Ты под запретом - Лена Бонд

— Спасибо, обойдусь, — цежу я сквозь зубы, хотя ноги гудят от усталости, а до деревни ещё идти и идти под палящим солнцем.

Мы продолжаем двигаться рядом. Я — по пыльной обочине вдоль дороги, он — по асфальту на своём дребезжащем мотоцикле. Мои мысли всё ещё крутятся вокруг того, что произошло в машине, и я не могу сдержать любопытство.

— Ты сказал тому придурку за рулём, что он взялся за старое, — начинаю я, облизывая пересохшие губы. — Что ты имел в виду?

Илья молчит несколько секунд, и его лицо становится серьёзным. Впервые я вижу, как с него сходит эта вечная насмешливость, и от этого мне становится не по себе.

— Лёха напоил девушку и изнасиловал её в бессознательном состоянии, засняв всё на телефон, — отвечает он. — Возможно, это не единичный случай, свечку я не держал, но заявление написала только одна девушка. И то после того, как видео попало в сеть. Он отсидел два года, вышел раньше срока за хорошее поведение этой весной.

Меня пробирает холод, несмотря на жару. Я чувствую, как волосы на затылке встают дыбом, а к горлу подкатывает тошнота. Получается, если бы не Илья... Я даже не хочу думать, что могло бы произойти. Внутри меня растекается чувство благодарности, но я не произношу ни слова. Обойдётся без почестей.

— Они бы мне ничего не сделали, — отрезаю я, вздёрнув подбородок, хотя уже ни в чём не уверена.

— Хорошо, если так, — произносит Илья, и в его голосе нет обычной насмешки. — А как ты в машине-то оказалась?

Я закатываю глаза, хотя всё сжимается от воспоминания о собственной глупости. Как я могла сесть к ним? Где моё чувство самосохранения? Осталось дома в столице вместе с мозгами?

— А тебе какая разница? — огрызаюсь я, но быстро решаю сказать правду, надеясь взыграть к его совести. Ведь если бы он сразу согласился отвезти меня в город, ничего подобного бы со мной не произошло. — Ты же не хочешь везти меня, вот приходится рассматривать разные варианты.

— Я переживаю за тебя, — говорит он на полном серьёзе, и от этих простых слов почему-то теплеет внутри. — Вчера на свидание не пришла, из дома утром не выходила, пока я не ушёл, а потом я вижу, как ты садишься к ребятам.

Ощущаю прилив приятного злорадства. Так он ждал меня вчера вечером! Стоял там, под крестом, как дурак, пока я лежа в тёплой постели.

— А насчёт того, чтобы отвезти тебя в Нижний — я не стану этого делать, извини, принцесса, — добавляет он.

— Ну почему? — спрашиваю я, снова останавливаясь и поворачиваясь к нему. — Тебе что, не нужны деньги? Ты починил нам забор за копейки, но не хочешь везти меня за реально большие деньги.

Илья пожимает плечами и улыбается той самой очаровательной улыбкой, от которой у него появляется ямочка на левой щеке. Ловлю себя на мысли, что слишком долго смотрю на его пухлые губы, и мысленно даю себе пощёчину. Полина, ты с ума сошла?!

— Может, потому что я хочу, чтобы ты осталась, — говорит он, и в его голосе звучит что-то такое, от чего у меня по коже бегут мурашки. — Кстати, тема со свиданием не закрыта.

Я усмехаюсь, стараясь скрыть странное волнение, которое вызывают его слова.

— Можешь приглашать меня сколько угодно, я не приду.

Илья смотрит на меня с насмешкой, и в его взгляде есть что-то тёплое и опасное одновременно. То, что заставляет моё сердце биться чаще.

— А я не собираюсь тебя приглашать, — говорит он, слегка наклоняясь ко мне с мотоцикла, отчего я ощущаю аромат древесного свежего парфюма. — Ты сама меня позовёшь.

Это самая нелепая вещь, которую я слышала за весь день. Я наигранно смеюсь в голос, хотя внутри всё переворачивается от его близости.

— Только если в твоих влажных мечтах, — язвительно отвечаю я, пытаясь скрыть смущение за агрессией.

— Это мы посмотрим, — говорит он, подмигивая мне, закрывает щиток шлема и уезжает, оставляя меня одну на трассе.

Я смотрю ему вслед, чувствуя, как злость закипает внутри. Какой же он самоуверенный индюк! Думает, что если у него красивая улыбка и ореховые глаза, то я поведусь на это? Да никогда в жизни!

Глава 6

Дорога до дома кажется бесконечной пыткой. Каждый шаг отдаётся тупой болью в натёртых ногах, а некогда белоснежные кроссовки превратились в серое недоразумение, покрытое толстым слоем деревенской пыли. Я чувствую, как непослушные пряди волос прилипают к вспотевшему лбу, раздражая и без того натянутые нервы. А ещё, солнце безжалостно печёт, и мне кажется, что моя кожа вот-вот воспламенится. Видимо, надо было соглашаться и ехать с Ильёй. Сейчас бы уже давно была дома...

Боже, как же я ненавижу это место. Ненавижу эту глушь, эту пыль, это отсутствие цивилизации. Моё тело буквально кричит о желании оказаться под прохладными струями душа, смыть с себя всю эту грязь, пот и раздражение. Хотя какой тут душ, размечталась! Баня, конечно же. Очередное «удовольствие» деревенской жизни, которое мне ещё предстоит испытать.

— Полька!!!

Я поднимаю голову и вижу Асю, которая несётся ко мне со всех ног. Её светлые косички развеваются на бегу, а на лице сияет такая искренняя радость, что моё раздражение тут же отступает.

— Поленька, милая, я так испугалась! Думала, ты уже уехала! — выпаливает она, врезаясь в меня на полном ходу и обхватывая руками мою талию.

Я машинально обнимаю её в ответ, чувствуя, как её маленькое тельце сильнее прижимается ко мне. С тяжёлым сердцем осознаю, что Аська сильно расстроится моему отъезду. Но ведь она привыкнет, правда? Дети быстро адаптируются. Через пару дней она уже будет гонять с местными ребятишками и забудет обо мне. Надеюсь, именно так и будет, но на душе всё равно как-то неспокойно. Мы никогда с ней раньше не расставались дольше чем на две недели, а тут целых два месяца. Я буду скучать по этой маленькой егозе гораздо сильнее, чем готова признать.

— Где ты была? — спрашивает Ася, не выпуская меня из рук, словно боится, что я исчезну.

— Ходила на трассу, — отвечаю я, направляясь к дому и увлекая её за собой. — Только там ловит мобильная связь и интернет.

Ася хихикает, подпрыгивая рядом со мной. Её глаза сверкают озорством, и я уже знаю, что сейчас последует какая-нибудь колкость.

— Ну как там Москва без тебя? Ещё стоит?

Я не могу сдержать улыбку. Эта маленькая заноза всегда знает, как меня рассмешить.