Баллада Пепла и Льда - Анна Сергеевна Платунова

— Привет, Пепел. Давай по-хорошему, ты отдаешь мне звезду звеньевого, и никто не пострадает.

— Два штрафных балла за нападение на командира, — отчеканила я.

— Что? — изумился тот и вдруг без предупреждения ударил меня по лицу.

Скула вспыхнула огнем, от мощного тычка я отлетела к стене, треснулась спиной и головой, перед глазами замельтешили мушки.

— Достаточно? Или продолжим избиение младенцев? — донесся как сквозь слой ваты злой и насмешливый голос.

Первый удар стал неожиданностью, я не верила, что он на самом деле поднимет на меня руку, и лишь поэтому растерялась. Лесли рассчитывал на грубую силу, но был отнюдь не умен, он не изучил противника, прежде чем нападать.

«Папа, все хорошо, я помню твои уроки! Не волнуйся за меня!» — мысленно произнесла я.

Глава 13

— Нападай!

Смеющийся папа приплясывал на месте, потрясая кулаками. Вроде как и в шутку, чтобы не напугать меня, совсем мелкую девчонку: три месяца назад мне исполнилось десять лет. И в то же время я совершенно точно знала: отец настроен решительно. Как и тогда, когда сдергивал с меня одеяло по утрам, выталкивал на мороз и гонял по полигону. Теперь он всерьез вознамерился научить меня драться.

— Па-ап, — заканючила я. — Я ведь девочка!

— Это не значит, что ты не должна уметь постоять за себя. Как раз наоборот!

Отец отвлек меня словами, незаметно подкрался и одним движением опрокинул меня на подтаявший снег, в весеннюю жижу, я распласталась в грязи, намокнув от макушки до пят. И разозлилась!

— Ну все! Держись!

Раззадоренная, я с кулаками бросилась на отца. Легкая, как щепочка. Неумеха. Удары моих маленьких кулачков были не сильнее градин, частенько сыпавшихся с неба в этой части Империи. Отец рассмеялся — запрокинул голову, упер руки в бока и так жизнерадостно хохотал, что и меня заразил весельем. Он казался мне в тот миг добрым великаном…

— А теперь, Ласточка, слушай меня внимательно.

***

Я прижалась к стене, выравнивая дыхание, исподлобья следя за тем, как Лейс, словно хищник, кружит рядом, примериваясь. Я же делала вид, будто замерла от страха. Наклонила голову. Мне нужно время, чтобы в глазах прояснилось. Если Лесли ударит сейчас, он попадет по макушке и только ушибет руку, но не причинит мне сильного вреда. К тому же я не собиралась больше доставлять ему такую радость — ударить меня.

— Испугалась, малышка! Масенькая! — мерзко засюсюкал Лейс. — Не бойся дядю. Дядя не обидит. Отдай дяде звездочку.

— Сейчас, сейчас, погоди, — пролепетала я, делая вид, что шарю трясущимися руками по воротнику. — Не снимается.

«Обмани противника, если сможешь, Ласточка. Драка есть драка. Твое преимущество в том, что враг никогда не будет воспринимать тебя всерьез», — слышала я сквозь стук сердца в ушах голос отца.

— Я помогу, — вполне миролюбиво сказал Лесли, опуская кулаки. — Давай уж, дурында.

Я подпустила его ближе и со всей мощи ударила локтем в нос. Показалось или раздался хруст? Лейс заорал диким голосом, отшатываясь, ощупывая лицо.

«Не бей кулаком. Они у тебя слабые, ты скорее сама повредишь руку. Сожми кулаки, но бей локтем». Спокойный голос отца, звучащий сквозь время, придавал мне сил.

— Ах ты тварь! Паскуда! Да я тебя! Я тебя урою! Тварина!

Лесли слепо замахал кулаками, жмурясь от боли. Из его глаз текли слезы, а из носа тянулась струйка крови.

— Никакого воображения, Лесли. Тварь, тварина и паскуда? Да у нас в гарнизоне так только девчонки ругаются, — подначивала я.

Каждый нерв дрожал, как натянутая струна, но голос звучал бодро — то, что нужно!

Лейс пытался загнать меня в угол, размахивая руками, как разъяренный медведь — лапами. Неповоротливо наклонялся из стороны в сторону, но я проворно уходила от попыток меня захватить. Пригибалась и ускользала, чем бесила его еще больше.

«Измотай противника. Уклоняйся от ударов. Ты шустрая — это твоя сильная сторона!»

Тактика работала. Лесли выдыхался, тяжело дышал и нервно смахивал челку, закрывающую глаза. Плохо то, что так кружить мы можем сколько угодно долго. Я с самого начала оказалась в невыгодной позиции для драки один на один — у стены, а Лейс перегораживал проход. Придется перейти в атаку.

Я пропустила еще несколько тычков и решилась. Упавший на землю противник — побежденный противник, другое дело, что свалить парня, который крупнее меня в полтора раза, дело непростое. Но здесь мне должен помочь эффект неожиданности.

Мне нужно провернуть рискованный трюк. С папой он получался очень редко, но папа сам меня обучал и знал, чего ждать. Одно радовало — отец не поддавался. Говорил, что окажет мне медвежью услугу, если притворится, будто я его одолела.

Мне удавалось свалить на землю целого полковника! Неужели я с этой мелкой шавкой не справлюсь?

Я бросилась вперед. Ударила головой по подбородку Лесли, переплела наши ноги, резко задрала колено и одновременно толкнула, и Лейс не устоял, грохнулся всеми костьми. У меня оставалась секунда до того, как он опомнится и начнет отмахиваться ногами: любой на его месте поступил бы именно так.

Я оседлала противника, нашарила его руку и выгнула мизинец, задирая его в сторону локтя. Лесли заорал и задергался, но чем сильнее он дрыгался, тем сильнее я давила.

— Лежи смирно! — зашипела я, наклонившись к его уху. — Лежи или сломаю на хрен тебе палец!

Лейс застыл, распластавшись подо мной. Его губы жалко дрожали.

— Больше не смей оспаривать мое назначение, понял!

— П-п… — забормотал он, но не успел договорить.

— Встать! — раздался гневный окрик. — Оба! Что здесь происходит?

У меня возникло ощущение дежавю: перед моим лицом снова, как несколько часов назад, оказались высокие ботинки на шнуровке. Принесло же этого Эйсхарда не вовремя!

Я не спеша поднялась, одернула задравшийся форменный жилет. Надо отдать форме должное: она не порвалась и не помялась, явно была рассчитана на физическую нагрузку.

Лесли, постанывая, тоже встал.

Командир впился в мое лицо внимательным взглядом. Взял двумя пальцами за подбородок и повернул мою голову туда-сюда, разглядывая наливающийся на скуле синяк. Быстро осмотрел с ног до головы, видно, выискивая другие повреждения. Наверное, если желторотики переубивают друг друга в первый же день,