Случайный брак с магнатом - Агата Лав

– Вы серьезно?

– Вы не будете больше работать на Ольгу. Я вижу, что она что-то задумала. Она использует вас против меня.

– Я в любом случае собиралась уходить из ее компании.

Марков усмехается.

– Что не так? – спрашиваю его, не понимая такой реакции.

– Вы совершенно не умеете торговаться, Полина. Я предлагаю вам услугу за увольнение, а вы говорите, что и так собирались это сделать. – Он качает головой. – Вы демпингуете, когда надо повышать ставки.

– Я не продажник.

– Вы подписывали какие-нибудь документы в последние дни? Ольга ничего не давала вам?

Я хмурюсь.

– Например?

– Например, в спешке, – отзывается Марков. – Не читая.

– Я всегда читаю документы, которые подписываю…

Стоп.

Перед глазами загорается вспышка-воспоминание.

– Сегодня, – произношу и поднимаю на Станислава потерянный взгляд. – Мне дали целую стопку документов в клинике. Я посмотрела только первые листки, а потом поставила подписи, не вчитываясь.

Я была слишком воодушевлена.

Я даже не подумала, что это может быть важно. Я и до этого бывала в платных клиниках, когда посещала гинеколога или терапевта, и там моя деловая щепетильность давала сбой. Каюсь, я никогда не вчитывалась в каждую строчку, когда на ресепшен мне протягивали договор на оказание услуг.

Марков поднимает ладонь и трет переносицу. Он снова усмехается, только на это раз злее, и порывисто разворачивается. Он подходит к кофемашине и нажимает кнопку, и вскоре комната наполняется монотонным бурчанием техники. Он явно что-то понял, но не спешит поделиться со мной. Пауза затягивается, пока я рассматриваю его широченную спину в белой рубашке.

– Идите к себе, Полина, – произносит он, не оборачиваясь ко мне. – Мы поговорим завтра. Мне сперва нужно всё обдумать и понять, как решить проблему.

– Проблему? Вы что-то подозреваете?

– Завтра, Полина, – повторяет он холодно и достает сотовый из кармана. – Я сейчас буду звонить отцу Ольги. Потом буду ждать его, чтобы отнести ее в машину. Дай бог она не проснется к тому времени.

Это звучит как «у меня и без ваших вопросов голова раскалывается».

Мне остается только кивнуть.

Я покидаю его квартиру и пересекаю коридор. Я не сразу попадаю ключом в отверстие замка, тело как будто противится и не хочет входить в квартиру, которую оплачивает Ольга Викторовна. Но у меня нет сил искать сейчас другое место. Всего одна ночь, я хорошенько высплюсь, а завтра начну решать все накопившиеся проблемы.

Хотя как тут выспаться?

Я падаю на кровать и понимаю, что мне самой нужно снотворное. Или беруши, но такие, чтобы заглушить не внешний шум, а внутренние переживания. Я накрываюсь одеялом с головой и вспоминаю дурацкую детскую считалку. Выматываю себя, повторяя ее по кругу, и это помогает.

Я просыпаюсь от будильника. Отрываю голову от подушки и только в этот момент понимаю, что это не будильник, а звонок в дверь.

Черт…

Нет ничего хуже утренних гостей. Я поправляю пижаму и приглаживаю волосы, но в зеркало не смотрюсь, чтобы не расстраиваться. Я открываю дверь и попутно срываю с шеи маску для сна.

– Доброе утро, Полина, – здоровается Марков.

Он уже собран – запакован в классический черный костюм, который подчеркивает его статус небожителя. Его светлые волосы небрежно уложены, а от рубашки исходит приятный свежий аромат.

– Доброе. – Я сторонюсь, когда понимаю, что он собирается войти.

– У меня к вам два предложения, – он сразу переходит к делу.

– А можно я сперва выпью кофе?

– Можно.

Я поворачиваю к столовой. Станислав идет следом. Он молчит всего несколько секунд, после чего продолжает говорить деловым сухим тоном:

– Во-первых, нам нужно перейти на ты. А во-вторых, я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Глава 9

Чашка выпадает из моей ладони. Я не успела поставить ее на подставку, и теперь она летит на пол, чтобы разлететься на осколки.

– Женой? – Я оборачиваюсь к нему.

