Батарейка для мага - Алина Углицкая

– Ребят, кто из вас поменяется со мной местами?

Оба непонимающе уставились на меня.

– В смысле? – спросил Олаф, видимо, по праву старшего брата.

– Один из вас должен переночевать в номере с Арденом, – пояснила я и, чуть подумав, добавила то, что, по моему мнению, должно было прояснить для них мою просьбу: – Ну не могу же я спать с мужчиной в комнате, где только одна кровать.

– А нас ты мужчинами не считаешь? – обиделся Ландр.

– Конечно, считаю, – я поняла, что ступила на тонкий лёд мужской гордости и решила подлить масла в кашу: – Вы очень смелые, сильные и мужественные.

Лица рыжиков слегка расслабились, и тогда, тщательно подбирая слова, я высказала то, что меня смущало:

– Вот по вам видно, что вы простые парни. С вами легко, как с друзьями, как с братьями. Можно договориться. А Арден этот… как морду скорчит, так сразу понятно – аристократ, и все мы для него – пыль под ногами.

Спорить с моими словами ни один из братьев не стал. И это только уверило меня в правильности подхода. Но когда я снова повторила просьбу поменяться, они дружно ответили “нет”.

– Ну и чёрт с вами, – буркнула себе под нос.

Поднялась и потопала к лестнице. Впрочем, старалась особо не спешить, чтобы рыжики не отставали. Мало ли что. Народу в зале всё ещё было немало, и многие провожали меня неприятными взглядами.

В номер я зашла, даже не попрощавшись. Всё ещё злилась на отказ.

Вот что им стоило поменяться со мной? А мне теперь нервничать из-за предстоящей ночи. Не то что бы я боялась, что Арден начнёт ко мне приставать. Хотя боялась, конечно. Но почему-то ещё боялась, что не начнёт.

Уляжется на единственной кровати, даже не взглянув на меня. И это нанесёт непоправимый ущерб моей женской гордости.

В общем, кажется, я запуталась…

В номере было довольно темно, поэтому я не сразу разглядела Ардена. Сначала мне показалось, что на кровати навалена груда одежды. И только когда она шевельнулась, я поняла, что это и есть охотник.

Или кто-то другой?

– Арден? – позвала дрожащим голосом и отступила к двери, готовясь в любой момент дать стрекача.

– Свеча на подоконнике, – глухо отозвался мужчина.

Свеча? Точно, свеча! Здесь ведь нет электричества. В зале на стенах горели факелы, а на столах стояли свечи в бронзовых подсвечниках.

Я прошла к окну, стараясь не коснуться кровати, на которой сидел Арден. У меня это получилось, хотя сиплое надсадное дыхание охотника чувствовалось очень близко. Пошарила по подоконнику и наткнулась на подсвечник, чуть его не опрокинув. Но вместо спичек или зажигалки рядом лежали непонятные и незнакомые в темноте предметы.

– А где спички? – спросила растерянно.

– Какие спички? – удивился он.

– Ну или зажигалка! – я начинала уставать от темноты и тормознутости некоторых личностей. – Надо же чем-то зажечь свечу!

Вместо ответа Арден поднялся с кровати. Это движение сопровождалось негромким стоном.

Он тоже встал у окна. Мне пришлось вжаться в стену, но мы всё равно находились слишком близко друг к другу. Его рваное дыхание щекотало мне шею. А от тела исходил жар. Может, у него температура?

Я не поняла, что именно сделал охотник. Ударил одним предметом о другой, но этого действо высекло искры, перескочившие на фитилёк свечи. От одной Арден зажёг и остальные. И я вдруг разглядела, что охотник обнажён.

Всего лишь до пояса, но даже это меня смутило.

Слишком близко. Слишком интимно. Слишком много адреналина и обнажённого тела с тугими мышцами и даже кубиками на прессе.

Я не сразу осознала, что пялюсь на Ардена. И это совершенно неприлично. Моргнула, прогоняя предательскую слабость в ногах, и вдруг заметила темную полосу вдоль его рёбер. Оттуда сочилась кровь. Она заливала его штаны.

Моргнула ещё раз…

– Насмотрелась? – раздражённо буркнул охотник и, слегка оттолкнув меня, вернулся к кровати. Уже оттуда добавил: – Тогда помоги.

– Помочь? Чем?

Я опустила взгляд и наткнулась на кровавые капли, протянувшиеся от окна до кровати.

Ох, так тот косоглазый все-таки задел его. И это моя вина.

Если бы я не выделывалась там, в зале, не пыталась держаться от него подальше, ничего бы этого не произошло.

Но когда его успели ранить? Всё случилось так быстро. Я даже не заметила, чтобы тот здоровяк коснулся охотника своим ножом.

– Надо зашить, мне неудобно самому…

Только сейчас я заметила, что на кровати стоит большая миска с мутной от крови водой, рядом лежат тряпицы с бурыми пятнами, а ещё – толстые нитки и швейная игла. Огромная такая, чуть выгнутая, с большим ушком. Похожей бабушка штопала дырки в шерстяных носках нам с братом.

И он предлагает мне этим его зашивать?!

– Я не умею… н-не смогу…

Невольно попятилась, отступая от Ардена, пока не прижалась спиной к стене. И уже оттуда наблюдала за кровавой феерией на кровати.

Арден не стал настаивать. Взял иглу, вставил в неё толстенную нить. Извернулся, отчего порез раскрылся, и кровь из раны потекла с новой силой.

Я до боли прикусила губу. И это меня отрезвило. Он же сейчас делает себе только хуже. А я стою и наблюдаю за мучениями живого человека.

Так нельзя!

– Дай сюда! – потребовала дрожащим голосом.

Села рядом с ним на кровать и протянула руку. Арден окинул меня долгим нечитаемым взглядом, а потом протянул иглу. Она была красной и скользкой от крови. Но я заставила себя этого не замечать.

Надо чем-то отвлечься.

– А как ты собирался шить в темноте? – поинтересовалась светским тоном, одновременно протыкая его кожу иглой.

Она вошла с мерзким треском. В конце вопроса пришлось повысить голос, чтобы заглушить этот звук.

– Я оборотень и хорошо вижу ночью.

– Точно, я забыла.

Второй стежок пошёл легче. И если бы не этот хруст…

– Расскажи, каково это – быть оборотнем, – попросила я, снова втыкая иголку в его плоть. – В нашем мире нет оборотней, только люди.

Он усмехнулся:

– Расскажи, каково это – быть человеком.

***

Я до последнего надеялась, что Арден, как благородный человек, уступит мне кровать, а сам ляжет… да вон хоть в кресле, хоть на коврике у дверей. Но забыла, что этот тип вовсе не человек и никогда им не был. А у оборотней, похоже, свои понятия о благородстве.

Едва рана была зашита, как этот гад буркнул:

– Туши свет, пора спать.

И самым наглым образом завалился на единственную койку.

Не то что бы кровать была узкой. Но Арден на ней занимал