Проклятие - Анжела Грей

Джеймс поморщился, но всё же послушно допил.

— Теперь сделай мне кофе, — попросил он негромко. — И покрепче.

— Сейчас, сир, — Ирвин схватил кофейник и поставил его на огонь. — Вы голодны?

— Не знаю. Но есть пока не смогу.

— Ладно, значит, чуть позже, — кивнул Исполнитель, подавая хозяину чашку крепкого кофе. Джеймс пил и его щеки постепенно приобретали нормальный оттенок. Взгляд прояснился, и он облегчённо вздохнул.

— Почему переход отнимает столько сил — понять не могу, — с досадой заметил он. — Даже после возвращения из-за Реликтовой Черты я не чувствую себя так отвратительно. Ты не знаешь, в чём тут дело, Ирвин?

— Знаю, сир. У вас пока неустойчивое биополе, и вы слишком мало пробыли за Чертой. Совершили подряд два Перехода, туда и обратно. Это требует огромного количества энергии — и привычки, если хотите. Когда же вы приходите к Отцу, Он восполняет вашу энергию, поэтому Переход проходит легче.

— Что ж, звучит логично, — Джеймс устало кивнул. — Знаешь, Ирвин, давно хотел у тебя спросить… — помолчав, продолжил он. — Что ты чувствуешь, отправляясь в Сиреневое Облако?

— В каком смысле, сир? — Ирвин невольно насторожился.

— Тебе не бывает… неуютно? У тебя не возникает ощущения, что… — он на мгновение запнулся. — Что тебе совсем не хочется туда идти?.. — чуть слышно продолжил он.

— Вы хотите сказать, что ваш разум протестует против вторжения в него? — понимающе кивнул Исполнитель. — Да, сир, со мной это постоянно происходит. Думаю, все Истинные, в разной степени, ощущают что-то подобное. Это нормально, — заключил он спокойно, убирая чашку и нагружая поднос закусками.

Джеймс не ответил. Исполнитель обернулся и увидел, что Джеймс пристально смотрит на дверь, ведущую в спальню.

— Не успел вам сказать… — тут же начал оправдываться Ирвин, несколько смутившись. — Я привёл её сюда… Сейчас она спит.

— Что случилось?

— Она хотела уехать… Была не в себе. Я перехватил её на вокзале и привёл сюда. И, как оказалось, вовремя.

— Почему? Что ещё произошло, Ирвин?

— Приходил Дрэйк. Прямо сюда, в ресторан.

— Какого чёрта ему здесь понадобилось?!

— Он говорил что-то про нового Исполнителя; про то, как ему хочется заполучить меня. В общем, нёс всякую чушь, пытаясь заморочить мне голову… Я думаю, сир, истинным его намерением было — увидеть Санту. Уверен, он следил за ней из Античерты, но опоздал, потому что вмешался я.

— Для чего он следил, как ты думаешь?

— Ну, у меня только один вариант: Дрэйк хотел её захватить, чтобы выделить вирус Тирлоков из её крови. Скорее всего, он нашёл в архиве Античерты какие-то сведения, необходимые для достижения его целей.

— И какие же это цели, по-твоему?

— Точно не могу сказать, сир, но вряд ли они послужат на благо Вселенной. Хотя зная Дрэйка и его непомерные честолюбивые амбиции, я не исключаю и того, что Дрэйк решил доказать всем на свете, что он самый умный и способен избавить Вселенную от вируса Тирлоков навсегда. Впрочем, каковыми бы ни были его мотивы — ничего хорошего из этого не выйдет. И самое главное доказательство этому то, что Отец решил направить в Античерту Исполнителя, который, по-видимому, должен будет следить за Дрэйком и помешать тому наделать глупостей.

— Тебе уже известно, что это будет за Исполнитель, Ирвин? — Джеймс прищурился. — Ты же всегда всё знаешь, верно?

— Вы преувеличиваете мои возможности, сир, — слуга склонил голову, и потом всё же продолжил: — Но учитывая обстоятельства, могу предположить, что Отец пришлёт в Античерту Ллойда.

— Ллойда?.. — взгляд Джеймса стал задумчивым. — Я о нём ничего не слышал. А ты знаком с ним, Ирвин?

— О да, сир, — слуга хитро прищурился и усмехнулся. — И могу сказать вам со всей ответственностью, что Дрэйку крупно не повезло!..

— Почему? Чем Ллойд так страшен?

— Ничем. Но он умеет заставить уважать себя, а это очень не понравится Дрэйку. Ллойд станет его худшим кошмаром, вот увидите.

— Тебе, похоже, это нравится? — заметил Джеймс, неодобрительно покачав головой. — А как же Закон, по которому Исполнитель должен уважать и подчиняться своему Повелителю?

— Конечно, сир. Только есть ещё один Закон — самый важный. И этот Закон обязывает Повелителя подчиняться Отцу. Дрэйк забыл про этот Закон, а Ллойд — тот, кто заставит его вспомнить. Вот что меня радует.

— Ты сказал, что Дрэйк пытался переманить тебя к себе…

— Да, он не первый раз пытается, — Ирвин пожал плечами.

— И что? Уговорил он тебя? Может, мне пора подыскивать тебе замену?

— Пока в этом нет необходимости, сир. Хотя, если признаться, Дрэйк был очень убедителен.

— Почему же ты не ушёл?

— Не люблю Античерту, — невозмутимо фыркнул Исполнитель. — Её климат плохо отражается на моём здоровье.

Джеймс улыбнулся, наблюдая, как робкие солнечные лучи пробиваются сквозь серое марево туч.

— Что ж, значит, придётся терпеть тебя и дальше, — с поддельной досадой вздохнул он. — Пожалуй, пора разбудить нашу гостью.

Глава 6. Смерть из другого Мира

Джеймс вошёл в спальню и сразу увидел её…

Санта безмятежно спала на кровати Ирвина, тихая и прекрасная, словно волшебное видение из сказки.

Спальня тонула в плотном сумраке сиреневых гардин, и не один солнечный лучик не пробивался сквозь окно.

Повелитель прошёл через комнату и опустился на краешек кровати возле Санты. Минуту он задумчиво смотрел на неё, затем тихонько, одними пальцами прикоснулся к щеке. Санта вздрогнула и открыла глаза. Прошло несколько секунд прежде, чем она вспомнила, где она, и осознала, кто перед ней. В тот же момент лицо её застыло, зрачки расширились, и, Санта, дёрнувшись, рывком села на постели.

— Почему ты боишься меня? — тихо спросил Повелитель, невольно любуясь безукоризненно прекрасными чертами её лица. — Разве я сделал тебе что-то плохое?

Санта молчала. Она продолжала испуганно смотреть на Джеймса, вцепившись руками в краешек одеяла.

Не дождавшись ответа, Джеймс накрыл её руки своими и тихонько сжал. Санта почувствовала себя в плену, словно птичка, пойманная в сети. Действуя скорее подсознательно, она попыталась высвободить руки, но натолкнувшись на его тёмный завораживающий взгляд, оцепенела, не в силах шелохнуться. В следующую секунду взгляд Джеймса вспыхнул янтарными звёздами, и её душа стремительно полетела в пропасть. Медленно, но неотвратимо его лицо приближалось, и Санта потеряла связь с реальностью, утонув в бездонном полыхающем жерле его зрачков. От первого, едва ощутимого прикосновения его губ безумный огонь пронёсся по телу Санты, сметая на своём пути все преграды и уничтожая все чувства, кроме желания принадлежать ему. Кроме отчаянного стремления раствориться в его властных и, в то же время, таких нежных объятьях. Отдать всю себя, покориться и