Всего лишь один из парней - Лия Рупер

— Ты.

По крайней мере, я так не думаю.

— Комната с Беллом? — рычит Хейден, поворачиваясь к тренеру.

— Ты шутишь, что ли? Я всегда живу с Саксом!

Даниэль Сакачелли обнимает Хейдена за плечо.

— Да ладно, Заб. У нас с Тремблеем есть распорядок.

— Именно поэтому я разделяю вас двоих. — Тренер стреляет в каждого из них грязным взглядом.

— Хватит больше твоих махинаций. Больше никаких набегов на мини-холодильники. Больше никаких вечеринок. Нет больше девушек. И больше ничего… — Он сильно тычет Сакачелли в грудь. — …бить таксистов.

— Это было один раз! — Сакачелли стонет.

— Вы двое плохо влияете друг на друга. — Тренер скрещивает руки.

— Сакачелли, ты с Эвансом. Тремблей, ты с Беллом. Он подходит ко мне и вкладывает ключ-карту в мою руку.

— Держи его подальше от неприятностей, новичок.

Я поднимаю голову, чтобы ободряюще улыбнуться Хейдену, но он уже несется к лифту. Я закидываю сумку на плечо и спешу за ним. Это должно быть идеально; я почти уверена, что Хейден меня ненавидит, поэтому он проигнорирует меня… это все, что я могу сейчас требовать от соседа по комнате.

Но мой желудок сжимается в тугой комок.

Хейден не разговаривает со мной, когда мы заходим в комнату, поэтому я прохожу мимо него и бросаю свою спортивную сумку на дальнюю кровать.

Он издает горловой звук, как будто я только что оскорбила честь его семьи, он бросается, срывает мою сумку с кровати и швыряет ее в меня с такой силой, что я падаю обратно на другую кровать.

— Чувак, какого хрена!

Он не отвечает. Он стоит ко мне спиной и смотрит в окно. Его руки запутались в волосах. И я впервые осознаю, может быть, дело вовсе не во мне.

Но это не задерживается у меня надолго, потому что даже если это не так, он все равно ведет себя по этому поводу чертовым мудаком.

Я бросаюсь к нему и прочищаю горло, чтобы вызвать свой самый сильный мужской голос.

— Эй!

— Я всегда сплю на кровати, ближайшей к окну. Он оборачивается.

— А я сказал тебе держаться подальше от меня.

— В чем твоя проблема со мной? — кричу я, опасаясь, что мой голос поднимется на октаву.

— Ты все портишь! На льду… — Он обрывает себя. На льду, теперь, когда я здесь, ему приходится работать немного усерднее, чтобы удержать шайбу. Но ни за что, черт возьми, он не признается в этом вслух.

Кто-то стучит в нашу дверь, и снаружи насмехается кучка шумных голосов. Полагаю, нашим спорам придется подождать.

Хейден подходит к двери, и Даниэль Сакачелли, Тайлер Эванс и еще несколько парней входят в комнату. Все они в пальто, шапках, перчатках и шарфах.

— Ты готов, мужик? — говорит Даниэль, глядя на Хейдена.

— Да, дай мне минутку. — Он хватает свою сумку и выуживает куртку.

— Ты идешь, новичок? — Спрашивает Тайлер, глядя на меня с широкой улыбкой. Я решила, что мне действительно нравится Тайлер. Я бы разозлила его за то, что он до неприличия счастлив, но он такой искренний.

— Иду куда? — Я делаю шаг назад.

Я почти никогда не бываю рядом с этими ребятами без коньков и вдруг чувствую себя очень маленькой. Я разглаживаю свой блейзер с длинными рукавами — один из нескольких вариантов одежды, которые дал мне Ксандер. Без шлема и майки я чувствую себя незащищенной. Могут ли они увидеть мягкость моей челюсти? Мои узкие плечи? Разве они не слышат это в моем голосе?

— Накануне большой игры всегда разжигают костер, — говорит Тайлер.

— Каждый год ездим. Ты должен прийти.

Звучит довольно забавно, но в книге Ксандера это не классифицируется как опускание головы.

— Нет, спасибо, — бормочу я.

— Я очень устал.

— Наверное это, хорошо. Не хочу показывать «Ледяным Волкам», какая мелкая сошка теперь у нас в команде, — говорит Даниэль, толкая меня в локоть. На его лице легкая улыбка, и я знаю, что он просто дразнит.

Обычно я бы ответила ему остроумно. Но его слова все еще крутятся у меня в голове, и все, что я могу сказать, это:

— «Ледяные Волки» будут там?

— К сожалению, — говорит Тайлер.

— Они всегда разводят костер в ночь перед нашей игрой, чтобы попытаться вывести нас из себя, говоря всякую чушь. Но у нас это не работает! Мы просто идем и воруем их пиво.

Но… Фредди сказал, что их тренер сказал им оставаться дома. Этого не может быть.

— Идешь, Эл? — Даниэль оглядывается назад, когда все они начинают выходить за дверь.

— Да, подожди меня!

— Отлично, — Хейден запрокидывает голову и стонет.

— Моя агония продолжается.

Я тянусь за своей вязаной шапкой и самой большой курткой, которая у меня есть. Ярость сжимает мой живот. Зачем Фредди лгать мне? Может быть, «Ледяные Волки» не слушаются своего тренера. Но Фредди не стал бы этого делать.

Тепло поднимается к моему лицу. Конечно, известно, что Фредди пропускал тренировку или две, чтобы отоспаться с похмелья. Но он всегда говорил мне. И мы не виделись два месяца. Почему он не хочет, чтобы я была там?

Я стиснула зубы.

Фредди не стал бы мне лгать, так что он ни за что не будет у этого костра.

Но я лучше пойду, чтобы убедиться.

Хейден

— И даже не спрашивай меня о том, как он стреляет. — Я делаю глоток пива и смотрю вверх.

— Эй, а куда делся Сакс?

Эванс болезненно усмехается.

— Он ушел, когда ты начал говорить о том, как Белл жует свою каппу.

— Ну, это глупо! Каппы должны быть у вас во рту, а не жеваться, когда вы собираетесь забить гол.

Я прислоняюсь к столу и осматриваю костер. Волки установили его на окраине города, в одном из гигантских дворов игроков. Посередине большой костер, окруженный раскладными стульями и тюками сена.

Здесь человек пятьдесят, пьют, смеются, занимаются глупостями. Я нахожу Сакса в толпе. Он нашел группу красивых девушек. Обычно я был бы рядом с ним, но во мне кипит слишком много раздражения.

Я снова поворачиваюсь к Эвансу, и его светлые волосы отливают оранжевым в свете костра. По крайней мере, он все еще мой друг. — Я просто не понимаю, почему тренер вообще взял его в команду.

Я смотрю на Белла, который стоит один на краю костра, одетый в куртку, больше