Ты больше не уйдешь! - Нари Орлан

Брат продолжал играть.

— Ростислав!

— Да, сейчас.

Сейчас растянулось на полдня. Пока Ростик объяснил своему другу, что от него нужно, пока тот переслал программу, пока ее поставили… А когда запустили, она показала, что процесс пошел и осталось пять часов.

— Так, архив мы на всякий случай скопировали, все правильно поставили, пойдем теперь гулять. Ты же не будешь сидеть все пять часов и считать минуты? Идем.

Я хотела бы сидеть и считать их. И, вообще, никуда не выходя, узнать, что контрабандисты нашли у Адама алмазы и в принудительном порядке, под каким-то предлогом попросили убраться с лайнера. Или чего хуже…

В груди больно кольнуло. Они ведь не убьют его? Нет, нет, у него вон охрана в соседнем номере, да и сам не даст себя в обиду. Нужно действительно пойти погулять с братом и развеяться.

Сегодня вечером будто все пассажиры вывалили на палубы. Шум, смех, новогодняя музыка. Мы шли по искусственному парку, и я невольно высматривала среди елочек Адама со своим щенком. Трава, деревья и кусты тут вполне живые. А за стеклянными стенами бескрайние водные просторы и черный купол над головой с россыпью звезд.

К счастью, Адама нигде нет.

— Пошли спустимся, — поманил меня Ростик к лифту. — Сегодня в девять вечера в маленьком зале будут выступать фокусники.

— Фокусники?

— А то! Я не могу это пропустить. Может, научусь нескольким фишкам. Идем.

Надеюсь, Ростик не планирует потом фокусничать в казино? Вздохнув, я пошла следом. За представлением время пролетит незаметно, мы вернемся, а архив с флешки уже открылся.

В том зале, где обычно выступал джазовый коллектив, сегодня на сцене оказались жонглеры, одетые в гномов. Брат взял меня за руку и повел между третьим и четвертым рядом к двум свободным местам. В детстве мы часто ходили в цирк, и я помню, как вот так вела за собой маленького Ростика.

— Мы немного опоздали, но, думаю, успели к самому интересному, — кивнул в сторону сцены брат. Там жонглеры уже откланивались, а за их спинами вывозили огромный шкаф.

— Это непростой шкаф! — воскликнул ведущий, взмахивая руками. — Внутри находится магический телепорт, который отправит вас за миг в любую точку земного шара!

Зрители восторженно зааплодировали, а я скептически вздохнула и тоже за компанию похлопала в ладоши. Ну какой телепорт там может быть?

— Вот вы девушка! — ведущий вроде указал на меня. — Не верите? Выходите на сцену! Один миг — и вы окажитесь в Африке!

Я завертела головой по сторонам. Зрители вокруг радостно подбадривали, а брат и вовсе начал выталкивать с сидения.

— Давай, иди скорее! Чего ты застыла?

Под шумные аплодисменты я поднялась на сцену, утопая в неловкости. Столько внимания свалилось за раз и свет яркий противно бил по глазам. Стало жарко. Ассистентки ведущего, наряженные в пестрые костюмы, раскрыли дверцы шкафа и пригласили меня внутрь. Вроде ничего не обычного. Я зашла в него и повернулась к зрителям лицом.

— Один момент! Чтобы наша путешественница не потерялась по дороге, ее нужно крепко пристегнуть. — И со словами ведущего девушки развели мои руки в стороны и защелкнули на запястьях пушистые, но крепкие наручники, прикованные к стенам шкафа.

Это еще зачем, черт побери?! Озноб зацарапал по коже. Сердце подскочило до горла.

— Итак, отправляемся в Африку!

Дверцы закрылись под бурные аплодисменты. Я оказалась в темноте. Панель за спиной начала двигаться, разворачивая меня. Зажегся тусклый свет, упал беловатым маревом на ухмыляющееся лицо Адама.

Во мне точно бомба бахнула. Вот сволочь гадская! Только я открыла рот, как он зажал его рукой, и я затрясла запястьями, пытаясь освободиться из наручников.

— Еще только самое начало фокуса, а ты так испугалась? Что же будет дальше? Сколько ты выдержишь?

Что он собрался со мной тут делать? Неужели воспользуется тем, что я прикована, и заберется под платье, начнет нагло там хозяйничать? Он еще ничего не сделал, не пошевелился, а низ моего живота уже словно лизнуло пламенем. И палящие языки поднимались по всему телу.

— Если захочешь, чтобы фокус завершился и тебя отпустили, придется выполнить одно условие. — Адам тесно приблизился, едва не вжимая меня собой в панель, и прошептал на ухо: — Помнишь, в прошлый раз я предлагал сходить в одно место, в которое тебя проведут? Так вот, я настаиваю. Пока я не дам отмашку, фокус не закончится. А дам я ее только в том случае, если ты согласишься провести со мной весь вечер.

Не станет же он меня пытками истязать? Ничего, я выдержу все, что он тут устроит. Делать что-то из ряда вон выходящее он вряд ли станет — все-таки в зале куча зрителей.

Он медленно отвел ладонь от моего рта. Боялся, закричу? Я с достоинством покажу, что его ловушка провалится. И проводить вечер он будет в одиночестве.

Адам зачем-то присел — сверху невидно, что находится на полу. Что там? Приспособления для пыток? Сзади ведущий не унимался ни на секунду, веселил зал, но его гул доносился ко мне словно через вату. У шкафа плотные стены и нет щелей.

Мне на плечо Адам усадил маленькую обезьянку. Цепкие ручки хватались за волосы, уши, нос. Она пыталась удобно умоститься на плече и заодно словно хотела мне все лицо ощупать! Я еле сдержалась, чтобы не замотать головой и не скинуть вредное создание вниз.

Панель двинулась в обратном направлении до щелчка. Дверцы шкафа распахнулись и яркий свет ударил по глазам. Обезьяна завизжала, заерзала на плече, крепче хватаясь за волосы. Пальцы одной лапы чуть не залезли мне в нос. Зал взорвался хохотом и аплодисментами.

Адам… Его убить мало!

— О! С возвращением, наша дорогая путешественница, Марта! Ваш брат сказал, что вы никогда не бывали в Африке. Как впечатления? — ведущий с белозубой улыбкой поднес мне микрофон, который очень заинтересовал обезьянку. Она потянулась к нему ручкой, пытаясь другой удержаться за мое ухо.

— Жарко! И шастают всякие… дикие ненормальные звери…

— Ой, давайте скорее отправим вас обратно в Африку, чтобы вы вернули обезьянку домой. А затем раз — и вы окажетесь в Индии!

Под шквал аплодисментов дверцы закрылись, и меня повернуло на сто восемьдесят градусов.

— Знаешь, что… — начала я, когда Адам стал отдирать от меня обезьянку. Но он меня перебил:

— Уже согласна остановить фокус?

— Нет. Но я тебе припомню…