Радость моя, громкоголосая - Наталья Соколина

По приезде он обнаружил, что его грандиозный план трещит по швам. Новый Алкин муж хотя и казался недалёким простаком, но Аполлона любил, а тот отвечал ему взаимностью и даже называл папой Олегом. С Аллой вообще поговорить не удавалось, потому что она оказалась в роддоме. Вот новый дом и впрямь оказался хорош, хотя и несколько пустоват. Непосредственный Аполлон рассказал, что они с папой Олегом и братьями хотят попробовать сделать мебель сами, особенно для детской комнаты. Алка, оказывается, успела нарожать своему громиле кучу ребятишек, что не могло не вызвать у Владимира иронической усмешки. Тем не менее, отказываться от своего гениального плана он не собирался и решил, что сына просто увезёт с собой, а там видно будет.

Междуреченск Владимир предложил объехать на его форде. Аполлон насмешливо рассматривал отцовскую машину, но тот сделал вид, что не заметил и приветливо распахнул переднюю дверцу: — садись, сынок, будешь мне рассказывать о вашей…гм, деревне.

Малец вспыхнул, негодуя: — Междуреченск — не деревня! У нас получше, чем даже в некоторых городах! Вон в моей школе: и компьютеры самые новые, и программы стоят лицензионные, да и вообще всякое современное оборудование есть! А ещё у нас институт, и колледжи, и больница получше оснащена, чем многие клиники в Красноярске. Дядя Карен говорит, что такой техники и таких специалистов, как у него, ещё поискать! К нам на лечение со всех окрестных городов просятся!

— Да верю, верю я тебе, не кипятись, — отец снисходительно похлопал мальчика по плечу, — давай, поездим, осмотрим все ваши достопримечательности. Парк ещё у вас какой-то необычный, Олег говорил.

Пока не торопясь колесили по городу, Аполлону позвонил Олег. Они перебросились несколькими фразами, а потом… малец бросил свой мобильник на заднее сиденье! Это было везение в чистом виде и его нельзя упускать. Когда остановились у парка, Владимир, выходя из машины, прихватил телефон и незаметно опустил его в ближайшую урну. Неважно, что его найдут. В городе их уже не будет.

Отвлекая сына разговорами, мужчина выехал за город и заинтересованно предложил: — давай немного покатаемся по лесу? Вон же в разные стороны дороги идут. Мне, как художнику, ты понимаешь, очень интересно посмотреть осеннюю тайгу во всей её красоте. Может быть, удастся даже сделать какие-то зарисовки. Мальчишка нехотя, но всё же согласился, а Владимир внутренне ликовал! Осталось только уговорить парня уехать с ним в Красноярск.

* * *

За городом, в разные стороны, убегали четыре дороги. Одна, асфальтированная, вела в райцентр, в Демидово. А остальные? Усталый Аполлоша, не глядя на отца, сказал: — эта, которая в левую сторону, в Малую Ветлугу идёт. Там живёт бабушка тёти Сони.

— А-а, — делая вид, что заинтересован, Владимир покивал головой, — тётя Соня, жена этого…вашего…имя ещё такое странное…

— Ничего не странное, — набычился Аполлоша, — дядя Айк его зовут. Айкен, то есть. Лунный Сын. У него мама — казашка, вот так его и назвала.

— Да-да, хороший человек, наверно, — примирительно улыбнулся мужчина. Ссориться с сыном он не собирался.

— Самый лучший! — мальчишка задиристо вскинул подбородок, — после папы Олега, конечно, — тут же поправился он.

Владимир хмыкнул, но промолчал. Не задумываясь, поехал вперёд, по грунтовой дороге, уходящей вглубь леса. Он был уверен, что за ними вскоре устремится погоня. Поедут в Демидово, потому что вряд ли “папа Олег” догадается, что перед своей поездкой за сыном Владимир тщательно изучил карту и был очень рад, когда обнаружил, что имеется старая заброшенная дорога, идущая в объезд не только Демидово, но и Красноярска. Ну, в краевом центре найти их будет сложно, а там можно завернуть к бабушке: неужто не выделит им с Аполлоном комнату? Он ухмыльнулся: помойка у неё ещё та, но ничего, как-нибудь устроимся. Главное будет — не позволить ей продать квартиру, и присутствие внука будет как нельзя кстати. Владимир даже засвистел, придя в хорошее расположение духа. Несмотря на то, что дорогой, кажется, редко пользовались, она была в приличном состоянии главным образом потому, что стояла сухая осень, а в последние дни и вообще подмораживало. Короткий осенний день заканчивался. Небо хмурилось и накрапывал не то дождь, не то снег. Отвлекая мальчика, Владимир с жаром говорил и говорил, а это он умел. Аполлоша отмалчивался, насупившись. Вдруг встрепенулся: — ой, мне надо папе Олегу позвонить! Он же беспокоится! — Он обернулся к заднему сиденью и растерянно спросил: — а где мой телефон?

Мужчина пожал плечами: — там, где ты его оставлял.

— Я его на сиденье положил!

— Может, куда завалился? Сейчас выберем полянку посветлее и поищем, — приветливо улыбнулся отец.

Они ехали уже довольно давно, а лесная дорога всё не кончалась, не выводила их на наезженный тракт. Владимир подозревал, что они, пожалуй, уже объехали по широкой дуге Демидово. Давно стемнело, лишь в свете фар мелькали по обочине тёмные безлистые кусты, да за ними мрачной стеной возвышались вековые сосны.

— Я есть хочу, — прошептал совсем упавший духом мальчик, — а когда мы домой поедем? — в его голосе послышались слёзы, и мужчина торопливо ответил:

— скоро, скоро уже, потерпи. Вон я вижу впереди зелёную полянку, смотри, там совсем леса нет! У меня где-то бутерброды завалялись, перекусим и дальше поедем.

— Я домой хочу! — упрямо стоял на своём Аполлоша, — а на полянку нельзя, там болото начинается. Я понял, сюда наши, из города, за клюквой ездят.

— Ну что ты, какое болото, лес же рядом! — Владимир усмехнулся, — сосны на болоте не растут.

— А их там и нет! Посмотрите, там только какой-то кустарник!

— Ну-ну, не бойся, ты же со мной, — оторвав руку от руля, тот снисходительно похлопал ребёнка по плечу. И тут дорога кончилась. Она просто обрывалась у края большой, покрытой ровной зелёной травкой поляны, кое-где поросшей мелким искривлённым кустарником. Вдалеке, у края поляны, в неясном свете фар виднелся чахлый берёзовый подрост, а ещё дальше, к хмурому тёмному небу опять сплошной стеной подымались сосны. Поляна показалась Владимиру огромной. И вправо, и влево, насколько он смог увидеть в свете взошедшей луны,

едва пробивающемся сквозь тяжёлые, нависшие над головой облака, простиралась ровная поверхность. Он подумал, что где-то свернул неправильно, тем более, что они проехали несколько поворотов на такие же лесные узкие дороги. Припоминая карту он решил, что нужно было свернуть направо, ведь райцентр остался в той стороне. Решено, они развернутся на поляне и поедут назад,