Привороженные - Анна Храмцова

и свой тонкий голосок в многоголосье, но столкнувшись с насмешливым взглядом Олега осеклась и умолкла. Он без капли стеснения зевнул во весь рот, потянулся и встал из-за стола, не сказав ни слова. Настя быстро зыркнула по сторонам, не хотелось, чтобы кто-то из гостей заметил эту неловкую сцену. Ее Олежика здесь при каждом удобном случае расхваливали, тетушки наглядеться на их пару не могли и не скрывали своей любви к молодому симпатичному деловому мужчине. Одна лишь Нинка как-то странно повела бровью и отвела глаза.

Николай Егорович, бывший голова сельского совета, не удержался и пустил скупую слезу, когда песня закончилась; залихватски вскочил и скомандовал чего-нибудь повеселее. Баянист весело растянул меха баяна и зазвучала танцевальная мелодия. Некоторые гости вскочили и ударились в пляс. Николай Егорович пригласил на танцпол именинницу, закружил, выкручивая руки. Екатерина Александровна хихикала что молоденькая девчонка и цвела майской розой, пока не поймала на себе строгий взгляд матери. Раиса сурово сдвинула брови и сверлила глазами резво танцующих гостей. Юбилярша приутихла, перестала хохотать, степенно одернула пиджак, извинилась и села на место.

После разнузданного пляса народ выдохся, опять зазвенели рюмки, стаканы, ложки и вилки, полились тосты и хвалебные слова рекой.

Настя периодически оглядывалась, выискивая мужа, который куда-то запропастился. Уже трижды вдова тетя Маша, и та заметила долгое отсутствие своего любимчика, поинтересовалась: “Где это твой ненаглядный?”.

“Сейчас придет. Наверное, съел что-то не то”, — пришлось оправдываться Анастасии.

Тетя Маша понимающе кивнула и тут же зашептала на ухо своей соседке что-то, по всей видимости, забавное, потому как тетя Клава загоготала прикрывая рот ладошкой и с иронией посматривала на одинокую племянницу.

Пришло время для торта, со стола убрали всё лишнее, принесли кофе и чай. Олег до сих пор так и не явился, скоро уже гостей провожать, а его нет. Настя не выдержала и отправилась на поиски пропавшего мужа.

Обошла весь дом, двор, заглянула в сад — никого. Странно, подумала она и всё-таки догадалась проверить и в машине. Олег и в этот раз ее не заметил, продолжая с кем-то переписываться, присмотревшись она смогла разглядеть смайлик-поцелуй, который уж точно “дружбанам” не отправляют. Мужа передернуло, не оборачиваясь он смог увидеть ее боковым зрением и быстро заблокировал телефон.

— Олег, что происходит? — растерянно спросила жена.

— Где? — как обычно валял дурака супруг.

— Где?! — терпение Анастасии было на исходе. — У тебя в голове!

Он беспечно рассмеялся и вышел из машины, спросив как ни в чем не бывало:

— Чего орешь?

— С кем ты переписываешься?

— Я тебе уже говорил, с пацанами.

— Не ври! Я видела смайлик!

Олег медленно моргнул и переспросил:

— Смайлик?

Настя заметалась диким зверем, внутренне дрожала, четко ощущая как муж из нее делает дуру.

— Это уже ни в какие ворота! — ругалась она, повысив голос. — Что с тобой происходит?

— Дорогая, успокойся. Со мной ничего не происходит, а вот у тебя кажется задымилось.

Ее до белого каления доводило равнодушие мужа, тот словно удав — ни один нерв не дрогнул, поразительное спокойствие.

— Да ты просто издеваешься! Покажи телефон.

— Это еще зачем?

— Затем, что я тебе не верю!

— Очень интересно, — наконец-то на лице Олега появилось подобие эмоций. — Значит ты мне не веришь? Можно узнать почему? Есть причина?

— Да! Прямо сейчас докажи, что ты не врешь — покажи мне последнюю переписку, как ты говоришь с пацанами, — Настя сделала кавычки в воздухе, выделив слово “пацаны”.

— Короче, — он устало вздохнул и спрятал мобильник подальше. — Не буду я тебе ничего показывать. Не веришь — твои проблемы.

Сказав это, похлопал себя по карманам, будто сигареты искал, хотя сам не курил никогда. Он закончил разговор и демонстративно отошел в сторону.

Анастасия смотрела на него и не узнавала. Кто этот человек? Неужели ее муж? Внутренне она содрогалась от рыданий, продолжая недоумевать. Пыталась найти хотя бы какое-нибудь объяснение и вернуть происходящее в исходную точку, дабы прекратить, чтобы не было сейчас так невыносимо больно от того, что человек с которым прожил почти пять лет вдруг становится чужим.

— Так больше продолжаться не может, — выдохнула Настя, сумев совладать с комом в горле.

Олег закатил глаза, еще немного и сбежит, всё это ему порядком надоело: эта деревня, истерики жены и неудовлетворенность семейной жизнью. А там за горизонтом совсем другая жизнь — ночные огни так манят.

— Короче, — выплюнул он и резко сел в машину.

У Насти глаза на лоб полезли.

— Что ты делаешь?

Муж злился, скорее на себя самого и продолжал врать:

— Мне надо в город, появились срочные дела. Извини.

— Что? — она подошла ближе и переспросила, хотя слышала и видела прекрасно.

— Настя, давай отдохнем друг от друга. Ну, я серьезно, — Олег ненавидел себя за эти слова, но поделать ничего не мог.

Весь мир казалось рухнул, беззвучно провалился куда-то в бездну, небо стало серым и внутри всё тоже посерело.

— Если ты сейчас уедешь, то можешь больше не возвращаться, — неожиданно сорвался ультиматум.

Олег немного подумал и бросил на прощание:

— Давай не будем, — и это стало началом конца.

Машина тихо сдвинулась с места. Она смотрела как всё дальше и дальше отдаляется ее силуэт, вскоре и вовсе пропал, растворившись в багряно-красной полоске заката.

Настя не помнила точно сколько вот так истуканом простояла, если бы не Нинка, которая вывела из оцепенения.

— Эй, подруга! Ты чего?

— Он уехал, — с ужасом произнесла она, только сейчас осознав всю степень разразившейся драмы. — Он уехал, — шептала она и пыталась выдавить из себя хотя бы слезинку. Всё напрасно, внутри пепелище и чернота.

Глава 14

— Да пусть катится к чертовой бабушке, — Нинка, как оказалось, давно заметила некоторые вещи, которые лучшая подруга предпочитала не замечать.

Действительно, со стороны виднее. И она сразу же раскусила Олега и просто молчала. В самом-то деле, разве можно о таком говорить: “Знаешь, твой муж похоже редкостная скотина”. Впрочем их семейные дела Нину не касались и ни за что бы она не стала навязывать свое субъективное мнение.

Теперь же, воочию убедившись в том, что была права и интуиция ее не обманула, высказалась.

— Не бегай за ним как собачонка, пусть едет.

Настя воспринимала происходящее заторможено, внутри царил полный штиль, который все же нарушало периодически возникающее сомнение, а самое страшное — точила сердце злость. Она ненавидела Олега, себя, весь мир и каждого причастного к их жизни.

— Я уже ничего не понимаю, — призналась Нинке, продолжая стоять истуканом и растерянно осматриваясь по сторонам. — Что мне делать?

В голосе