Отец подруги. Я его подарок - Алиса Ковалевская

с самовлюблённым идиотом, в загибающийся бизнес которого я инвестировал деньги, оставила неприятный осадок. Одно хорошо – принятое в самолёте решение оказалось правильным. Придётся нынешнему владельцу расстаться со своим отелем. Не сделает по-хорошему, сделает по-плохому. Так или иначе просрёт. А я свои деньги просирать не привык.

Вышел из гостиницы и остановился, глядя на возвышающиеся горы. Верхушки были покрыты снегом, на небе – ни облака. Втянул поглубже чистый воздух, но ни он, ни всегда успокаивающее величие этих мест не помогли. Что держу в руках телефон, отдал себе отчёт, только выбрав из списка контактов номер девчонки. Яна.

– Что я делаю, – мрачно усмехнулся и поднял голову.

Горы по-прежнему возвышались – открытые и величественные. Если бы Мадина родила мне сына, сейчас он бы был со мной.

Я нажал на вызов. В трубке потянулись длинные гудки.

Минувший вечер остался светлым, размытым теплом в памяти. Какого дьявола поехал к ней? Собирался ведь заскочить домой и переодеться.

«Я на парах».

Прочитал, посмотрел на время и убрал телефон. Если будет сын, назову Хамит или Азамат. Одним из имён, имеющих смысл. Если девочка… Пусть выберет Яна.

Подумал об этом и усмехнулся. Девчонка больше ничего не написала, на неё это было не похоже. Да чёрт с ней. Пусть учится.

– Салам, брат, – ответил на звонок. – Да, как раз закончил. Буду у тебя через час.

Перед тем, как пойти к машине, ещё раз посмотрел на горы. Мать моего ребёнка должна увидеть их, но только такими, как вижу я сейчас.

Яна

Прерывание беременности прошло хорошо. По крайней мере, так сказал врач. У меня эти два понятия плохо укладывались в одну строчку.

– Принести тебе чай? – спросила соседка, остановившись возле моей кушетки, и показала свою чашку. – Я за кипятком. Хочешь, принесу и тебе?

Я отрицательно мотнула головой. На улице было уже темно, Карим больше не звонил, а сама я его набрать не решалась.

Соседка не уходила.

– У тебя внематочная была?

– Да, – ответила я и вздохнула. Отложила телефон на постель.

Меня как выпотрошили. Захотелось вдруг вернуть всё обратно – тошноту, головокружение, недомогание, да даже боль. Лишь бы с ребёнком было всё хорошо. То, что ещё вчера казалось наказанием, я готова была терпеть всю беременность, лишь бы беременность была самая обычная.

– Без разрывов?

– Без, – отозвалась глухо.

Разговаривать не хотелось, но соседка не отставала.

– Тогда всё будет хорошо. Я после внематочной двоих родила. Не расстраивайся так, случается всякое. Никто предугадать ничего не может.

– Спасибо. – Вздохнула снова. – Я понимаю.

Она наконец отошла, а я опять взяла мобильный. У меня не было ни одной фотографии Карима, ничего, что бы напоминало о нём. Только снимки с Алиёй. Хорошее напоминание, ничего не скажешь.

«Ты ешь свинину? Хочу приготовить в следующий раз», – написала ему.

Пожалела тут же, но ответ пришёл быстрее, чем я выпустила из рук телефон.

«Нет», – коротко и ясно.

Сердце сдавило чувством потери. Смотрела на это «Нет» и постепенно переставала различать очертания букв. Но тут телефон завибрировал.

«Приготовь баранину. Я вернусь в четверг».

«Буду ждать».

Глава 7

Яна

Отдавая мне выписку, врач ободряюще улыбалась. А в глазах её так и читалось, мол, дурочка ты, радуйся, что не нужно будет подгузники менять. Всё ещё сто раз успеешь.

И мне бы, дурочке, радоваться, да только не получалось. На сердце лежал камень, на душе скребли кошки.

Карим хотел, чтобы к его приезду я приготовила баранину. Делать в больнице было нечего, и я накидала в корзину не только мясо, но и всё, что могло бы ему понравиться. Сыр, фрукты, специи и, конечно, сладкое. Только пока тащилась в метро, поняла, что ничего не будет. Не смогу я ему врать. Да и зачем? Нас связывал только ребёнок, но ребёнка больше нет.

Вернувшись в квартиру, собрала вещи. Их оказалось меньше, чем я думала: одна сумка, только и всего. Карим должен был вернуться завтра, и я оставила в холодильнике ужин. Представила его – сильного и уставшего после поездки, и не смогла уйти просто так.

Садясь в такси, сжимала в руке лямку сумки. Ключ бросила в почтовый ящик, чтобы даже причин для встречи не осталось.

Водитель такси назвал адрес и улыбнулся.

– Это же общежитие?

– Да, а что? – ответила, насторожившись.

– У меня там друг живёт. Я знаю, где это.

Зашибись. Надо было, наверное, в ладоши от радости похлопать. Я отвернулась к окну, не собираясь продолжать разговор. Положила руку на живот и проводила взглядом подъезд дома, вернуться в который мне было уже не суждено. Внутренняя пустота затягивала, а мне ещё предстоял разговор с Лариской. А может, и нет. Кто она, в конце-то концов, такая, чтобы я что-то ей объясняла.

– Никто, – шепнула и повторила одними губами по слогам: – Ник-то.

Только это относилось уже не к соседке по комнате, а ко мне самой. Ответ на вопрос, кто я Кариму. Никто.

***

К моему великому счастью, Лариски, когда я приехала, в комнате не было. Появилась она спустя час, но я хотя бы успела распихать по местам вещи и в полном одиночестве намотать сопли на кулак.

– Господи, ты меня напугала! – Она картинно схватилась за сердце, увидев меня.

Я не отреагировала. Перелистнула конспект и продолжила читать. Завтрашний день обещал быть сложным во всех отношениях, да и разговаривать не хотелось.

Лариса разделась и присела на свою постель. Я поняла вдруг, что наша комната больше походит на больничную палату, чем на место, где можно жить. Между кроватями метра полтора, не больше, из мебели – один на двоих шкаф, две тумбочки и косой стол. После квартиры Карима, уюта спальни и кухни, где я была абсолютной хозяйкой, всё это было невыносимо.

– Что, поругалась? – с пониманием спросила Ларка.

Я подняла глаза от тетради.

– С кем?

Соседка пожала плечами.

– С тем, у кого жила всё это время. Только не ври, Ян, что номер в отеле снимала или ночевала на работе. Что это за парень? Или… – Она так и впилась в меня взглядом. – Он женат, да? Ты поэтому говорить не хочешь?

– А можно просто не говорить? – Я закрыла тетрадь и со злостью отодвинула подальше. – Я просто могу не говорить, Лар?! Или мне перед тобой отчитаться надо?! Хватит лезть ко мне! Хватит, пожалуйста! Я не хочу ничего тебе говорить и рассказывать не хочу! Я тебе про беременность рассказала уже! Всё! Оставь меня в покое!

Глаза жгло слезами, а я