Жестокий муж - Арина Вильде

— Потерпи немного, мы здесь ненадолго, — голос звучит слишком заботливо. Несколько раз удивленно моргаю.

Напряжённо киваю, а сама взгляд от сцены не отвожу.

— Ты можешь идти, не нужно меня стеречь. Обещаю, что не натворю глупостей. В конце вечера покажешь, к кому нужно подойти и улыбнуться, а потом разбежимся, как обычно. Договорились?

— Тон попроще, принцесса.

Я сжимаю губы и не успеваю ответить, как замечаю боковым зрением приближающегося отца. Хочется сорваться с места и побежать в другую сторону, но ноги не слушаются. Неосознанно впиваюсь пальцами в плечо Захара, наверное, даже слишком сильно…

Отец протягивает руку Билецкому, и тот её принимает. А мне становится ещё хуже. Выглядит жутко — два лицемера, которым плевать на всех, кроме себя. Тошнит от обоих.

— Прекрасно выглядишь, дочка.

Серьёзно? Это всё, что он хотел мне сказать? Подошёл ради глупого комплимента? Безобидные слова раздражают меня ещё сильнее, топят в злости и пускают яд по венам.

— Спасибо. Я оставлю вас, не буду мешать сильным мира сего творить великие дела.

Разворачиваюсь и быстро ухожу, пока никто не решил меня остановить.

Тянусь за бокалом дорогого вина, хочется хоть на секунду отвлечься, но взять его в руки не успеваю. Передо мной, с улыбкой на лице, появляется знакомое лицо.

— Савина, ну и ахуенный видок у тебя! Признавайся, Юля, это контракт с дьяволом? Я поражён.

— Артём Сергеевич, вы меня смущаете. Перестаньте, это не по статусу.

На красивом лице мелькнула лукавая улыбка. Наверное, у любой женщины тут же подкосились бы колени, но у меня на Волина давно выработался иммунитет.

— Успокойся, Савина. Мы не в академии, и ты больше не моя студентка.

Закатываю глаза. Прошло два года, а Волин всё тот же — самоуверенный, безмерно привлекательный и до ужаса раздражающий.

Воспоминания накатывают волной. Все в группе были в восторге от нового преподавателя. Конечно, молодой и безумно красивый, с бешеной энергетикой. "Ходячий секс", как говорили девочки.

Ходили слухи, что педагогическая карьера Волина — не более чем ссылка. История, конечно, весьма мутная, но девочки кое-что раскопали. Ну а как иначе? Будущие журналисты же.

Влиятельный бизнесмен не простил сыну скандальную выходку на очередном «благотворительном» вечере. Артём явился туда с известной скандальной моделью и, не стесняясь, флиртовал с ней на глазах у всех.

Все бы ничего, если бы после его не застукали на балконе с двумя официантками. В процессе… естественно. Увидев эту картину, спутница Волина пришла в ярость. Крики раздавались по всему залу, оглушая присутствующих. Но, кажется, ему было плевать.

Пьяный парень устроил сцену, открыто высмеивая недовольных. Поговаривают, что тот даже поставил под угрозу деловые отношения отца с партнёрами. В итоге получил наказание.

Не знаю, чего хотел добиться Волин старший такими методами, но его затея опеределнно провалилась с треском.

Так значит, если он здесь, ссылка подошла к концу?

— У вас устаревшая информация. Я уже два года как Билецкая.

Криво улыбается, а я по глазам считываю:

Мне похуй, Юля. Я с тобой рядом стою тупо от скуки.

Наверное, лучшее, что я могу сейчас сделать — это уйти. Ничего хорошего от общения с Волиным ждать не стоит, а я и так едва держусь на плаву. Ещё немного и сорвусь. Зачем подливать масло в огонь?

— Было приятно пообщаться с вами, надеюсь, ещё увидимся, — осторожно подбираю слова, как будто иду по минному полю. С такими, как Артём, иначе нельзя. Делаю шаг в сторону, но крепкие мужские пальцы обхватывают мое запястье.

— Я тебя ещё не отпускал, Савина.

Мысленно отправляю его к черту, но пока что только мысленно. Мотаю головой, морщусь.

— Вы же сами сказали, что мы не в академии. Я не ваша студентка, а вы не мой преподаватель.

Но Волин не слушает. Хватка становится крепче, нагло тянет меня в сторону веранды. Я могла бы сопротивляться, но что-то внутри подсказывает, что это бесполезно.

— Артём Сергеевич…

— Артём, Юля. Здесь и сейчас — просто Артём.

— И зачем вы меня сюда притащили? — спрашиваю, скрывая тревогу под маской спокойствия. Вроде бы ничего особенного, а столько мыслей в голове.

— Ты будешь развлекать меня, Савина.

Приподнимаю подбородок и даже усмехаюсь.

— Билецкая, — поправляю автоматически, не оставляя попыток сократить дистанцию. — И я не думаю, что мой муж будет в восторге от сложившейся «ситуации».

Волин хмыкает, словно мои слова его позабавили. Ему всё равно. И это он еще не знает, что дело не в ревности.

На самом деле, Захару плевать на меня. Думаю, его не волнует, где я и с кем, но в обществе я обязана держать лицо.

Если на безупречную репутацию мужа падёт хоть тень, разразится скандал. А Волин — это не просто тень. Он самая настоящая помойка из сплетен и скандалов. .

— Что за ситуация? Подробнее можно? — голос становится мягче, почти обманчиво вкрадчивым. Молчу, избегая взгляда. Он точно поняла о чем я. Зачем притворяться?

— Ты что себе надумала, Юля?

Это намек, что таких, как я, не трогают? С такими не спят? Даже для Волина я не гожусь? Внутри что-то трескается от обиды и унижения.

— Ничего я себе не надумала. Мне нужно идти, Артём Сергеевич. А вы уж тут сами придумайте себе развлечение, — скорее всего, я отреагировала слишком эмоционально. Желательно успокоиться, выдохнуть, я уговариваю себя, но не могу. — Проблем, думаю, не возникнет, правда? Может, позвать официантку? Или вам нужно сразу две? – намекаю на то, что я в курсе его прошлого.

Низкий грудной смех бьёт по нервам, заставляя вздрогнуть.

— Ничего не скажете? — пытаюсь унять дрожь в голосе, но не уверена, что получиться.

— А что я должен сказать?

— Ну хотя бы что это просто глупые сплетни, — пожимаю плечами, хочу скрыть разочарование, но оно всё равно просачивается в голосе.

Артем не спешит ничего объяснять, лишь губы расплываются в лукавой улыбке. Выпускает мою руку и трет подбородок.

— Понятно. Я, пожалуй, пойду.

— Иди, Юля. Улыбнись пошире и будь готова к компании лицемеров. Я вижу тебе это прям по кайфу.

— Значит, с вами мне безопаснее?

— Со мной тебе, Юля, как минимум интереснее.

– Весьма самодовольное заявление для человека, который без разбору перетрахал половину своих студенток.

– Как жаль, что ты была не из таких.

Уголки губ