Не могу сказать прощай - Андреа Йорк

Боясь отпугнуть ее, со смехом в голосе Рей произнес:

— Если бы я был крачкой, то сейчас тоже радостно попискивал бы. Спасибо, что рассказа­ла мне об этом.

Кэтти взглянула на него; лицо ее было серьезно:

— Но нам не удалось вывести наших птенцов... Я... я думаю, тебе пора найти другую подругу.

— Я не хочу никого, кроме тебя.

— Я не гожусь тебе больше в жены,— с бо­лью в голосе сказала она. — Я не стану занимать­ся с тобой любовью, Рей. Ничего не изменилось. Я не хочу другого ребенка.

— У нас нет причин опасаться, что мы поте­ряем второго ребенка, — убежденно сказал Рей.

— Не стоит об этом говорить.— Она вдруг вытянула руки и положила ему на плечи. Почув­ствовав, как он вздрогнул от удовольствия, кото­рого не пытался скрыть, Кэтти опустила ресни­цы.— Пожалуйста, поверь мне, Рей, я, правда считаю, что тебе лучше уехать отсюда, забыть меня и найти другую.

Сердце Рея бешено колотилось.

— Ты меня больше не любишь?

— Я... я... нет.

— Посмотри мне в глаза и скажи, Кэтти,— требовательно произнес он, поднося ее руку к гу­бам. Кончики пальцев похолодели.

Она попыталась отдернуть руку.

— Ты должен мне поверить!

— Ты забываешь, что я знаю тебя лучше, чем кто-либо, — настаивал Рей. — Ты честная и пре­данная. Пять лет назад ты сказала, что будешь любить меня вечно.

— Когда я выходила за тебя замуж, разве я могла предположить, что произойдет с нами? Смерть чужих детей обычно тебя не касается. Если бы пять лет назад ты сказал, что четыре года спустя я не смогу выносить даже твоих прикосновений, я бы подумала, что ты сошел с ума. Но я была молода, беззаботна и думала, что мир у моих ног. Разве я могла знать, что произойдет то, чему суждено было случиться?

— Ни ты, ни я не знали, что суждено нам. И это произошло, Кэтти. Но жизнь про­должается, и мы должны жить вместе. Иначе лучше умереть.

Бессознательно Кэтти с силой сжала его руку.

— Не знаю, как мне заставить тебя понять!

— Я люблю тебя,— твердо сказал он.— И буду любить всегда. Возвращайся ко мне, Кэт­ти. Давай попробуем начать все заново.

— Нет... нет, не могу. Я не могу этого сде­лать.

Рей тяжело вздохнул, стараясь подавить нестерпимое желание обнять ее. Утром он убедил себя, что если хочет вернуть ее, то не должен терять головы. Следуй своим же советам, сказал он себе.

— Ты помнишь, что происходило с нами пос­ле его смерти? — обратился он к Кэтти. — Как мы старательно избегали друг друга, боялись лишний раз потревожить наши чувства. Это про­шло, Кэтти ,— тебе это так же ясно, как и мне. Я здесь менее двух суток, а ты уже успела наорать на меня, мы целовались, после чего я не мог заснуть — так хотел тебя. И мы говорили начис­тоту. Я не верю, что все так и должно остаться, это противоестественно.

— Я не вернусь к тебе,— глухо повторила она.

Рей услышал треск веток и увидел, как луч фонаря Гюнтера скользнул по деревьям.

— Я сделаю все, чтобы ты передумала,— сказал он.

Кэтти отдернула руку.

— Не заставляй меня ненавидеть тебя! — вос­кликнула она.

— Вряд ли это входит в мои намерения!

— Видел обоих птенцов,— запыхавшись, объявил Гюнтер.— В следующий раз я отведу вас к гнезду, Рей. А лучше, пусть вас проводит Кэтти. Я слишком стар, чтобы продираться сквозь лесную чащу в темноте.

— Вам ли жаловаться, Гюнтер,— сказала Кэтти. — Я, пожалуй, откажусь.

— Не стоит отказываться, ведь вы тоже без ума от птиц. Вы готовы. Рей?

— Да. Роберт завтра тащит меня с собой куда-то, кажется, еще до рассвета, так что лучше мне лечь спать.

— Он отличный паренек,— сказал Гюнтер. — Иногда, глядя на него, мне становится жаль, что у меня нет сына.

Кэтти отвернулась и почти бегом устремилась вперед по узенькой тропинке.

— Спасибо, Гюнтер, это было замечатель­но, — сказал Рей, направляясь за Кэтти.

— Заставьте ее показать вам гнездо совы,— промычал ему вслед Гюнтер.— Но запомните, делать это надо ночью.

Наверняка ночью, подумал Рей, нагоняя Кэт­ти. Ловкость, с какой ей удавалось не споты­каться о корни деревьев и лежащие повсюду камни, восхищала его, как и ее стройные бедра, которые он видел перед собой. Рей, споткнувшись о поваленный ствол, успел ухватиться за ветку и с трудом удержал равновесие. Задыхаясь, ска­зал Кэтти:

— Либо ты поправилась, либо твои джинсы сели.

Она остановилась как вкопанная.

— Почему бы тебе не идти впереди меня? — процедила она сквозь зубы.— Возможно, тогда тебе удастся избежать падения лицом вниз.

— Мне больше нравится идти за тобой.

— Знаешь, если Гюнтер прямолинеен, то ты просто прешь напролом!

— Давай, Кэтти,— мягко сказал Рей,— вы­скажи все до конца.— Он посмотрел на ее вздымающуюся грудь. — Жаль, что твой свитер тоже не сел.

— Ты ведешь себя как подросток.

— Отсутствие секса делает меня таким.

Она опустила руки на бедра, луч фонаря ос­ветил сбитые носы ее ботинок. Неожиданно резко Кэтти сказала:

— Не сомневаюсь, что ты переспал с кем-нибудь за эти двенадцать месяцев.

От ответил:

— Хочешь услышать одну историю? Около десяти дней назад я отправился на свидание с красивой женщиной — одной из моих коллег. Это было наше третье свидание. Она дала мне понять, что не прочь лечь со мной в постель, и с намерением довести дело до конца мы от­правились к ней домой... И знаешь, что прои­зошло?

— Догадаться нетрудно,— холодно сказала Кэтти.

— Она — не ты.— Рей с грустью рассмеял­ся. — Не тот рост, не та фигура, все не то. Я не смог заняться с ней любовью даже ради того, чтобы отвлечься. И я бежал из ее квартиры. На следующий день я выяснил у Грейс твой адрес. Кстати, твоя мать мне его не давала.

— Выходит, ты мне не изменял? — сдавлен­ным голосом произнесла Кэтти.

— Никогда. Как видишь, из моей попытки ничего не вышло.

— Этим ты только все усугубляешь! — вос­кликнула она.

— А ты бы предпочла, чтобы я переспал со всеми медсестрами в клинике? — резко спросил Рей.

— Нет! Да... О Боже, я не знаю.

Страдания исказили лицо Кэтти. Решив не упускать представившегося шанса, Рей продол­жал:

— Уверен, тебе известны слова старинных брачных обетов, что нынче не в моде, — «телом своим пред тобой преклоняюсь я». Именно такое чувство я испытываю к тебе, Кэтти. Все просто.

Невероятно, но легкая улыбка заиграла на губах Кэтти.

— Это совсем не просто. Мне понятен глубо­кий смысл этих слов.