Пленница миллиардера - Аманда Вин

Роберт подходит неожиданно сзади. Пугает меня своим металлическим голосом:

— Пойдём?

— Да… Хорошо.

Я ещё думаю, может, я ошиблась, мы в другую сторону свернём. Тут отель есть? Но нет, я следую за ним, а направляется прямо к входу кинотеатра. Не выдерживаю, спрашиваю:

— Куда мы идём?

— Здесь будет закрытый показ, премьера фильма, не слышала?

— Нет.

— Меня пригласили, решил взять тебя с собой.

Интересно. Почему решил взять с собой? В нашем договоре прописаны только встречи в отеле. Хотя там написано, что я должна все его желания выполнять…

На входе Роберт показывает билеты, нас пропускает.

Мы заходим в зал. Да, я сразу понимаю, это явно кино не для всех. Я вижу очень много знакомых лиц…Актеры, которых до этого я видела только по телевизору. Стою, чуть рот не открыла. Вспышки камер. Я теряюсь, встала посередине и пройти не даю, Роберт берет меня за руку и отодвигает в сторону.

Хорошо, что одета я соответствующе. Снова надела купленное мне платье — на этот раз красное, яркое. И хорошо, среди этих известных личностей не сильно выделяюсь.

Нам приносят шампанское. Роберт берет сразу два и протягивает мне одно.

— Почему тебя пригласили? — спрашиваю у него.

— Режиссёр — мой знакомый. А ещё я один из спонсоров этой картины.

Какой-то мужчина подходит к Роберту, они пожимают друг другу руки, беседуют. Я смотрю на билеты, оставленные им у стойки. Читаю название картины и актеров. У меня в ушах закладывает от увиденного.

Главная актриса — Зарева Валерия.

Я ее обожаю.

Я хочу быть на неё прохожей.

Я на неё все время и равняюсь в своём «актерском пути».

Она не с первого раза поступила в театральный, два года безрезультатно ходила по пробам. А потом ее заметил один режиссёр, она снялась в эпизодической роли. Фильм выстрелил, и теперь она одна из самых востребованных актрис. Всего на десять лет старше меня.

Мне нравится, как она играет. В каких фильмах снимается. Все они как будто для неё созданы… Она мой кумир.

После закрытого показа наверняка ведь выйдут актеры? Она тоже тут будет. Я смогу взять автограф.

— Ты чего такая странная? — спрашивает Роберт.

Я и не заметила, что его собеседник давно ушёл.

Тыкаю пальцем на ее фамилию в билете:

— Это моя любимая актриса, — улыбаюсь.

А вот он усмехается. Усмехается! Что здесь такого?

Наконец, нас запускают в зал, Роберт проходит и занимает места подальше, хотя билеты такие, что можно сесть на любое место… Но конечно, я следую за ним.

Выключают свет, начинается фильм. Не сильно интригующий сюжет про семейную драму. Но играет Зарева, как всегда, классно. Представляю, как я могла бы сыграть эту роль (я вообще так всегда делаю при просмотре любого фильма).

Где-то на середине фильма чувствую, как Роберт опускает тяжёлую руку мне на колено и начинает подниматься вверх. Скользит по моим колготкам. Доходит до платья и ныряет внутрь.

Затем быстро убирает руку и говорит мне на ухо:

— И почему ты не надела то, что я хотел?

Моментально забываю о сюжете фильма, вспоминаю о своей жизненной драме. Отвечаю:

— Мне не хотелось.

Громко в зале, но, мне кажется, я слышу, как он вздыхает.

До конца фильма молчит. Так разозлился из-за каких-то чулок?

Да что вообще он собирался тут делать? Люди же сидят, смотрят…

После показа все ждут, когда актеры выйдут на сцену, но Роберт говорит мне «мы уходим». И я слушаюсь.

Доходим до лексуса. Роберт садился за руль. Ну, надо же, первый раз без водителя. И снова новая машина. Сажусь рядом на пассажирское сиденье.

Молча доезжаем до незнакомого мне отеля, поднимаемся в лифте. Открывает дверь, мы заходим.

Ну вот теперь мы наедине. Это даже немного напоминает обычные свидания. В кино меня сводил. Теперь «сладенькое».

Поворачивается ко мне и хищно смотрит. Произносит, выделяя каждое слово:

— Так трудно слушаться меня?

Молчу, потому что не знаю, что ответить, колени начинают дрожать.

Да, мне трудно слушаться, потому что я сплю с тобой не по собственной воле.

Такой ответ устроит его?

— Раздевайся, — приказывает и сам снимает свой пиджак, затем рубашку. Вижу его мышцы, пресс. Каменею, не могу пошевелиться.

Пытаюсь снять платье, но не могу расстегнуть молнию сзади. Руки не слушаются. Или молнию заело.

Я долго копошусь, видимо, Роберт не выдерживает и подходит, сам расстёгивает платье сзади.

Когда оно падает, я снимаю бюстгальтер и колготки уже без его помощи. Представляю, как будто я пришла на прием к врачу, а дышать все равно трудно.

Стою в одних трусах, их снимать не тороплюсь.

— Чего ждёшь? — спрашивает он.

Зажмуриваюсь и стягиваю и их. Обнимаю себя руками. Холодно.

Он подходит сзади и проводит пальцами по моей спине сверху вниз, по телу бегут мурашки. Завязывает глаза и говорит:

— Как в прошлый раз больше не будет, привыкай к новому.

Подводит к кровати. Слышу его голос, но он кажется мне незнакомым:

— Вставай на четвереньки.

Проглатываю ком в горле.

Делаю, как он велит.

Боже, в этот раз я точно буду чувствовать себя униженной, в отличие от предыдущего. Ну, хотя бы руки не связаны.

Чувствую, как что-то тыкается мне по ягодицам. Я догадываюсь, что это его член. Он что собирается прямо так, без всякой… «подготовки»?

Я быстро отскакиваю от него и поворачиваюсь к нему лицом (хотя и не вижу его). Говорю:

— Я не хочу так.

Мне страшно вдвойне, я не вижу его реакцию. Через минуту слышу:

— Девочка, здесь я выбираю, кто как хочет.

Он обхватывает меня за талию и пытается повернуть назад.

Я выкрикиваю:

— Ты же не такой! В прошлой раз ты был совсем другим!

Он останавливается.

— И каким я был? — спрашивает тяжело дыша.

— Нежным, — тихо отвечаю.

Глава 14

Некоторое время только молчание.

Затем я снова чувствую его руки на талии, он прижимает меня к себе, требовательно целует, затем опускает на кровать. Яростно водит языком в моем рту. Его руки исследуют мое тело. Я вспоминаю наш прошлый раз, по телу бегут приятные мурашки. Теперь мне не холодно. Как же хорошо он целуется.

Слышу, как он дышит, понимаю: ему тоже нравится целовать меня… Почему же он тогда хотел только что так грубо взять меня сзади? Роберт отрывается от моего рта и начинает целовать шею. Так же яростно, сильно всасывая воздух. Мне так хочется стонать от его прикосновений. И я даю себе волю…

Его