Любить тебя ад - Ая Сашина

— Поездка подошла к концу! — рыкает таксист, когда я не реагирую на то, что наша машина уже остановилась.

— Да, спасибо, — бросаю заторможенно, продолжая глазеть на Рома и незнакомца. — Всего доброго! — покидаю салон и быстро направляюсь к тому, кто одним лишь своим видом заставляет сердце трепыхаться до ощущения острой боли.

Замираю за спиной Рома. Боюсь сделать последний шаг. Саша, наверное, и не заметил бы меня, если бы не его собеседник, который тут же концентрируется на мне.

— Здравствуйте, — громко произношу, выступая из-за широкой спины.

— Здравствуйте, — усмехается незнакомец с интересом.

Но его реакцию замечаю фоном. Перестаю дышать, когда оказываюсь под прицельным взглядом любимых черных глаз. Они скользят по мне, сразу кажется, с недовольством, а потом с таким жаром, что мир вокруг окончательно меркнет.

— Иди домой, — говорит тихо Саша.

Словно под гипнозом. Киваю и, совершенно забыв о незнакомце, иду к подъезду.

— Сонь, — догоняет Саша. — Держи ключи.

— Спасибо… — робко улыбаюсь, но Ром уже возвращается к тому, кто его ждет.

Открываю подъезд, поднимаюсь по ступенькам. Квартира не заперта. Судя по музыке, дома сосед Саши. Не люблю этого парня. Он какой-то… дикий. Вернее, с Ромом нормальный, а меня воспринимать всерьез никак не желает. Я для него словно грязь под ногами.

Иду в ванную, чтобы помыть руки, но, толкнув дверь, испуганно стопорюсь. Блондин сидит на краю ванны и, перетянув жгутом одну руку, собирается делать себе укол.

— Извините! — едва шевелю губами.

Отступаю назад. Дверь в ванную тут же громко захлопывается и до меня доносится неприятный голос.

— Стучать не учили? — бешенство ощущается даже на расстоянии.

Забываю, что хотела помыть руки. Ошарашено иду в комнату Саши. Неужели я не ошиблась по поводу наркотиков? Блондин наркоман?.. Меня всю трясет от увиденного в ванной комнате. В горле пересыхает от ужаса.

Куда я вляпалась?..

Подхожу к окну. Машины во дворе уже нету, значит, Саша сейчас придет. А вдруг он уехал? Кто это вообще был на такой дорогой машине? Что было в конверте?

Раздается звук открывающейся двери. Ром. Не уехал!

Заходит в комнату. Бросив на меня быстрый взгляд, достает конверт из кармана, прячет в шкаф на верхнюю полку. Что там? Подсознание орет, что это деньги. За наркотики.

Нет! Этого не может быть. Этот парень не такой! Я просто фантазерка!

— Что с тобой? — Саша замечает мое состояние, когда поворачивается ко мне и подходит ближе.

Разглядываю Рома, словно впервые. Безбожно красивый… До мурашек по телу. И ставший уже таким родным…

Но… Кто ты?

Неужели я ошиблась в тебе? Неужели дурные мысли могут оказаться правдой?

Я чувствую, как на глаза набегают слезы.

«Ты еще расплачься перед ним, маленькая дурочка!»

Глава 23

Соня, год назад

— Малышка… — ласково шепчет Ром, когда я не могу удержать проклятую влагу. — Иди сюда, — он делает недостающий шаг и прячет меня в своих объятиях.

Его тепло прорывает плотину. Вся боль струится наружу. Оплакиваю свои отношения с родителями, с Евкой, а, самое главное, то, что Саша, кажется, выбрал не тот путь, который следовало бы.

Обнимаю за талию так сильно, словно хочу стать его частичкой. Слушаю мощные удары сердца и еще острее ощущаю боль за парня. Что произошло в его жизни? Почему он здесь? Где его родные? Почему он даже не рассказывает об этом?

— Тш-ш-ш… Ты чего ревешь?.. — ладонью гладит меня по спине.

Слышу по голосу, что улыбается. Он хороший ведь… Просто, наверное, попал в какую-то безвыходную ситуацию. Если бы он только позволил — я бы обязательно помогла! Я бы уговорила и родителей помочь ему. Может, он просто не знает, что мир не без добрых людей?

— М-м? — пытается посмотреть мне в глаза. — Ты рева-корова?.. — подначивает.

Так в детстве шутил и папа. От воспоминаний внутри снова что-то рвется. Слезы текут обильнее.

— Сонь… — на этот раз улыбка пропадает с его лица. — Серьезно… Ты почему рыдаешь?

— Всё нормально, — наконец мне удается разлепить опухшие от соленой влаги губы. Слишком много во мне всего, чтобы выразить это парой слов. — Просто увидела тебя… Я скучала ведь! — упрекаю вдруг резко.

— Скучала? — застывает на миг. А потом… — Я тоже, мелкая… Я тоже! — он наклоняет голову и дотрагивается губами до моего носа.

Тянусь выше. Я не ребенок! Хватит!

— Не надо… — предупреждает, когда мои губы замирают в миллиметре от его губ.

— Почему? — дыхание рвано вырывается из груди. Кажется, сердце сейчас остановится от зашкаливающего волнения.

— Потому что… Потому что… — он закрывает глаза и ведет носом по моему лицу.

Готова рухнуть на пол. В венах не кровь, а огонь. Теряю нить собственных мыслей. Просто хорошо… Невыносимо хорошо.

Где-то начинает что-то жужжать, и лишь через несколько секунд я понимаю, что это телефон Рома.

— Да, — парень, не отпуская меня, принимает звонок. По мере разговора его лицо становится хмурым.

Присаживаюсь на кровать, когда Ром всё же отходит от меня. Смотрю, как он подходит к шкафу, открывает его, тянется за конвертом, который недавно туда положил.

— Да, скоро подъеду, — обещает кому-то и отключается.

— Что случилось? — теперь я вынуждена спрашивать.

— Подождешь меня здесь? — произносит вместо ответа. — Я скоро вернусь.

Я бы подождала, но его сосед… Говорю Саше, как есть.

— Он уже ушел. Будет поздно — не бойся.

Ушел? Я и не слышала. Хотя в таком состоянии…

— Хорошо. Подожду. А с тобой нельзя?

— Нет. Я скоро. Честно.

И я жду! В ожидании открываю шкаф. Понимаю, что нельзя лазить по чужим вещам, вот только желание разобраться в происходящем сильнее разума.

Ничего особенного. Немного одежды, и больше ничего. Тянет пойти в комнату к блондину, присмотреться и к его вещам. Уже выхожу в коридор, как вдруг слышу, что кто-то стучит в дверь. Подпрыгиваю от испуга. На носочках подхожу к двери, смотрю в мутный глазок. Леся… Тут же открываю.

— О, привет, — удивлена девушка. — Ты? А Ром где?

— Он вышел ненадолго, — отступаю, чтобы Леся зашла, но та отрицательно машет головой.

— Я спешу. Отдашь ему? — протягивает пакет.

Рука трясется, когда забираю очередную передачку.

— Конечно, — обещаю.

— Супер. Давай, солнце. Увидимся еще.

Иду на кухню. Кладу пакет на стол и смотрю на него, будто