Сиротка для лорда - Лана Кроу

Дети с радостью осваивались в новых комнатах и в новой жизни. София стала куда разговорчивее, а Пинки носила гипс, но целители заверили, что девочка снимет его уже через неделю.

Переехали мы всем составом. Клара теперь работала дополнительной няней и получала куда больше. А Бонни осуществила свою мечту, теперь она была поваром в большом и богатом доме.

Кайла все еще мучили кошмары и хромота. Но с каждым днем и ночью все меньше. Он все больше высыпался и все лучше ходил. Вся боль прошлого стиралась, он чаще улыбался, играя с детьми, и сам становился похож на ребенка.

Совсем не лорд и не богач. Когда он смеялся. Когда разговаривал с Филом и покупал детям игрушки. Он мой Кайл. Только это имело значение.

Мой мальчик, в сердце которого была дыра, но с каждым днем она заполнялась — мной и детскими улыбками.

И в один день я спешила домой, чтобы принести Кайлу еще одну новость. Я очень волновалась, ведь мне предстояло рассказать, что скоро еще одна комната наполнится детским смехом. Смехом нашего с ним ребенка.

Но когда я влетела домой и пожелала доброго дня всегда хмурому дворецкому, то словно вторым чутьем почувствовала: что-то не так. Но еще больше я забеспокоилась, когда увидела чужую дорогую одежду.

И когда быстрым шагом прошла вдоль коридора, то увидела того, кого уже не ожидала. Замерла, не в силах дышать, понимая, что может значить приезд этой леди.

Той, рядом с которой сидела моя малышка Софи. Маленький ангел, который только-только начал доверять людям.

— Доброго дня, — раздался сладкий голос Валери.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Эпилог

Софи

Последние дни я часто думала о маме.

Валери запрещала мне о ней говорить, потому что ей было грустно вспоминать, как она ушла. Нет, моя мама не бросила меня, она бы никогда не бросила. Мою маму забрали духи, и теперь она жила на облаках.

Я верила, что мама смотрит с небес и очень переживает о нас. Переживает за меня и Валери, особенно за Валери. Ведь меня не было рядом с ней. Я была здесь, и мне было хорошо. А как же Валери? В этот раз она так долго не приезжала.

Но когда она приехала, моя радость была совсем не долгой. Ведь я понимала, что теперь расстанусь с Линой.

Я не хотела, чтобы Лина грустила, ведь она была так похожа на маму.

Этот раз был совсем другим. Здесь меня не наказывали, ни били и не оскорбляли. Здесь меня любили, баловали сладостями и играли.

Лина читала мне сказки и целовала каждую ночь, прямо как мамочка. А Кайл приносил для меня новые игрушки и рассказывал интересные истории.

Но я скучала по Валери. Мне так хотелось, чтобы мы были здесь вдвоем, и, возможно, тогда она бы поняла, что добро всегда побеждает зло.

Возможно, если бы Кайл дарил ей игрушки, а Лина рассказывала сказки, тогда Валери чаще улыбалась бы. Как это было в детстве.

И ее смех, он был бы настоящим, искренним. Возможно, тогда она бы не плакала, спрятавшись от меня в комнате. И не кричала на меня, когда расстроена.

Или уже было поздно?

В этот день Кайл обещал устроить пикник, а Фил — показать, как запускает воздушного змея. Как жаль, что я не увижу воздушного змея! Ведь Фил говорил, что он так красиво летает…

— Может, останемся, Валери? Немножко…

— Не хнычь, — строго сказала она.

— Не говорите так с ней, — вступилась Лина.

— Не вам мне указывать, как говорить, — сморщилась Валери, она вытащила чек и протянула его.

— Вы думаете, нам нужны ваши деньги? – Кайл сморщился. Я видела, что он тоже расстроен.

Мальчики расстраивались по-другому. Они редко плакали. Хмурились, сжимали кулаки и переставали разговаривать.

Так делал Фил, а Кайл, он тоже был мальчик, просто взрослый.

— Валери, Софи будет лучше здесь, — сказала Лина, она хотела подойти, и я тоже потянулась к ней, но Валери схватила меня и прижала к себе.

Лина застыла, в ее глазах стояли слезы. Она была расстроена, ведь привыкла ко мне. Я знала, что ей было больно, так же больно, как и мне.

А ведь она ждала маленького. Я чувствовала его. Он тоже был расстроен, ведь чувствовал, что его мама грустит.

Валери не любила долгих прощаний. Она говорила, что многие вещи я смогу понять, только когда вырасту, и, наверное, я немного выросла, ведь теперь понимала…

— Валери, пожалуйста, я хочу попрощаться с Линой, — сказала я, стараясь звучать как можно взрослее. – Я попрощаюсь, и мы уйдем.

Добавила для весомости.

Я почувствовал, как меня отпускают, и смогла сделать шаг вперед. Лина тут же перехватила меня, и я почувствовала любимый аромат полевых цветов. Она пахла как цветочное поле. И когда я прижималась, всегда думала, что мама наверняка пахла так же.

— Софи, ты можешь остаться, — прошептала она, но я замахала головой.

— Я нужна Валери, — сказала я, посмотрев в ее добрые и такие красивые глаза. Какая же она красивая! – Я не могу ее оставить, Лина. Ведь о ней совсем некому заботиться! А о тебе теперь будет заботиться Кайл, и о вашем маленьком тоже.

Почувствовала на душе тепло, когда увидела улыбку на лице Кайла. Ведь мне так хотелось, чтобы они улыбались.

— У нас будет ребенок? – спросил он. И Лина тоже улыбнулась сквозь слезы.

— Все будет хорошо, Лина, — протерла я ладошкой ее слезы. – Валери позаботится обо мне.

И я прижалась к ней в последний раз, слушая, как бьется ее сердце. Наслаждаясь запахов поля и любовью, что исходила от нее. Я еще раз, последний, представила маму и попрощалась с ней, как попрощалась и с Линой.

Я попрощалась с Кайлом, с детьми и милой Бонни. Попрощалась со всем этим местом. На удивление, Валери была немногословна, она не кричала и не ругалась, как обычно. И дала мне этот последний шанс попрощаться.

А после мы сели в карету, и я последний раз взглянула на это место, помахав всем рукой.

— Трогаем, нет сил уже, — устало сказала Валери, и карета тронулась.

— Куда мы едем? – спросила я.