Босс преступного мира - Пайпер Стоун

— Отлично, — небрежно сказал я, завершая разговор и удовлетворённо глубоко вздохнув, пока засовывал телефон в карман пиджака. Несколько секунд спустя Зои направилась ко мне, ведя себя так, словно не делала ничего плохого, говорив с темноволосым барменом, который осмелился проникнуться симпатией к девушке.

— Папа. Я всё гадала, где ты. Не увидела тебя, когда вошла.

— А я могу сказать, что ты снова избавилась от своего телохранителя. Не так ли, моя озорная дочь?

— Он здесь. Я просто продолжаю бродить из одной комнаты в другую. Я ничего не могу поделать, если он недостаточно быстр. Ты видел Эдми? Она прекрасна сегодня вечером.

— Она всегда прекрасна, прямо как моя дочь. — Я поцеловал её в лоб, осматривая комнату в поисках каких-либо признаков проблем. К сожалению, у меня было мало времени, чтобы изучить список гостей целиком, хотя люди, которых пригласили моя сестра и её жених, были элитой в обществе Нового Орлеана. Но это не означало, что не могло появиться скрытой опасности. — Оставайся в пределах видимости своего охранника, или я найму второго и третьего человека, чтобы при необходимости следить за каждым твоим шагом.

— Уф! Перестань так волноваться, папа. Никто не испортит этот потрясающий вечер. Я взрослая женщина. Я могу защитить себя.

Хотя Зои хорошо осознавала опасность быть членом этой семьи, её воспитание с излишней защитой было результатом того, что она родилась Тибодо, она была такой же нарушительницей правил, как и её мать. А ещё была в том возрасте, когда верила, что ничто не может причинить ей боль. Как же она ошибалась. Я снова дотронулся до часов и вздохнул.

— Угу. Отчасти я беспокоюсь о том, что ты слишком быстро взрослеешь. Что касается опасности, я бы хотел, чтобы твои ощущения были правдивы, дочь моя. Держись подальше от неприятностей и не пей. Ты меня понимаешь?

Она одарила меня обиженным взглядом, который обычно срабатывал, но не в этом случае.

— Кайфолом.

Смеясь, я направился сквозь толпу, кивая нескольким приветствовавшим меня людям, и обнаружил, что оба моих брата стоят далеко от великолепной пары. И Эдми, и Зейн, безусловно, наслаждаются всеобщим вниманием, пару осыпали дорогими подарками и поздравлениями.

— Ты заметил, что здесь сенатор из Флориды? — спросил Франсуа. Мой брат был всего на пару лет младше. Были времена, когда мы могли сойти за близнецов, хотя он искренне отрицал это. Он также был моим капо, серьёзно относившимся к своей должности. Он был доволен своей должностью, хотя мало занимался незаконной деятельностью или аспектами насилия, которыми занимался Мэддокс.

Именно Франсуа с любовью начал называть Мэддокса «умником», просто чтобы позлить меня. Франсуа умел обращаться со словами, что делало его идеальным кандидатом для занимаемой должности. Он был чертовски хорош в поддержании мира при формировании альянсов.

— И пара каких-то актёров, — вставил Луи. Он был самым стабильным членом семьи, нашим младшим братом и хирургом, который женился на любви всей своей жизни, на женщине, с которой познакомился ещё во время учёбы. Имея двоих детей и тяжёлую карьеру, он уклонялся от большинства семейных обязанностей, что когда-то было яблоком раздора, особенно с нашим отцом. Тем не менее, были времена, когда я завидовал ему, его решениям и его смелости в их принятие. Не было никаких сомнений в том, что я стану Доном, Хозяином юга.

Я ненавидел это прозвище.

— Зейн считает себя учтивым, когда на самом деле его не очень-то любят, — ответил я. Хотя я сказал правду, меня беспокоило не столько отсутствие у него индивидуальности, сколько тот факт, что он проживал жизнь богатого мальчика, полную экстрима. Это делало его самоуверенным и, в свою очередь, потенциально опасным.

Луи рассмеялся и поднял свой бокал.

— Ты в мрачном настроении, братец. Возможно, тебе нужно выпить. В конце концов, у нас праздник.

— По правде говоря, впервые с момента объявления об их помолвке я в хорошем настроении. Однако что мне действительно нужно — так это выпить. Франсуа, не хочешь присоединиться ко мне?

— Я дам вам возможность обсудить дела. Пойду посмотрю, закончила ли моя жена расспрашивать отца Зейна о благотворительных взносах.

— Какую благотворительность предпочитаете? — поддразнил я, зная, что его милая жёнушка была тесно связана с высшим эшелоном общества.

Луи поднял взгляд и, наконец, усмехнулся несколько секунд спустя.

— Честно? Понятия не имею.

Мы все трое рассмеялись, и я, и Франсуа, наблюдая, как уходит наш брат. Затем направились в один из трёх баров.

— Выглядишь так, будто что-то задумал, — тихо сказал Франсуа.

— Грейсон Александер пытался нас обокрасть. Хуже того, полагаю, что то, что он планировал украсть, может быть использовано, чтобы подставить нас перед ФБР

— Мда. Как узнал?

— Я следил за этим человеком. Прошли недели, прежде чем он ослабил бдительность, что привело нас к агенту более низкого уровня из Батон-Руж. Следы хорошо замели, что было одной из причин, по которой мне потребовалось дополнительное время. Чего я не могу подтвердить, так это работал ли Грейсон под прикрытием на ФБР или на кого-то ещё.

— Чёрт, это совсем нехорошо, — пробормотал Франсуа себе под нос. — Значит ли это, что ты подозреваешь, что это могло продолжаться в течение более длительного периода времени?

— Не знаю, но это именно то, что нам нужно выяснить. Я должен был догадаться, что что-то не так ещё четыре месяца назад, когда Грейсон захотел подождать, работая с нашими более недобросовестными компаниями, вместо того, чтобы принять повышение, которое я предложил ему в области землеустройства. — Я хотел отправить его на наше предприятие в Техасе, чтобы освободить Франсуа от некоторых обязанностей. Слава Богу, я этого не сделал. Мои мысли вернулись к возможности того, что Рэйвен — подсадная утка. Возможно, это вообще не её имя.

— Как долго этот человек работал на тебя? — спросил он.

— Достаточно долго, я полностью доверял ему. Мне нужно, чтобы ты просмотрел список известных ему сотрудников. Хочу убедиться, что у нас нет более серьёзных проблем.

Франсуа кивнул, ожидая, пока мы оба не закажем выпивку, прежде чем что-то ответить. С бокалами виски в руках он провёл нас через французские двери в один из внутренних двориков, подальше от большинства гостей.

— Есть ещё что-то, что ты мне не договариваешь.

Я никогда ничего не мог утаить от него, шестое чувство, которое мы разделяем и благословение, и проклятие.

— У меня наверху гостья, женщина, которая испортила вечеринку.

— Интересно. Уверен, что это не подарок какого-нибудь друга, о котором