Холодное Сердце Казановы - Л. Дж. Шэн

экскурсию по WNT и предложила трахнуть ее в рот в комнате отдыха. Я не собирался принимать предложение Труди — ей было не больше двадцати двух лет, — но после того, как моя будущая невеста обращалась со мной как с ходячим, говорящим использованным презервативом, это было приятным бальзамом на мое уязвленное самолюбие.

Как и многие молодые профессионалы, Даффи предпочла жить в модном районе, в условиях, которые можно найти в канализации. В Нью-Йорке, если только ты не был очень богат, приходилось выбирать между местоположением и комфортом. Судя по изрисованному граффити и задымленному зданию, Даффи выбрала первое. Это место не понравилось бы ни черепашкам-ниндзя, ни тем более чопорным британцам.

Я явился в ее квартиру на втором этаже и проскользнул через входную дверь, когда туда вошел ее пожилой щеголеватый сосед. Его квартира находилась на том же этаже, и когда я остановился у ее двери, он с любопытством на меня нахмурился. Я постучал. Было уже довольно поздно. Я надеялся, что она не развлекается с прекрасным принцем. Я был не против поучаствовать в каком-нибудь действе, но ему, наверное, будет неприятно узнать новости, находясь в этом человеческом кубике льда.

Дверь распахнулась, и передо мной предстала моя будущая жена, одетая как средневековая проститутка.

Бордовое платье с лифом, золотые перчатки длиной до локтя и коса, похожая на корону. А еще у нее был пояс с мечом. Настоящий, как бог, меч на поясе.

Во что я вляпался в этом дерьме из "Игры престолов"?

— Риггс? — У нее открылся рот. Она выглядела так, будто увидела призрака. Точнее, того, кого она убила этим мечом и кто вернулся, чтобы преследовать ее.

— Я не вовремя? Ты собираешься убить Ланнистера?

— Что… как ты узнал мой адрес? — Ее тонкие брови нахмурились. Видно было, что я стал для нее нежеланным сюрпризом. Очень жаль. Нам предстояло многое распаковать, включая мой рюкзак, а вместе с ним и все мои пожитки.

Я прошел мимо нее, приглашая войти. Ее квартира была размером с туалетную комнату. Это должно было стать проблемой. Для нее, но не для меня. Я привык спать в нечеловеческих условиях.

— Прежде чем я отвечу, пожалуйста, подтверди, что меч, прикрепленный к твоему поясу, ненастоящий. — Я указал на ее талию.

— Этот? — Она протянула пластиковое оружие, помахав им между нами. — Фальшивый, как акцент Хилари Болдуин.

— Я не знаю, кто этот человек. — Но я был уверен, что она не изобрела какое-нибудь важное лекарство и не совершила прорыв в борьбе с глобальным потеплением.

— Конечно, не знаешь. — Она держала меч так, как держат ребенка, а не оружие. Очень хорошая новость для моих конечностей, поскольку я, похоже, умел действовать ей на нервы. — Мне бы не повезло, если бы ты разбирался в поп-культуре. А теперь расскажи мне, как ты нашел мой адрес?

— Мне его дала Труди.

— Как самонадеянно с ее стороны. Почему ты не спросил меня?

— Потому что эта мысль не приходила мне в голову, пока мы были в офисе WNT. Я спросил ее час назад.

— Ты обменялся номерами с коллегой твоей будущей жены? — Она быстро моргнула. — Ты что, с ума сошел?

Я широко раскинул руки.

— Каждый второй брак в западном мире заканчивается разводом, Поппинс. Мы определенно окажемся не на той стороне этой статистики. Никогда не кладите все яйца в одну корзину. Идешь куда-нибудь развлечься?

Я открыл ее холодильник. С одной стороны в контейнерах с датированными записками лежали салаты, с другой — домашние заправки в маленьких герметичных стаканчиках. Вода в бутылках. Свежие фрукты. А это… маринованные яйца? Или глазные яблоки ее врагов?

— Только что вернулась. — Она скрестила руки, злобно глядя на меня. — С ярмарки эпохи Возрождения.

— Любишь эту эпоху? — Я взял бутылку воды, закрыл холодильник ботинком и плюхнулся на ее диван.

— Да мне плевать на эпоху. — Она потопталась по крошечному помещению, потом остановилась передо мной, потянула за шаль, на которой я сидел, и обернула ее вокруг плеч, чтобы скрыть декольте. — Я пошла со своим парнем… бывшим парнем. Он очень любит пиво.

Не могу его винить, учитывая, с кем он встречается.

— Бывший парень, да? — Я приподнял бровь. — Чертовски неприятно рассказывать об этом своему жениху.

— Мой жених приударил за моей коллегой, — сказала она безразличным тоном.

— Технически, она приударила за мной. Что же заставило тебя тогда уйти? — Я откинулся на спинку кресла. — Уверен, даже ты не настолько мазохистка, чтобы добровольно тусоваться со своим бывшим парнем.

Она перестала топтаться на месте и бросила на меня неуверенный взгляд.

— Если я скажу тебе, ты будешь смеяться.

Положив руку на грудь, я сказал:

— Извини, что я тебя огорчаю, но я буду смеяться над тобой, несмотря ни на что. Это вырезано в моем генетическом алфавите. Лучше начать привыкать к этому.

Она вздохнула.

— Ну, во многом это было сделано для того, чтобы показать ему, что я не переживаю из-за внезапного разрыва. Мы обсуждали это несколько недель назад.

— А маленькая часть? — Я наклонил подбородок вниз, изучая ее лицо.

— Я всегда нахожусь в поисках идеальной американской вафли, и ярмарка Возрождения показалась мне подходящим местом.

— Идеальная американская вафля? Это был эвфемизм? Грязный? Может, мы все-таки поладим?

Она прошла к креслу и села, вытянув позвоночник и сложив руки на коленях.

— Когда я росла, то много слышала о том, что у американцев самые лучшие вафли в мире. На самом деле я не пробовала вафли лет до тринадцати. Я выросла, наблюдая за тем, как другие едят их по телевизору. Они всегда выглядели пушистыми, воздушными и просто… — Она замолчала, мечтательно глядя в потолок. — Идеальными. Что-то в симметрии вафель просто взывало ко мне. Поэтому, когда я переехала сюда, я решила найти ее. Идеальную американскую вафлю. Лучшее, что может предложить эта страна. Я использую любую возможность попробовать новые вафли. Я всегда заказываю их, когда прихожу в новую закусочную. С тех пор как я переехала в Штаты, я попробовала около сотни вафель.

Это было и впечатляюще, и необычно. Мне нравились люди с миссией. Даже если эта миссия заключалась в том, чтобы заболеть диабетом второго типа.

— Пожалуйста, скажи, что ты хранишь список мест на жестком диске и расставляешь их. — Я отпил остатки воды. — Так поступила бы Дафна Бейтс.

— Дафна Маркхэм, — строго поправила она. — И не будь смешным.

— Я принимаю это как "да".

Ее щеки порозовели, и она презрительно откинула волосы.

— Вообще-то, список находится в журнале.

Я прижал костяшки пальцев к губам, подавляя смех.

— Страницы заламинированы, не так ли?

— А