрений была одна вполне объективная причина.

Я вспомнил её. Вспомнил Ирэну.

Хотя и смутно. И далеко не сразу. Незадолго до росписи в Консульстве. Что-то такое мелькало в её образе, будоража память, - но мне понадобилось без малого три месяца, чтобы сообразить.

Хитрая девчонка захотела получить экзотический первый опыт вдали от родины – и решила использовать для этого меня. Ну и я её использовал: в свою очередь, оторвался по полной. То, что нахалка меня тоже не забыла, - бесспорно. Но, думаю, она не в обиде. Не вижу смысла это с ней обсуждать. Если бы для неё то событие шесть лет назад имело большое значение – она бы вопрос уже подняла. Наверняка было несколько партнёров после меня, и воспоминания о нашем весёлом вечере уже потёрлись из её памяти – точно так же, как и из моей; не могла же она, в самом деле, ни разу ни в кого за эти годы не влюбиться и ему не отдаться. Эта беда – втюриться и получить бревном по башке – даже меня не миновала к её возрасту.

С другой стороны: хрен их, женщин, разберёт. На первого мужчину, как я слышал, обычно возлагают определённые надежды. Но в контексте наших деловых отношений я и так дал ей всё, что мог: обесчестил – и женюсь. Весело, правда? В любом случае: вспомнил и вспомнил. Я на эту тему не загружаюсь. Проблем и без того полно, чтобы выдумывать себе дополнительные.

Мы выспались и выходной праздника труда встретили в постели за приятными занятиями. Наконец я удовлетворенно отпустил свою фиктивную жену и вытер вспотевшее лицо краем простыни.

- Никуда не денешься, на это дело я тебя подсадил. Может, нам ещё одно соглашение подписать? А то после развода будет жаль терять такую любовницу. Прямо как под меня сделана... Пойдем обедать, а вечером на традиционный фейерверк?

- У меня нет сил. Иди один, - вяло откликнулась девушка, носящая последние пару дней мою фамилию. Ее лицо полыхало.

- Как знаешь, дорогая; останешься ты – останусь и я; я тебя приглашал для твоей же безопасности – в публичном месте я уж как-нибудь сумею сдержаться и не стану набрасываться.

Ирэна тут же вскочила:

- Буду готова через пятнадцать минут!

В ресторане она исподтишка разглядывала меня, пока я делал заказ.

- Непредставимо, - вполголоса произнесла вдруг жена. - Я всегда думала, что сначала присмотрюсь к мужчине, а затем уже выйду замуж и пересплю с ним. Вот как в жизни бывает - вышло ровно наоборот: сначала замуж и секс, а присматриваться я к тебе начинаю только сейчас. Всё с ног на голову. И всё так отличается от подростковых фантазий.

Я прервал поток её унылых откровений, кивнув на дверь:

- Не будем терять время. Они подадут только минут через десять.

- Чего ты хочешь? – растерянно вставая за мной, спросила Ирэна; мы вышли из заведения – и за углом она сразу оказалась в моих руках.

- Секс на улице при людях меня убьет, - взмолилась она. – Пожалуйста, только не это.

- Спокойно. Всё же я не настолько маньяк. Просто хочу целоваться.

Да, целоваться с ней было отлично – я почему-то с неожиданной для самого себя ревностью подумал о её любовниках. Всех ли она так целовала? Страстно отвечая губам, вцепившись в его предплечья...

- Черт, я не особо любитель этого дела... А с тобой это так хорошо выходит, что сейчас захотелось, аж стало невтерпёж.

Мы с Ирэной вернулись в ресторан. В кармане у меня был небольшой подарочек для неё – по случаю нашей брачной росписи. Для меня сегодняшнего это была дешёвая безделушка; но для меня восемнадцатилетней давности эта вещь была неподъёмно дорога и по стоимости, - и по сути своей тоже значила слишком много. Непозволительно много.

И поэтому я намеревался от неё избавиться.

… Как-то Ирина засмотрелась на один причудливый кулон в витрине ювелирного магазина; но со вздохом отошла, не купив:

- Отец ругает: говорит, и так много денег спускаю на всякую ерундень, а успехи