Осень в Калифорнии - Роксана Сент-Клер

Смотреть в ее большие невинные глаза и на губы, покрытые карамельным блеском, было ближе к раю, чем к аду…

— Мой кабинет там, Пэйдж, — пригласил он.

И хотя ему отчаянно хотелось прикоснуться к ней, Мэтт поборол желание обнять Пэйдж за талию, пока они шли в сторону отдела руководства.

Элеонор, завидя их, удивилась так, что буквально раскрыла рот от изумления.

— Я занят, — бросил ей Мэтт.

Пэйдж, кажется, прекрасно знала, куда идти. Во всяком случае, она уверенно прошла вперед, опередив Мэтта.

— Присаживайся. — Он выдвинул для нее стул напротив своего рабочего места, наверное, не желая, чтобы она сидела на диване, откуда недавно с ним заигрывала Тесса Карпентер. Пэйдж была не из таких.

Не так ли?

Она опустилась на стул. Платье задралось, обнажая бедра. Мэтт вспомнил, как вчера ласкал эти ноги, и тут же ощутил реакцию своего тела на подобные мысли. Господи боже, он что, не может спокойно говорить с этой девушкой?

Он закрыл дверь и убавил звук стереосистемы.

— Не выключай. Я два дня напевала Синатру.

— Правда?

— Я подумала включить в программу еще пару его песен.

Что же, это все объясняет. Пэйдж не получила факс. И даже после того, как они расстались в воскресенье, она пришла на встречу, готовая к работе.

Мэтт сделал глубокий вдох. Нет смысла врать.

Нужно рассказать обо всем.

— Пэйдж…

Девушка быстро разложила перед ним бумаги, не давая ему договорить.

— Вот план украшения зала, который я разработала.

— Пэйдж, погоди!

— Нет, это ты подожди, — она начала водить пальцем по плану. — Подожди, сейчас увидишь, что я придумала сделать в центре зала.

Мэтт не мог не улыбнуться. Он заметил фото серой фетровой шляпы — отличительный знак Синатры.

— На каждом столе будет стоять ноутбук, — продолжала Пэйдж. — С разными темами, которые будут напоминать об определенном музыканте. Губы — Мик Джаггер, большие очки — Элтон Джон.

Не в силах устоять, Мэтт просмотрел портфолио.

— Ты хорошо поработала вчера, — произнес он медленно. — Я впечатлен.

Пэйдж ответила не сразу. На ее щеках заиграл румянец.

— Я не собиралась сидеть дома и думать…

О том, какое он ничтожество, без сомнения!

— Пэйдж… — Мэтт накрыл ее руку своей ладонью. Ему нравилось ощущать ее кожу под своими пальцами. И куда только подевалось немое обещание больше не прикасаться к ней? — Я расторг контракт и отменил эту встречу.

— Знаю.

Она знает? Мэтт молча уставился на Пэйдж.

— Я получила твой факс. Но мне очень хотелось, чтобы ты услышал мои идеи, поэтому я решила нарушить правила и пробраться в твой кабинет. — Она улыбнулась ему. — Я ведь хороша, а?

— Да. — Мэтт не сдержал улыбки. — Чертовски хороша. Пробраться через Элеонор не каждому по зубам.

— Элеонор еще цветочки. Я встретила Тессу в туалете. Это, если можно так сказать, вторая линия обороны?

— Она на меня работает, — рассмеялся Мэтт.

— Знаю, в отделе маркетинга.

— Она приходила, чтобы…

— Подготовить новую концепцию проекта. Об этом мне тоже известно.

— Есть что-то, чего ты не знаешь? — поинтересовался Мэтт, сдаваясь.

— Я не знаю, почему ты вчера так странно повел себя со мной.

В горле пересохло. Не от слов, которые только что произнесла Пэйдж, а оттого, как она сделала это. Мэтт задолжал этой девушке объяснение. Больше того, его восхищала ее смелость.

Изучая ее лицо, Мэтт старался подобрать верные слова. Хочешь предстать перед ней слюнтяем? Тогда говори: твои слезы напугали меня. Хочешь быть нытиком и морализатором? Тогда годится такой ответ: ты слишком хороша и умна, чтобы тебя соблазнять. И разве он спит только с глупыми девочками барби? Может, сказать: ты хотела эмоции, а я только секса?

Все не годится.

Пэйдж смотрела на него в ожидании.

— Когда ты расплакалась, Пэйдж, я понял, что… физическая близость для тебя нечто большее, чем… чем для меня. — Черт! Говорит как негодяй. — То есть обычно я эмоционально не привязан к женщинам, с которыми… — Боже, что он несет?!

Пэйдж не произнесла ни слова. Мэтт подождал немного.

— Я тебя уважаю.

— А жаль.

— Жаль?

— Прости?

— Значит, твое уважение стоило мне выгодной сделки.

— Сделки? Тебе так важен этот контракт?

— Ну да. Достаточно важен, чтобы забыть о неожиданных минутах, когда мы… потеряли контроль. — Она встала и начала собирать бумаги. — Но нет так нет. Раз уж тебе так неловко, что ты заикаешься.

Заикается? Он?!

Мэтт положил ладонь на бумаги.

— Не так быстро, мисс Пэйдж Эштон.

— Да, Мэтт? — Она игриво изогнула бровь.

— Мне понравились твои идеи.

— Я знала, что ты их оценишь. Но они мои. И они идут только вместе с поместьем Эштон и моими услугами. — Пэйдж выдернула бумаги у него из-под руки. — Очевидно, ты слишком сильно уважаешь меня… как женщину, чтобы воплотить их.

— Снова идешь напролом, да?

Пэйдж смолчала, сосредоточив свое внимание на бумагах.

— Все время забываю, что ты Эштон.

— Мы привыкли обо всем говорить прямо и достигать намеченных целей.

— Вижу. — Мэтт повертел в руках скетч со шляпой Синатры. — И теперь я жалею, что разорвал контракт.

— У меня с собой еще один. — Не теряя ни минуты, Пэйдж положила перед ним готовый документ и протянула ручку. — Тебе нужно только подписать.

— Я … я не могу.

Пэйдж приблизилась к нему ровно настолько, чтобы раздразнить его своим цветочным ароматом. Тем же самым, который исходил от ее бюстгальтера, который он положил в свой чемодан, прежде чем уехать из отеля…

— Не можешь? — Ее дразнящий, многообещающий взгляд сводил с ума. — Кажется, ты не знаешь, что значит это слово.

И Пэйдж наградила Мэтта победной улыбкой, когда снова протянула ему ручку.

Он сможет.

Как только Мэтт отдал ключи от своего «феррари» служащему отеля «Ритц-Карлтон», он обошел машину, чтобы встретить Пэйдж, которой открывал дверь другой служащий.

Мэтт мысленно повторял свою мантру.

Он сможет. Сможет работать с безумно привлекательной женщиной и не соблазнить ее. Он использует ее идеи, а потом уйдет и не оглянется.