Одержимость - ХС Долорес

– Кстати, про документы в колледж, – начинаю я с опаской, уже зная наперед, что будет дальше. – Скоро нужно будет их подавать. За некоторые… – ну, если честно, то за все, – нужно будет заплатить. Может, ты могла бы как-то…

Ее голос становится резче – как всегда, когда речь заходит о деньгах:

– Сколько?

Я комкаю свой синий плед.

– Примерно… по пятьдесят баксов. Может, по сто, в зависимости от того…

Она выдыхает протяжно и шумно.

– И эта твоя шикарная частная школа не может покрыть вступительные взносы? Поппи, это просто смешно.

– Я знаю, но ведь мне нужно не так много. Чтобы хватило на «Пратт» и еще пару запасных вариантов. Примерно сто пятьдесят должно…

– Сто пятьдесят долларов? – Она тихо фыркает. – Иисусе, Поппи. Я ведь только что сказала тебе, что работаю по двенадцать часов. Мы едва наскребли, чтобы оплатить аренду, а ты сейчас предлагаешь мне где-то достать еще сотню баксов. Я не совсем понимаю, зачем тебе такие деньги, если ты уверена, что поступишь на следующий год в этот престижный художественный колледж.

Грудь сдавливает, как тисками, чувство вины.

– Да, ты права. Прости, мам. – А потом, поскольку все еще нахожусь в отчаянии, я задаю вопрос, о котором, знаю, пожалею: – Ты сказала, что Рик где-то подрабатывает. Не знаю, может, он одолжит мне…

– Я не собираюсь просить Рика, чтобы он заплатил за вступительные взносы моей дочери, – фыркает она, как будто это самая нелепая мысль, которую она когда-либо слышала. – Милая, прости, но тебе придется придумать что-нибудь другое.

А все потому, что Рик для меня – отчим только тогда, когда маме нужно продемонстрировать, что он имеет надо мной власть. А не тогда, когда он мне действительно нужен.

Но я слишком устала, чтобы прямо сейчас открывать этот ящик Пандоры.

– Ага, ладно. Я понимаю. Уверена, что-нибудь придумаю. Просто подумала, дай спрошу. В любом случае… Мне надо делать уроки, так что увидимся позже. На каникулах.

Мы прощаемся, и я тяжело выдыхаю и откидываюсь на плед.

Я вовсе не стремлюсь приезжать на каникулы.

Разговоры с мамой утомляют даже по телефону, а когда мы вместе торчим в трейлере, от них никуда не сбежать. Это как идти по минному полю, зная, что один неверный шаг может привести к неделям жалости к себе и ненависти к Рику.

И пока я размышляю, как пережить эти каникулы дома, краем глаза замечаю какое-то движение.

Кто-то просунул мне под дверь клочок бумаги.

Маленькую комнату общежития я пересекаю в пару шагов, ожидая, что это будет уведомление от старосты женского общежития о том, что я слишком громко точила карандаши или нечто в том же духе, но нахожу вовсе не то.

Определенно не то.

Я в недоумении верчу в руках приглашение, напечатанное на кремовой бумаге. Перечитываю раз-другой, чтобы убедиться, что мне не привиделось, но слова те же, выведены густыми чернилами каллиграфическим почерком:

Приглашение на Осеннюю вечеринку

Организатор – Адриан Эллис

Пятница, 3 октября

Подробности позже.

Наверное, это какая-то ошибка.

Или пранк.

За четыре года учебы в Лайонсвуде меня ни разу не пригласили ни на одну студенческую вечеринку – и уж точно ни на одну из вечеринок Адриана, потому что его мероприятия по эксклюзивности могли бы сравниться с ужином в Белом доме.

И по легендарности.

До конца года только и разговоров будет о том, кто третьего октября надрался до потери пульса, кто голышом пронесся по кампусу или кто с кем перепихнулся.

Я почти уверена, что вечеринку планировали провести еще неделю назад, но в связи со смертью Микки Адриан перенес дату.

Я так пристально смотрю на приглашение, словно оно прямо сейчас начнет делиться со мной своими секретами – или, по крайней мере, поведает, как оказалось под моей дверью.

В свете последних событий это приглашение может стать прямой дорогой к конфронтации. Возможно, это способ Адриана надавить на меня за то, что обратилась в полицию.

Или банальная ошибка. Может, новенькому поручили их разнести, а он забыл перепроверить номера комнат и перепутал мою с чьей-то еще.

Ни одно из этих объяснений не заставляет меня прыгать от радости.

В любой друг год я бы, конечно, обрадовалась. Я бы воспользовалась этой счастливой неразберихой, чтобы снять наконец плащ невидимки, который закрывал меня последние четыре года… но сейчас неподходящее время, чтобы попытать удачу с Адрианом Эллисом.

Абсолютно точно нет.

Я отбрасываю приглашение на стол, и в этот момент меня озаряет.

Да, пусть я не собираюсь использовать приглашение, чтобы попасть на эту вечеринку, но это не значит, что оно мне не пригодится.

* * *

Свой план я привожу в действие сразу после уроков.

Ничего удивительного, что переназначенная вечеринка Адриана становится главной новостью дня и счастливчики размахивают своими приглашениями, как золотыми билетами.

Неудачникам же остается только смириться с тем, что они не попали в шорт-лист Адриана. Большинство из них с кислыми минами молча переживают свое разочарование, но некоторые все же громко возмущаются.

Фредди Рук скорее относится ко второй категории.

Он сидит на истории передо мной в окружении пары товарищей из команды по лакроссу, поэтому, чтобы увидеть всю горечь его разочарования, мне достается место в первом ряду.

– Не может быть, чтобы Локку дали, а мне нет, – ворчит он, обращаясь к своим друзьям. – Мы с Адрианом дружим.

– Ну, Локк когда-то был членом команды по плаванию, – говорит Коннор Гиббс, прикладывая пакет со льдом к затылку. – А ты же в курсе, что Адриан всегда заботится о своей команде.

Коннор в этом году на поле получил уже не меньше двух сотрясений мозга, но, если он собирается на вечеринку Адриана, еще одна поездка в больницу явно его не остановит.

– Типа я единственный из команды игроков в лакросс, кто не получил приглашения, – ворчит Фредди. – Что за херня?

Звенит звонок, я немного медлю, а потом иду за Фредди к его шкафчику в холле. Шкафчики расположены в одной из самых уединенных частей школы. Высокие арочные окна с коваными решетками выходят во двор, и, несмотря на то что каждый мой шаг эхом отдается от отполированных временем каменных плит пола, похоже, Фредди не слышит моего приближения.

– Фредди?

Он не реагирует, поэтому мне приходится протянуть руку и коснуться его широкого плеча в бомбере с символикой команды. Фредди не слишком высокий, но коренастый и, насколько я знаю, единственный, кто носит бомбер даже в