Бежать от злодея - Элина Амори

— Госпожа ведьма, — позвал ее один из рыцарей у выхода. — Иди за мной.

— Василиса, — поправила она. — Зовите меня лучше по имени.

Рыцарь задержал на ней взгляд и кивнул.

На этот раз она ехала с комфортом. В повозке можно было устроиться сидя, лежа, полусидя и даже поползать и сделать зарядку, в то время, пока рыцари сидели верхом, напрягая ноги и не разгибая спины. Василиса пользовалась относительным спокойствием до такой степени, что позволяла себе дремать.

Иногда она выглядывала из-за полога и любовалась снежными равнинами, хвойными лесами, чистым морозным небом и попадающимся на пути деревенькам. Жители занимались своей работой, дети играли. Не все распознавали в предводителе рыцарского отряда страшного генерала, и порой бежали за всадниками, махали руками и просили прокатить. Но вот если распознавали, то все было наоборот — взрослые хватали детей, убегали и прятались за воротами домов.

Василиса не прекращала думать над собственной участью и сжимала в руках проклятый кулон, который перенес ее сюда, пыталась установить с ним связь. Или с принцессой. Ведь она же как-то смогла? Или принцесса была ведьмой взаправду?

Две ночи подряд рыцари разбивали палатки прямо на дороге, вытаскивали из повозки припасы, жгли костры. Кто отдыхал, кто разминался в тренировочных боях. Василиса вылезала из повозки, прогуливалась между палатками и наблюдала за праздной болтовней рыцарей. Сбежать даже не пыталась — за ней приглядывали двое надсмотрщиков.

Василиса к ее великой радости не сталкивалась с генералом — он почти не выходил из палатки. Зато удалось поговорить с Ройном о здешних магах и что они умеют. Оказалось, «маги» – это сильно сказано. Ни тебе фаерболов, ни пространственных порталов и временных разломов. Магия сводилась к усилению защиты, способностям к лечению и небольшим фокусам. Кто такая принцесса Наиша со своим кулоном оставалось загадкой.

На третий день Василиса по обыкновению лежала среди тюков и провизии в своем «транспорте» и дремала, убаюканная мерным покачиванием, как вдруг повозка остановилась. Днем они редко делали привалы, но Василиса не упускала этой возможности, чтобы размяться. Однако сейчас, судя по удаляющимся голосам и скрипу копыт по снегу, всадники продолжили путь. Даже беспрестанная болтовня погонщика стихла.

Василиса с удивлением выглянула наружу и увидела генерала. Он сидел в седле верхом на лениво жующем что-то Бертране прямо перед выходом с повозки и задумчиво смотрел на нее. Его глаза вновь светились. Василиса задернула полог, шлепнулась на пятую точку и отползла к противоположной стене. Всем своим существом она чувствовала, что не к добру все это. Отослал людей, остановил повозку... Может быть, конечно, он сейчас ее отпустит? Скажет: идти на все четыре стороны?

Но увы, чуда не случилось. Полог откинулся, в повозку запрыгнул генерал. Он молча снял с себя плащ, шлем, отложил меч и переместился к Василисе.

— Сними кафтан, — произнес он подрагивающим от нетерпения голосом.

«Опять?!» — завопило подсознание.

Василиса мельком оценила свои шансы. На расстоянии вытянутой руки не было ничего, что могло хоть как-то послужить оружием.

— Зачем вы это делаете? — Не привыкла она вот так беспрекословно подчиняться чужим людям. — Что вам нужно?!

Он приближался. Василиса встала. Потолок повозки как раз доходил ей до макушки. А вот генералу приходилось пригибаться. Василиса отметила, что между пологом и лежащими друг на друге связанными мешками с зерном есть небольшой зазор. Не дожидаясь, когда монстр опасно приблизится, Василиса бросилась туда, протиснулась и выскочила позади генерала из повозки на дорогу. Бертран от неожиданности фыркнул и отскочил в сторону.

Белизна вокруг ослепила, Василиса прищурилась и побежала куда глаза глядят по дорожной колее. Но побег длился недолго. Генерал догнал через несколько секунд, схватил ее за плечо, дернул, перевернул лицом к себе и повалил в сугроб, придавив собой. Василиса вскрикнула.

Глава 9

Снег попал за шиворот, на шею, обжигая холодом, но это казалось такой мелочью…

Генерал сел на колени, сгреб Василису в охапку, посадил на себя, перехватив ее запястья за спиной своей пятерней, расстегнул и отбросил в сторону ее плащ.

— Пустите! Пустите меня! Что вы делаете?! Так нельзя! — вопила Василиса, надеясь разве только что на помощь нервно водящего ушами Бертрана или на худой конец разбуженных ее криком медведей. Ведь всадники действительно скрылись за поворотом у леса, оставив ее на волю своего сумасшедшего начальника.

А он резкими, нетерпеливыми движениями расстегнул ворот ее кофты, оттянул за волосы голову назад и уткнулся лицом в шею, как и перед выездом в таверне. Тогда была репетиция? Но ведь сейчас разве место и время? Тогда хотя бы они находились в теплом помещении с мягкой кроватью. А сейчас мороз, снег, открытое небо…

— Вы!.. Мерзкий! Гадкий! Негодяй! Чудовище! Монстр! — выкрикивала отчаявшаяся Василиса, а по щекам текли слезы обиды. С ней обращаются как с вещью, ни больше. — Чтоб ты провалился, проклятый! Да будь я ведьмой на самом деле, превратила бы тебя в гусеницу и раздавила!

Но говорила она точно сама с собой, генерал нисколько не смущался, продолжая водить носом и губами по шее, с силой прижимал ее к себе, подрагивая всем телом, дышал часто, затравленно. Цеплялся за нее как за спасательный круг...

Он переместился носом в ее ворот, уткнувшись в яремную ямку. И тут Василиса ощутила покалывание в груди, которое поползло по телу, и легкое онемение. Василиса замерла.

«Кулон! — догадка буквально взорвалась у нее в голове. — Неужели начал действовать? Прошу тебя, умоляю, ты же исполняешь желания, правда? Так говорила Наиша... Самые искренние и заветные? Вот оно мое желание: пожалуйста, верни меня домой к моей дорогой любимой семейке. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!»

Приятное покалывание продолжалось. Василиса дышала часто и поверхностно, боясь спугнуть это новое ощущение, надеясь поймать волну, связь или что-то в этом роде... Но горячее прерывистое дыхание под яремной ямкой сбивало с толку, мешало сосредоточиться. Надо ли было вспоминать, что этот сумасшедший генерал первый, кто к ней настолько близко и так слишком откровенно? Но в голове вспыхивали эти мысли, смущение не отступало. Василиса отвлекалась и не могла сосредоточиться только на кулоне и заветном желании.

Как хотелось вернуться домой, в хорошо знакомое место, где правила известны с самого детства. И