Прибежище из серы и тьмы - Люсинда Дарк

На их месте нет ничего, кроме песка и океана… темная корона из серы, парящая над пенистыми морскими волнами.

Академия Ортус расположена, как древнее морское чудовище, на фоне такого серого неба, что нет и намека на солнце, скрытое за облаками. Темные острия серы торчат из острова, на котором расположена первая в истории «Академия Смертных Богов». Вокруг нас появляется все больше и больше тел. Туман, накативший с океана, отступил так же внезапно, как и появился, когда ученики вернулись к существованию из-за того, что было использовано какое-то Божество — или магия.

— Божественное перемещение, — бормочет Теос. Да, должно быть, это оно. Между Завесой — использовалась как проводник, чтобы переместить нас — всю Академию Ривьер — в это место за одно мгновение.

Глядя на бурлящую воду и изрытый песок, я прихожу к окончательному решению, что да, Боги что-то задумали для всех нас. Празднование Весеннего Равноденствия, которым они прикрываются — всего лишь предлог, оправдание. Что бы им от нас ни было нужно, у меня стойкое ощущение — это будет так же кроваво и жестоко, как угасающие воспоминания, которые я украла у Царя Богов.

Поворачивая голову, я осматриваю пляж в поисках… ищу… там. Я замечаю Найла и Мейрин в нескольких шагах от себя, вместе с несколькими другими Смертными Богинями и их Террами. Рука касается моего плеча, но в ноздри проникает знакомый аромат рома и специй. Тело Теоса теплое рядом со мной, и я ловлю себя на том, что наклоняюсь к нему, желая украсть немного этого тепла.

Уловив движение в последний момент, я выпрямляюсь и заставляю себя твёрдо стоять на месте. Туман расступается ещё больше, и я подаюсь вперёд, нахмурившись, когда замечаю вдалеке вереницу лодок, покачивающихся на поверхности океана. Рыбацкие судна с ближайшего города? Нет. Глаза расширяются, и я оседаю обратно на землю, когда они приближаются, их носы рассекают воду.

Фигуры на форштевнях — длинные резные деревянные скульптуры. Я видела нечто подобное раньше, давным-давно, но не в таком виде. Корабль, идущий впереди остальных, украшен самым пугающим изображением женщины с плавником вместо ног, что мне доводилось видеть. Это могло бы быть почти красиво, если бы не было так жутко: полу-рыба с облупившейся от времени серой чешуёй, высохшая и потрескавшаяся, а верхняя часть — лишь череп и кости. Волосы, вырезанные в дереве, обрамляют то, что когда-то, возможно, было прекрасным лицом. Эти кости кажутся настоящими, а не вырезанными из древесины корпуса. Дрожь пробегает по моей спине.

У меня пересыхает в горле. — Если мы сядем на эти корабли, — говорю я. — Мы окажемся в ловушке на этом острове. — Выхода нет. Нет другого пути, кроме того, который Кэдмон положил к моим ногам все эти недели назад.

Я знаю это как истину, более глубокую, чем любая другая, которая приходила раньше.

Рука Теоса убирается с моего плеча и скользит вниз. На этот раз, когда он прикасается ко мне, я не могу сжать его в ответ. Его пальцы переплетаются с моими, и он прижимает наши ладони друг к другу. — Что бы ни случилось, — шепчет он в ответ. — У нас всегда будет выход.

Глупо. Я хочу сказать ему, что быть идеалистом — это мило, но перед лицом суровой реальности, с которой мы вот-вот столкнемся, это всего лишь мечта. Мечты превращаются в кошмары. От кошмаров никуда не деться.

Тем не менее, я сжимаю его руку в своей, сжимая до тех пор, пока не начинаю бояться переломать ему кости. Из облаков, все еще поднимающихся над поверхностью пляжа, появляются две фигуры и направляются к нам. Каликс и Руэн. Они приближаются быстрыми шагами, не останавливаясь, пока мы не становимся в круг. Хорошо, что Региса здесь нет. Если мы хотим это сделать, нам понадобится кто-то за пределами Академии, кто-то, кто может передавать информацию и собирать корабли.

В ловушке. Заперты. Задавлены.

Мои ногти впиваются в тыльную сторону ладони Теоса. Он даже не вздрагивает. Он просто сжимает меня в ответ, давая понять, что все в порядке.

Глядя поверх Руэна и Каликса на создание из серы и тьмы, которое затаилось посреди этих бушующих вод, я понимаю, что именно здесь все началось. Остров Ортус — великая гора из серы, которой боятся даже Боги. Мы находимся на краю нашего мира и можем не вернуться.

Глава 5

Теос

Остальные, как Смертные Боги, так и смертные, собираются на краю песка, где океан встречается с сушей в древнем приветствии, когда корабли останавливаются перед невидимой чертой, которую они не могут пересечь. Лодки поменьше опускаются на воду одна за другой и так же быстро направляются к нам. Мое сердце учащенно бьется в груди, и инстинктивно я притягиваю женщину рядом со мной ближе. Кайра этого не замечает, ее взгляд сосредоточен на этих кораблях и острове за ними.

Ее губы сжаты, лицо изможденное и бледное. Сбоку от меня раздается низкое шипение, и я смотрю, как одна из змей Каликса выглядывает из-под воротника его туники и щелкает языком, пробуя свежий воздух. Мы все знали, что Боги могущественны, этот факт никогда не подвергался сомнению, но это…

Я снова оглядываюсь вокруг, отмечая лица всех Смертных Богов. Продолжают прибывать все новые и новые люди, выходящие из тумана позади нас, на их лицах застыло растерянное выражение, когда они осваиваются в новом окружении. Это совершенно новый уровень власти. Способность перемещать сотни людей, даже если для выполнения этой задачи потребовалось несколько Богов, невероятна.

— Это Долос. — Тихие слова Руэна заставляют меня повернуться в его сторону и обнаружить, что, как и Кайра, его глаза сосредоточены на кораблях. Я поворачиваюсь назад и понимаю, что он прав; Долос стоит во главе ближайшей лодки, его темная завеса силы почему-то скорее серая, чем чернильно-черная. Она достаточно прозрачна, чтобы разглядеть тень человека, стоящего, скрестив руки на груди, и смотрящего сверху вниз на всех нас.

Мой взгляд переходит на следующую лодку, и на следующую, и на следующую. — Они все здесь, — отвечаю я. На каждой лодке находится один Бог или Богиня. Долос. Акслан. Демия. Хатци. Нарелль. Даже Маладезия.

— Они не хотят рисковать, — говорит Кайра. — Спасения не будет.

Я понимаю, что она имеет в виду. Пока другие Смертные Боги взволнованно машут руками и