– Фиктивной, – добавляет он таким тоном, словно это всё объясняет. – Мы подпишем договор.

– Вы спятили, Станислав Олегович?

– Полина, я совершенно серьезно. Мои юристы уже готовят бумаги.

Он буравит меня своими темными глазами, которые выдают, что у него вчера выдался тяжелый денек. А может, и целый месяц. Он только-только отвоевал «НилИнвест», получил новую компанию в свое распоряжение, а это значит, что до этого была серьезная подготовка и работа.

Марков подходит ко мне вплотную и сжимает мой локоть. Он тянет меня в сторону. Я успеваю возмутиться и только потом вспоминаю о разбитой чашке. На мне легкие домашние тапочки, а вот Станислав в черных ботинках. Под их толстыми подошвами хрустят осколки, когда Марков достает вторую чашку и нажимает кнопку, чтобы приготовить кофе. Я остаюсь стоять на безопасном пятачке, но молчать не собираюсь.

– Как вы себе это представляете?! Что вообще за глупость? – Я даже не могу осмыслить это, мне всё кажется, что я ослышалась. Или вовсе еще сплю.

– Тебе нужно время. – Марков кивает и ставит чашку с кофе передо мной. – Ты сейчас выпьешь кофе, потом соберешься, и мы поедем в офис. Не в «НилИнвест», в другую мою компанию. Там тебе покажут договор, и мы обсудим нюансы.

Он и правда серьезно!

Он не сбивается и произносит дикие вещи ровным беспристрастным тоном, словно мы обсуждаем пункты трудового соглашения. У меня даже возникает чувство, что меня нанимают на работу. Хотя так и есть! Он предлагает мне должность своей жены.

Это ведь обычное дело!

Ничего из ряда вон выходящего.

Я бросаю на него взгляд, полный последней надежды. Пошутили – и хватит. Или безумие Ольги оказалось заразно? Но Марков наклоняет голову набок и смотрит сурово. Следом он вытягивает левую ладонь перед собой и глядит на наручные часы. Массивный циферблат поблескивает золотыми деталями, а по лицу Станислава становится ясно, что на мои уговоры у него ограниченное время. И оно подходит к концу.

– Тебе лучше держаться меня, – говорит он после паузы. – В любом случае тебе придется выбирать сторону, тебя уже втянули в разборки. У Ольги изощренная больная фантазия, и ей плевать, как дико будут выглядеть ее действия со стороны. Она не отдает себе отчета. Это похоже на обострение или приступ, с ней уже бывало такое… В прошлый раз всё обошлось, и она забыла обо мне почти на целый год. Сейчас ее снова сносит. Ей по большому счету случайно подвернулось предложение купить акции «НилИнвест», и она не смогла устоять. Это было ошибкой. Для нее.

– Да, она не была такой. – Я киваю.

Год назад я работала на фирму Ольги удаленно и не могла видеть, что происходило с моей начальницей. Но сейчас перемена случилась на моих глазах. Ее закрутило, как на безумных горках, жажда мести бывшему подмяла под себя всё.

– У меня сохранились хорошие отношения с ее родителями, – продолжает Марков. – Это тоже сдерживает меня. Но я вынужден действовать жестко в этот раз, это не может длиться бесконечно. И я должен обезопасить себя.

– Я все равно не понимаю…

– Я думаю, Ольга задумала грязный скандал. Она хочет предъявить мне домогательства к подчиненной. К тебе, Полина.

– Что?

Я пораженно выдыхаю, и Марков на всякий случай накрывает мои пальцы, чтобы я не разбила вторую чашку за одно утро.

– Поэтому столько приготовлений. – Он задерживает свое прикосновение, словно проверяет, как я отреагирую, а я настолько занята его словами, что не сразу стряхиваю его пальцы. – Она сделала всё, чтобы ты постоянно была рядом со мной. Папарацци тоже она дала наводку, наши общие снимки должны были копиться, чтобы потом сыграть свою роль.

– Но Ольга была зла из-за снимков. – Я задумываюсь над собственными же словами. – Хотя ее взбесило именно то, что я не рассказала в деталях, как прошла наша встреча в ресторане.

Ей нужен был полный контроль.

И это логично, если у нее был свой план. Чтобы воплотить его, ей нужно было в деталях понимать, что происходит между мной и Марковым.

– Ты могла подписать в клинике показания против меня. Например,