Прыжок с пирса - Ирина Щеглова

– А мы, между прочим, хотим тебе помочь, то есть вам, конечно. Тебе и Саше твоему.

– И кто вас просил? – Юлька недовольно поморщилась и дернула ногой.

– Да никто не просил, – Татьяна просто излучала доброжелательность. – Только мы же не слепые, видим, как ты мучаешься…

– Я?! – не стерпела Юлька. – Да это вы меня измучили! Ты в основном!

Татьяна всплеснула руками:

– Я?! Подумать только! И это вместо благодарности! Я, можно сказать, ночей не сплю, все думаю о тебе, о вас, – поправилась она.

– О себе подумай. – Юлька отвернулась к стене.

– Юля, ты не отворачивайся, ты послушай! – Татьяна бесцеремонно повернула ее к себе. – Уж поверь мне, я знаю, что такое любовь! – Она важно кивнула. – О да!

Юлька не поверила своим глазам и ушам.

– Это великое чувство! Великое, – повторила Таня, – и к нему нельзя прикасаться грязными руками! Нет! Влюбленные нуждаются в уединении, им приятно побыть вдвоем. А какие у нас для этого условия? Никаких! Вы все время на людях. В комнате, на уроках, в столовой. Вокруг вас чужие глаза и уши. Вам не спрятаться! Или ты собираешься все время встречаться с ним по утрам и мерзнуть на пляже?

– Тань, что ты мелешь? – не выдержала Юлька.

– А то, – невозмутимо продолжила Таня, – то, что мы посоветовались и приняли решение во всем вам помогать.

Девчонки тут же согласно закивали головами.

– Теперь, если вам с Сашей захочется побыть вдвоем, достаточно намекнуть, и мы исчезнем из комнаты. Ты можешь сидеть с ним на уроках, гулять по парку. Мы проследим, чтоб вам никто не мешал.

– Спасибо, конечно, – неуверенно произнесла Юлька.

– Не за что нас благодарить, – с важным видом ответила Таня. – Настоящие подруги всегда так поступают. С этого момента вы с Сашей под нашей охраной.

Юлька поперхнулась и закашлялась. Татьяна заботливо похлопала ее по спине:

– Завтра у нас экскурсия в город. Так? Значит, вы с Сашей можете совершенно свободно гулять, держась за руки, а мы будем бдительно охранять вас.

– По-моему, это называется «под конвоем»? – ехидно заметила Юлька.

– Ну знаешь, – Татьяна впервые обиделась, – твоя ирония тут совершенно неуместна! Если бы ты знала, какими коварными могут быть люди! – выражение ее лица стало трагическим. Уголки губ опустились, глаза покраснели – вот-вот заплачет. Она сидела и смотрела в стену, как будто именно там сейчас крутили одной ей видимое кино о человеческом коварстве.

Юлька внимательно посмотрела на угасшую Таню, коснулась ее руки:

– Тань, ну не обижайся, пожалуйста!

Татьяна всхлипнула.

– Ты что, плачешь, что ли?

– Нет, ничего, это так…

Юлька приподнялась и обняла подругу за плечи:

– Ладно, ладно, я же пошутила, я понимаю, ты хотела как лучше, охранять, беречь и все такое. Я была не права. Извини.

– Чего уж там, – отмахнулась Татьяна.

– И спасибо тебе за заботу. Просто… – Юлька запнулась, – мне кажется, в общем, я не знаю, и… – она окончательно смешалась и замолчала. – Спасибо вам, девочки.

Вероника и Ксюша бросились к Юльке одновременно, они повалились разом на кровать, обнимая всхлипывающую Таню и растерянную Юльку. Боком подобралась Лизочка, встала рядом, а потом, не выдержав, повалилась в общую кучу. Девчонки рыдали в голос, обнимались и клялись в вечной дружбе.

Юлька растерянно гладила их по головам и утешала.

«Защитники, – приговаривала она, – куда же я без вас? Ну не ревите, не ревите, а то потоп устроите».

В балконную дверь тихонько стукнули. Девчонки, пискнув, разлетелись по углам.

– Кто там? – строго спросила Юлька.

– Юль, – послышался Сашин голос, – можно тебя на минутку.

Все замерли с открытыми ртами.

– Иду, – откликнулась Юлька. Оглядела притихших подруг и подмигнула им: – Вы самые лучшие!

После этого она открыла дверь и выскользнула на балкон.

Саша ждал ее и встретил улыбкой, от которой у Юльки подогнулись колени. Она покачнулась, с трудом удержав равновесие. Но Саша протянул к ней руки, и она шагнула к нему.

Ни о чем не думая, Юлька стояла, прижавшись к Саше. Она закрыла глаза и потерялась в своих ощущениях. Ее покачивало на теплых волнах, обволакивало нежностью, обдавало ласковым шепотом.

– Я соскучился, – чуть слышно, одними губами повторял Саша.

– Я тоже, – отвечала она, не слыша своего голоса.

– Давай вечером пойдем гулять в парк?

– Давай…

– А завтра мы целый день будем вместе!

– Да, – эхом отозвалась она.

Его ресницы порхали у ее щек легкокрылыми бабочками. Юлька тихонько смеялась от счастья.

В балконную дверь громко забарабанили. Юлька вздрогнула и отпрянула от Саши.

– Юля! – послышался Танин вопль.

Юлька, еще ничего не понимая, скорее на автомате, толкнула Сашу в сторону от балконной двери. Прижала палец к губам.

Повернулась, шагнула к двери. Но та распахнулась сама собой, и перед изумленной Юлькой возникла медсестра со строгим и недовольным лицом.

– Ты почему нарушаешь режим?! – спросила хмурая медсестра.

– Я не нарушаю, – Юлька мгновенно сориентировалась и изобразила из себя «хорошую девочку». Она опустила глаза и даже вздохнула.

– Как это не нарушаешь?! – возмутилась медсестра. – Сейчас тихий час, все должны отдыхать, а ты вместо этого сама не спишь и другим не даешь. Что ты тут делаешь? – Медсестра властной рукой отстранила Юльку и вышла на балкон. Она сразу же обратила внимание на распахнутую дверь Сашиной комнаты.

– Что у вас тут происходит? Свидания устраиваете?! Говорила я директору, что надо поставить перегородки на балконах! Иначе у нас тут не санаторий, а дом свиданий получится! – ругалась она, заглядывая в комнату к мальчишкам.

– Что вы, что вы, – бросилась к ней Татьяна, – никаких свиданий! Юля просто вышла на балкон, подышать воздухом. А мы задержались на обеде и только поднялись, еще не успели лечь. А так мы все сейчас же будем спать. Правда, девочки?!

Естественно, девочки утвердительно закивали головами и стали убеждать подозрительную медсестру в том, что они никогда не нарушают режим, спят, как сурки, а о том, что на свете существуют еще и мальчишки, вообще не имеют никакого представления.

Медсестра несколько смягчилась. Конечно, она не поверила ни единому слову девчонок, но воспитательная работа была проведена и порядок восстановлен.

– Чтоб через минуту все были в постелях! – распорядилась медсестра.