Последняя Золушка - Адель Хайд

Юлиус недовольно вертел круглой головой и обиженно хлопал глазами.

— Или ты сам фея? — пришла в голову бывшей фее ещё одна умная мысль.

Вдруг Юлиус распахнул крылья, перед лицом Дианы мелькнули огромные когти, и уже через секунду фамильяр сидел на потолочной перекладине.

— Совсем дурная? Какая я тебе фея?! — возмущённо заклекотал Юлиус.

— Тогда скажи, зачем ты мне помогаешь.

— Ведьма меня тебе поручила. Пока я с тобой, я тебе помогаю. Вернётся моя ведьма — и перестану помогать. — И вдруг запричитал, прикрыв глаза крыльями: — Где же моя ведьма? Как же я устал от этой девчонки! Готовить не умеет, никому не верит!

Диане стало стыдно.

— Ладно, Юлиус, прости, просто, понимаешь, у меня пари.

И Диана рассказала сове-фамильяру, что с ней произошло и почему она теперь здесь в некоторой растерянности.

— Да-а, — протянул Юлиус, — дела-а.

Диана покосилась на фамильяра:

— Поэтому я и подозреваю всех, кто пытается мне помочь.

— Так, а что ты делать собираешься? — деловито спросила Юлиус.

Диана посмотрела на гардероб:

— Буду собираться на бал.

Юлиус заметил, что Диана посматривает на гардероб, и хмыкнул:

— Агнесса им ни разу не пользовалась, если что.

— А зачем он тогда здесь? — удивилась Диана.

— От предшественницы остался, — ответил фамильяр и как-то странно нахохлился.

У Дианы появилось подозрение, и она его сразу же и высказала:

— А ты знаешь, как им пользоваться?

— Теоретически, — уклончиво ответил фамильяр.

— Понятно, значит, не знаешь. — Диана теперь посмотрела на шкаф по-другому.

— Ну, есть инструкция, — сказал Юлиус и вытащил откуда-то из воздуха толстенную книгу в ярком переплёте.

Диана с изумлением уставилась на огромный фолиант:

—Эт-то инструкция?

— Ну да. — Диане показалось, что фамильяр усмехнулся. — Ну, ты же хотела потрудиться — вот, пожалуйста.

— Это правда, — кивнула Диана и забрала у фамильяра книгу.

Пора было делать так, как она и хотела, чтобы делали Золушки. «Помоги себе сам» называется.

***

Герцог Александр Берг

Прежде чем направиться к дому графа Селери, герцог Берг решил сделать запрос в пансион. Мог бы — съездил бы сам, но леди Тремейн назвала пансион на другом конце королевства, и поездка заняла бы у него не меньше недели. А через три дня был назначен бал, на котором племянник, принц Гарольд, должен будет выбрать себе невесту, и брат, король Карл, попросил Александра проследить, чтобы «мальчик» не ошибся.

По мнению герцога, Гарольду было ещё рано жениться. Он иногда удивлялся, что он или Карл, отец Гарольда, в том же возрасте уже выиграли войну и забрали власть. А Гарольд всё больше интересовался своей внешностью. Конечно, он учился и посвящал время тренировкам, но для него не было кого-то лучше, чем он. И Александр предполагал, что это — влияние его матери, кстати, дальней родственницей которой была леди Тремейн.

Для получения ответа герцог задействовал почтовый артефакт, который моментально переносил небольшие послания. Поэтому и ответ из пансиона Святой Аврелии пришёл очень быстро: «Сообщаем, что в текущем учебном году в пансионе не обучалась и не числилась ни одна воспитанница по имени Диана Селери».

Прочитав ответ, герцог внимательно изучил бумагу, на которой он был написан; бумага была со специальным напылением, что исключало фальсификацию документа. Тогда герцог проверил, какие ещё есть пансионы, и отправил запросы во все, которые нашёл. Из всех пансионов пришёл один и тот же ответ: «Не обучалась, не числилась».

«Но не может же быть, чтобы леди Тремейн лгала?!» — подумал герцог и сразу же как наяву услышал внутренний голос, который с ехидством произнёс: «А Золушка, значит, может».

Глва 16

Герцог Берг собрался и поехал в дом графа Селери — выяснить, что же там происходит. Возле дома его встретил конюх, который подскочил и взял коня под уздцы.

— Как тебя зовут, парень? — спросил герцог.

— Меня зовут Гримон.

— А скажи, Гримон, давно ли ты видел своего хозяина? — передавая конюху поводья, спросил герцог.

— Очень давно, — ответил конюх, почесал нос, словно пытаясь вспомнить когда. — Он уже, считайте, полгода из дома не выходит.

— А доктор? — Герцог умел задавать правильные вопросы. — Доктор к нему приходит?

— Доктор? — Судя по всему, конюху даже было сложно вспомнить, когда это было, но, вздохнув, он ответил: — В последний раз был месяца три назад.

Герцог удивился, но никак не прокомментировал.

— А скажи, Гримон, а что хозяйка? — спросил герцог.

— Леди Тремейн? — уточнил конюх.

— Нет. — Герцог потрепал коня по холке, доставая бумаги из седельных сумок. — У графа была дочь, графиня Диана.

Конюх вдруг сжался, подозрительно оглянулся по сторонам.

— Не знаю я ничего, — сказал он, хотя до этого явно собирался сказать что-то другое.

Герцог бросил взгляд на дом. Из окон второго этажа на него смотрели две пары глаз.

— Постой. Как это — не знаешь?

— Не знаю ничего, — буркнул конюх, и, повернувшись к коню, потрепал того по морде. После чего склонил голову и, будто бы что-то говорил коню, почти не открывая рта, произнёс: — Вечером в таверне «Лысый осёл»… — А следом ласково добавил, уже точно обращаясь к коню: — Ах ты ж мой хороший…

Он начал гладить коня герцога между ушей, уговаривая того пойти за ним в конюшню.

«Так, очень любопытно», — подумал герцог и направился к дому.

Не успел он постучать, как дверь распахнулась. В проёме стояла сама леди Тремейн.

— Какая радость видеть вас, герцог! — сказала она, зловеще улыбаясь (или герцогу показалось?), и спросила: — Какими судьбами?

Леди стояла стеной, перегораживая вход. Большая грудь леди была, словно орудия, нацелена прямо в герцога, но главу тайной службы королевства таким было не смутить. Он сделал шаг вперёд, гораздо более широкой грудью отодвинув леди, и, улыбнувшись, ответил:

— Приехал проведать старого друга.

— Граф болеет. К нему нельзя, — недовольно проговорила леди Тремейн, с удивительным проворством для своих форм забежав перед герцогом и перегородив ему вход на лестницу, ведущую на второй