Сумасшедшие - Вика Ром

Вика прищурилась, обдумывая услышанное.

— Нашла?

— Да. Она красивая и следит за собой. Я ей за год до развода бизнес помог открыть. — Женя ненадолго задумался. — Я всегда чувствовал себя виноватым перед ней, веришь нет? Но любил я только ее одну. Другие так, для секса только.

В разговоре повисла пауза. Вика прикидывала, что бы она почувствовала на месте его жены, и что же чувствовал он.

— Ясно. Твой сын знает, почему вы развелись?

— Знает. — Женя чуть замялся. — Он целый год со мной не разговаривал. И я очень испугался, что он меня не простит. Кое-как с ним помирился.

— Офигеть. А он упрямый, да?

Вика заметила, что Жене не просто говорить об этом, значит, он искренне сожалел о сделанном.

— Давно ты развелся? С кем-нибудь встречался?

— Третий год. Долго ни с кем не мог. Совесть мучала. Потом решил, начну с начала, и вот с Ларисой познакомился. Я вообще-то сомневался, надо ли? Но она меня Мишей подкупила. Он славный.

Вика прикрыла глаза на миг и прильнула к Жени, припала к его рту в долгом поцелуе.

— Ах, я какая-то ненормальная! — выпалила она сконфуженно. — Почему я возбуждаюсь, когда представляю, как ты спишь с другими?

— Может, потому же, почему возбуждаюсь я, когда думаю, что ты ездила тогда трахаться с кем-то?

Женя взял Викину руку и положил себе на член. Она сжала твердый пенис и зажмурилась от возбуждения. Он привстал, схватил под подмышки и усадил на себя как наездницу, затем снял с неё маечку, сунул руку между ног и отодвинул перемычку на шортиках.

— Расскажи, как ты любишь ебаться? — Женя облизал правую Викину грудь, потом широко открыл рот и почти целиком заглотил левую. — Что они шепчут тебе? Что говорят?

Вика стонала в изнеможении от удовольствия. Она двигалась вверх и вниз, из-под полуприкрытых век она наблюдала за тем, как пенис входит внутрь ее тела. Вдруг Женя схватил Вику за бёдра и принялся резво трахать ее.

— Тебе было хотя бы раз также хорошо, как со мной?

— Ах, нет. Да… Нет…

Викины волосы рассыпались у неё по спине, по плечам, их кончики коснулись Жениного лица.

— Ах, какая ты горячая! Такая мокрая! — в исступлении заходился он. — Никогда в жизни не трахал такой же красивой девочки, как ты!

Раскатистый гром камнепадом прокатился по крыше дома, на автомобиле сработала сигнализация, и всего через мгновение июльский ливень забарабанил по карнизам. Ветер неистово рвал листву с деревьев, с яблонь, с кустов вишни, трепал только зацветшие саранки и георгины вдоль дорожек и стен дома. Молнии беззвучно сверкали, рассекали небо до самой земли, вспышками освещая комнату, смятую постель и мужчину с девушкой, которые от жадности не пожелали тратить ночь и не легли спать до первого луча солнца.

Предложение руки

Пылинки летали в полосах света, которые пропускали белые занавески на окнах. На кухне негромко играла ритмичная музыка, сильно пахло горелой едой вперемешку с запахом жареной яичницы. Вика открыла шкафчик и достала тарелку. Женя подошел к ней со спины и поцеловал в щеку.

— М, омлет!

— Надеюсь, я не отравлю тебя. Я ведь буду скучать. — Вика залилась смехом. — Это моя вторая попытка не спалить всё к чертям.

Они уселись за стол, Вика подперла рукой подбородок, пристально наблюдая за тем, как Женя ест. Он отправил в рот вилку с куском омлета, на мгновение замер, улыбнулся и сказал:

— Кое-что произошло, ты должна знать. Думаю, Лариса догадывается о том, что кто-то из нас неровно дышит к другому.

Вика ухмыльнулась.

— Это не про меня, — сказала она и во все глаза уставилась на Женю в ожидании его реакции.

С аппетитом Женя съел завтрак и довольно потянулся под пристальным Викиным взглядом.

— Ну как? — с любопытством спросила она.

— Нормально, посолить только забыла.

Женя засмеялся, когда она всплеснула руками и закатила глаза. Он вскочил со стула и ласково обнял её со спины.

— В жизни не ел ничего вкуснее! — горячо сказал он, тиская ее грудь.

Следующие два дня они провели в обычном режиме, каждый занимался своим делом, но всякий раз, как пересекались в доме непременно обнимались и не отпускали без поцелуя. Так они дразнили друг друга за тем, чтобы ночью оторваться по полной. На третье утро Женя позвонил Ларисе, узнать, когда она собирается домой. Вика вышла на веранду в тот самый момент, когда он попрощался с Ларисой.

Вика закинула руки Жене на шею и слегка поцеловала в губы.

— Ну?

— У нас есть время до пяти. — Женя едва касаясь провел рукой по ее волосам.

Улыбка медленно сошла с Викиного лица. Но Женя продолжал улыбаться, он запустил руки ей под подол платья и прижался, чтобы Вика почувствовала его возбуждение. И вдруг заметил, как по ее лицу пробежала волна отвращения. Она отстранилась и сделала два шага назад. Женя прищурился с тревогой:

— Ты что?

Вика пару мгновений хмуро глядела на него и молчала, потом вдруг вскинула руки ко лбу и нервно засмеялась.

— Что же это?! Что произошло?! — Она развела руками в стороны. — Бред! Да! Это не по-настоящему!

— Ты о чем, девочка?

Женя попытался обнять, но она оттолкнула его. Он не стал приставать дальше и спокойно дал ей уйти. Он остался на веранде, и только по тому как быстро он дышал, можно было понять, что он крайне взволнован. Поразмыслив над чем-то, он пошел за Викой в дом. Он встал на пороге кухни и наблюдал за тем, как она убирает со стола посуду.

— Это ничего не значит. Просто накрыло, — безмятежно сказала Вика, как будто сама себе.

Женя вдруг ясно ощутил полное ее безразличие к себе, и это ощущение окатило его, словно ледяная вода. Тем не менее он спокойно поддержал ее слова.

— Да. Конечно.

Вика продолжала размышлять вслух:

— Со мной не раз такое бывало. Уже отпустило.

— Это хорошо.

— Надо же! Как будто и не я была дни.

— Все пройдет.

Женя прошел в кухню. Он налил чай и сел за стол. Викин телефон издал сигнал входящего сообщения. Она кинула беглый взгляд на экран, почти отвернулась, но неожиданно быстро вскинув брови, уставилась назад в телефон. Лицо ее на глазах стало сосредоточенным, как будто испуганным даже. И тут же пронзительный истошный звук автомобильного сигнала заставил их обоих вздрогнуть. Вика бросилась на улицу. Женя кинулся за ней, но встал на крыльце,