Истинная вера - Анна Казинникова

— Вот, пейте, это поможет вам немного прийти в себя.

— Что это? — поинтересовалась Амелина, принимая сосуд из его рук.

— Вайншорле. Не бойтесь, от него невозможно опьянеть. По крайней мере, от такого количества. Смею надеяться, вы мне доверяете? — Фламм улыбнулся.

Оскорбить недоверием младшего принца было еще более чревато последствиями, чем пнуть графа. Амелина нехотя сделала пару глотков.

— Так лучше? — улыбнулся Фламм, беззаботно откидываясь на спинку скамейки.

— Да, — кивнула Амелина. — Мне, право, неловко, что доставляю вам хлопоты, я…

Похоже, подозрения в гипнозе были беспочвенны. Ей просто стало дурно от духоты, толпы и танцев. Между тем на лице лорда Фламма отразилось неподдельное удивление.

— Что вы. Никаких хлопот, — проговорил он, с трудом подбирая слова. — Мой сад — твой сад.

Узнав в речах принца древнюю эльфийскую мудрость, Амелина зажмурилась. Ее тяга к изучению языков была поистине фанатичной. До такой степени, что, волнуясь, Амелина с легкостью могла посреди разговора перейти на эльфийский или древнейший и абсолютно этого не заметить.

— Простите, это дурацкая привычка. Когда волнуюсь…

— Леди Амелина, все хорошо, — лорд Фламм перехватил ее руки, которыми Амелина отчаянно жестикулировала, и легонько их сжал. — Могу еще чем-то вам услужить?

При других обстоятельствах, ну, будь она красоткой с огромным состоянием и ветвистой родословной, Амелина решила бы, что принц с ней заигрывает. Но это не могло быть правдой. Она внимательно посмотрела на молодого человека. Улыбчивый, бесспорно красивый и, кажется, добрый. Наверное, именно доброта им и движет.

— Разве что перенесетесь в сегодняшнее утро и убедите меня не надевать эти туфли, — Амелина нервно улыбнулась, стараясь перевести разговор в менее опасное русло — слишком уж внимательно рассматривал ее собеседник.

Внимание лорда Фламма переключилось на ноги девушки: он самым бесцеремонным образом опустился на колени и, одну за другой, стянул с Амелины ненавистные туфли.

— Что... что вы делаете? — к такой фамильярности она оказалась не готова.

— Бедняжка, — искренне посочувствовал принц. Игнорируя смущение, он с нежностью погладил ступни Амелины, позабыв, казалось, все приличия. — Вы так скоро кровавые мозоли заработаете, да и каблук… неудобно же.

Амелина кивнула, нерешительно заглянув принцу в глаза:

— Поверьте, приди я в своей привычной обуви, это было бы еще более неудобно. Особенно для отца.

Амелина улыбнулась, а принц, словно опомнившись, выпустил из рук ее ступни и отвернулся, сосредоточившись на обуви. Через несколько мгновений Амелина с изумлением заметила, что каблук стал ниже на треть, а туфли увеличились в размере ровно настолько, чтобы доставлять отекшим ножкам как можно меньше беспокойства.

— У вас невероятные глаза, Амелина, — смущенно произнес принц, все так же глядя в пол. — В них можно утонуть. Только распоследний лопух обратил бы внимание на обувь.

ГЛАВА 3. Визиты

Барон Гисбах хмурился. Уже четверть часа он разглядывал свиток с королевской печатью, врученный настолько важным гонцом, что создавалось впечатление, будто это не гонец вовсе, а Его Высочество принц Эдвард собственной персоной.

Принц приглашал семейство Гисбах присоединиться к пикнику, который должен был состояться сегодня во втором часу дня, на лугу возле львиного утеса. А после Его Высочество хотел бы с глазу на глаз обсудить с бароном судьбу его старшей дочери и возможные перспективы, открывающиеся для столь приятной и образованной девушки в столице.

Зря он расслабился, решив, что неказистая внешность, относительная бедность и строгий нрав отпугнут от Амелины потенциальных столичных женихов, и дочь сможет спокойно идти к своей цели. Точнее, они, может, и отпугнули расчетливых глупцов, только не такие кавалеры вчера не давали прохода его дочерям.

Эти смотрят в самую суть, отбрасывая прочь ненужную мишуру. Таких ничем не напугать. Их с младых ногтей травили, топили, взрывали и мало в этом преуспели. Слава Всемилостивому, конечно. Про приключения принца и его приятелей вовсе не героические легенды складывают. Про них сочиняют страшные сказки для непослушных детей.

«Не ходите, дети, в лес. Особливо, когда солнце клонится к закату. Какой там только нечисти не водится, каких демонов не таится. Добро, если волки поужинают, а коли вурдалаки утащат, да упырем обернут? Так и будете бродить по земле, вечной жаждой томимые. Да думать, в чье бы горло зубами вцепиться. Вот принца нашего, Эдварда, сказывают, утащили упыри…»

Вспоминая косноязычные творения второсортных менестрелей, барон усмехнулся. Все они сходились на том, что принц у нас ого-го какой. Пострашней самого лютого вурдалака. И хорошо бы не только в чащу после заката не соваться, но и в королевский дворец в любое время суток не попадать. Так. На всякий случай.

Нечисть. Подумаешь, нечисть! От нее адептов «Истиной веры» всегда защищала молитва. Она и оборотня отпугнет, и мертвяка упокоит, если молящийся действительно верит. Только принц, он ведь ни богов, ни демонов не боится. Смотрит прямо. Без угрозы, но так, что голова сама к земле клонится, даже если и не собирался расшаркиваться. Совсем мальчишка, а груз какой на плечах!

И товарищи ему под стать: себя не пожалеют, жизни отдадут. За друзей. За Отечество. Это все, что у них осталось. На войне эти мальчишки потеряли всех, кто мог как-то образумить, направить, подсказать, вот и карабкаются теперь, как могут. Идут напролом. И ведь это только лязг мечей смолк. А сколько впереди заговоров, покушений, подстрекательств к мятежам? Их не больше десятка человек, кому Его Высочество действительно может доверять. Удержится ли Эдвард?

Кристиан и сам когда-то был юным идеалистом и верил, что спасает страну от страшного Монстра. Только Монстром оказался малолетний мальчуган с не по-детски умными глазами. Этими самыми умными глазами Его Высочество вчера и разглядывал Амелину. А сегодня, значит, зовет обсудить судьбу. Видно, высмотрел, что искал.

И ведь понятно, что за судьбу он хочет обсудить! Не зря, ох не зря младший принц лисом вертелся вокруг Амелины. Приглашал танцевать, подносил напитки и даже поспешно вывел в сад, когда бедняжка едва не лишилась чувств от духоты и повышенного внимания. Она ведь даже не поняла, что столь высокопоставленная суета вокруг их семейства возникла совсем не из-за глупышки Рози. Это ей, Амелине, устроили смотрины. Ее оценивали принцы и компания. С нее не спускал восторженного взгляда лорд Фламм.

При других обстоятельствах,