Однажды в дождливый вечер - Барбара Макмаон

– Вы отрабатываете эти деньги, трудясь в офисе. Никакого долга.

Митч умолк и взглянул в зеркало. Малыш уснул. Как мог мужчина не признать своего отцовства? И что можно сделать, чтобы найти его? Митчу хотелось бы увидеть, как глаза Джинни вспыхнут от счастья.

Кто же все-таки мог воспользоваться его именем? Судя по тому, что рассказала Джинни, этот человек явно знал его и бывал на ранчо. Однако он не мог припомнить блондина с голубыми глазами, который по возрасту годился бы Джоуи в отцы.

Джинни откинула голову на спинку сиденья. Может, она тоже уснула?

Заметив, что она шевельнулась, он обратился к ней:

– Расскажите мне об отце Джоуи. Никак не могу представить, кто мог воспользоваться моим именем.

– Я рассказала почти все. Высокого роста, атлетического сложения. Плавал как рыба и любил серфинг. Постоянно носил темные очки, наверное, чтобы скрыть глаза, но тогда я так не думала. Глаза голубые, как у Джоуи.

– Кажется, вы говорили, он блондин.

– Да. Высокий, рост метр восемьдесят пять или около того.

– Что вы делали после того, как он исчез?

Обычно Митч не расспрашивал незнакомых людей, но сейчас ему хотелось больше узнать об этой женщине и попытаться понять ее.

– Я окончила школу и поняла, что беременна. О продолжении образования не могло быть и речи. Мне помогала тетя Эдит, и я начала работать в ресторане.

– Что вы хотели изучать в колледже?

Она внимательно посмотрела на него, раздумывая, как он отнесется к ее словам.

– Архитектуру.

Митч не смог скрыть удивления.

– Торговые и деловые комплексы?

– Нет, семейные дома, для разных семей, маленьких и больших. Существует огромное разнообразие архитектурных стилей, начиная с современных и кончая имитацией викторианских и старых фермерских домов. Учитывая место застройки и жизненный уклад людей, я бы создавала жилища для каждого клиента.

– Вы еще можете поступить в колледж и получить степень.

– Может быть, когда Джоуи пойдет в школу. А пока мне хватает его и работы.

Интересно, как ей удается сводить концы с концами, работая официанткой? Она ни разу не пожаловалась.

В этот вечер обстановка за общим ужином была не такой напряженной, как накануне. Митч очень устал – сказывались две бессонные ночи. Он пытался сохранить отчужденность, но его взгляд все время устремлялся на Джинни Морган, которая с сияющими глазами рассказывала Эмилин о предстоящей в пятницу операции. Она смеялась над забавной болтовней Джоуи, на щеках у нее играл нежный румянец, а глаза говорили о глубокой любви к сыну.

Митчу захотелось прикоснуться к мягким волосам, отвести их от лица Джинни и поцеловать ее. Но поцелуй заставит его забыть прошлое и обратиться к чему-то новому. Он давно никого не целовал.

– В пятницу я поеду с вами в больницу, – объявила Эмилин.

– Не нужно. Мы должны быть там в шесть утра, и придется выехать в половине пятого, – возразила Джинни.

– Но кто-то должен же быть с вами во время операции, а я не такая уж старая и один раз могу встать рано!

– Спасибо, Эмилин, я буду благодарна за поддержку.

Эмилин посмотрела на Митча.

– Ты поедешь с нами?

Митч покачал головой. Он заметил, что Джоуи огорчился.

– Завтра и в пятницу я буду заниматься скотом. Мы задержались с перегоном стада из-за дождей и размокших полей.

– Этим могут заняться ковбои, – сухо проговорила Эмилин. – Тебе нужно поехать с нами.

Митч ненавидел больницы, самое страшное известие в своей жизни он услышал именно там. Да и Джинни не нуждается в нем. Ведь если бы операция проходила во Флориде, с ней не было бы никого.

Эта мысль ему не понравилась.

– Мы прекрасно справимся сами. Митч не может пропустить рабочий день. Хватит и того, что я не буду работать, – твердо сказала Джинни.

Митч представил, как ее старый автомобиль ломается и останавливается на шоссе. И кто-то из предрассветного сумрака на полном ходу врезается в нее…

– Возьмите мою машину, – отрывисто сказал он.

– Что?

– Она надежнее вашей.

– Большое спасибо, с моей машиной все в порядке.

Митч промолчал. Он не позволит им ехать на ее драндулете. Страшное зрелище горящей машины стояло у него перед глазами.

После ужина Джинни выкупала Джоуи и рассказала ему о предстоящей операции. Врач дал им специальную книжечку, предназначенную для детей. Митч вошел в комнату, когда Джинни уже собиралась заботливо укрыть Джоуи и подоткнуть одеяло.

– Привет, мистер Холден, – окликнул его мальчик. – Вы пришли, чтобы тоже уложить меня спать?

Мальчик улыбнулся, с надеждой глядя на Митча.

– Я пришел поговорить с твоей мамой, когда она освободится, – проворчал тот.

– А-а-а, – разочарованно протянул ребенок.

– Но сейчас Митч здесь, и он поможет мне уложить тебя, так ведь?

Сердитый взгляд Джинни ясно говорил: «Помоги или убирайся!»

Митч приблизился к кровати.

– Спокойной ночи, – произнес он.

– Вы должны подоткнуть мне одеяло, – напомнил Джоуи.

Митч натянул одеяло и подоткнул его со всех сторон.

– Спи спокойно. – Он сделал шаг назад.

Джинни поцеловала сына и обняла его.

– Завтра ты расскажешь мистеру Парлансу о своей операции.

– И о том, что я получу мороженое, – добавил Джоуи.

– Ну конечно. Я люблю тебя, Джоуи.

– Спокойной ночи, мамочка! Спокойной ночи, мистер Холден.

– Называй меня «Митч», – сказал Митч.

Пусть будет так. Ребенку трудно произносить полное имя.

Они закрыли за собой дверь, и Джинни повернулась к Митчу.

– О чем вы хотели поговорить со мной? – спросила она.

Он стоял слишком близко, она почувствовала, как ее обволакивает его жар… Джинни отступила на безопасное расстояние, но Митч, казалось, не замечал ни ее волнения, ни безумных мыслей.

– Мне нужно обсудить с вами кое-что по работе. Давайте выйдем на веранду, вечер сегодня теплый.

Джинни кивнула. Сердце у нее дрогнуло – именно на веранде он был готов поцеловать ее.

Митч жестом указал на кресла-качалки, и она опустилась в одно из них. Холмы вдалеке постепенно исчезали во тьме наступающей ночи, из барака доносились голоса, иногда раздавались взрывы смеха.