Дворцовые страсти - Эмилия Остен

– Это прекрасно, – без тени улыбки ответил Дориан. – А вон там – Геркулес, поддерживающий Победу.

– И Геркулес мне знаком, – скромно призналась Лоретта.

– Так вы меня разыграли! – делано возмутился Дориан. – Вам и так все известно!

– Может быть, я хотела послушать вас. И вы так и не сказали мне, почему «псевдо»? – напомнила Лоретта.

Виконт хмыкнул.

– Приглядитесь, все героические персонажи и олимпийские боги имеют определенное портретное сходство, – заговорщицким тоном прошептал Дориан, склоняясь к ее нежному ушку.

Лоретта, затаив дыхание, рассматривала росписи. Виконт терпеливо дожидался, пока она додумается. Конечно же, она догадается. Пусть прототип стал старше и полнее, но сходство все еще бросалось в глаза.

– Так это же… – ахнула Лоретта несколько мгновений спустя. – Это же…

– Именно. Марс, Геракл и все остальные персонажи – это его величество, – подтвердил ее мысль Дориан.

Мсье де Бланко нравился Лоретте. Он казался необычным, а после одинаковых лиц, на которые этот дворец накладывал некий общий отпечаток, смотреть на Дориана было приятно. И с ним так же увлекательно говорить, как с Гаспаром.

Лоретта немного сникла при воспоминании о вероятном супруге. Она разрешила себе увлечься беседой и позабыть о бароне д’Оллери – а между тем ему обещан еще один танец. Какая жалость, что придется прервать беседу.

– Не хотите ли еще лимонаду? – Виконт де Бланко был сама учтивость.

– Благодарю. – Лоретта поставила бокал и встала. – Мне пора идти.

– Надеюсь, я ничем не обидел вас? – забеспокоился Дориан.

– Отнюдь, виконт, ваше общество доставило мне удовольствие. Но меня, наверное, ждут.

Шевалье де Бланко взял ее руку, поцеловал и задержал в своих пальцах на миг дольше, чем надлежало.

– Что ж, надеюсь еще встретиться с вами, прекрасная мадемуазель де Мелиньи, – глядя ей прямо в глаза, проговорил он.

…Шагая по бальному залу в поисках Арсена или Гаспара, который тоже мог оскорбиться невниманием с ее стороны, Лоретта не могла понять, почему так стучит сердце и горят щеки…

Случайный знакомый не покидал мыслей мадемуазель де Мелиньи на протяжении всего вечера и последующего утра. Почему-то припоминался взгляд медовых глаз виконта де Бланко и его неспешный разговор, свежие и неизбитые темы для беседы. Лоретта и сама не подозревала, насколько истосковалась по людям из провинции, глядящим на многие вещи непредубежденно. И хотя Дориан не сказал ничего такого, что могло бы потрясти воображение, исключая эпизод с росписями, он произвел на девушку сильное впечатление. Она не могла понять, почему.

Поутру, когда несколько фрейлин пребывали в апартаментах королевы, в так называемом Полуденном кабинете, и Лоретта читала, она даже сделала несколько ошибок в произношении и пару раз потеряла строку, что не укрылось от внимания Марии-Терезии.

– Дитя мое, что вас тревожит? – осведомилась королева, поглаживая обожаемую собачку. Та спокойно дремала на коленях коронованной особы, разомлев от жары.

– О, ничего, ваше величество! – сокрушенно произнесла Лоретта, опечаленная своими ошибками. – Сегодня утром я невнимательна.

– Без причины такого не бывает, – кротко улыбнулась Мария-Терезия. – Надеюсь, у вас нет неприятностей, дитя мое?

– Никаких, – покачала головой девушка.

– Вероятно, вы влюблены, детка, и скрываете это от нас? – высокомерно промолвила одна из фрейлин, маркиза де Шардо. Эта дама была без ума от сплетен, но мало что смыслила в любви.

– Ну что вы, – возразила Лоретта. – Если бы я была влюблена, я бы так и сказала.

Маркиза де Шардо ей не нравилась – сухая старая дева с вечно поджатыми губами и блеклыми, лишенными всяких украшений волосами. В эпоху вычурных причесок и торжества пышности это казалось более чем странным. Маркиза, возможно, хотела показать, что она не такая, как окружающие. Она сыпала цитатами из Евангелия и все время говорила гадости, выдаваемые за бесценные советы.

– А как же барон д’Оллери, с которым вы танцевали вчера почти весь вечер? – не отставала старая дева. Лоретта дернулась: неужели внимание барона к ее персоне так заметно? Или это маркиза такая наблюдательная? Наверняка шпионила.

– Отчего мне было не станцевать с ним? Барон – милый человек и учтивый кавалер, – Лоретта постаралась свернуть данную тему.

– Однако он из круга его высочества принца Орлеанского, – со значением продолжила мадемуазель де Шардо.

– И что в этом такого? – разозлилась Лоретта.

– Из окружения Месье, вот как? – вмешалась Мария-Терезия, не упустившая ни слова. Собачка на ее коленях зевнула во всю розовую пасть и снова уснула. – Будьте осторожнее, дитя мое.

– Вы зря клевещете на барона, маркиза, – вмешалась молчавшая до сих пор Бланш де Лавуйе. – Я немного знаю его, он достойный шевалье и не дозволяет себе вольностей в отношении дам.

– А вы, как всегда, чересчур добры к людям, – отрезала маркиза, ужасно недовольная тем, что ее не поддерживают.

– Действительно, иначе вы не сидели бы тут, – пробурчала Бланш.

– Дамы, прошу вас! – промолвила королева. – Не стоит устраивать ссору в такой славный день.

Судя по великолепному настроению Марии-Терезии, очередное посещение королем ее спальни прошло незабываемо. Лоретта только диву давалась, как Людовик, при всей его любвеобильности, умудряется сохранять неплохие отношения со всеми женщинами. Они ревновали друг к другу, но не делали пакостей королю. Правда, мадам де Монтеспан была замешана в заговоре отравителей, однако король простил ей это, несмотря на то что подозрения в отношении ее имели вполне реальную почву.

Маркиза поджала губы, и тему на время отложили. Лоретта не сомневалась, что в отсутствие королевы мадемуазель де Шардо продолжит задавать вопросы. Если бы еще знать на них ответы…

За ужином, который проходил в комнатах де Мелиньи, дед почтил внуков своим присутствием. Когда он возник на пороге, Арсен и Лоретта были немало удивлены. Обычно Жером де Мелиньи ужинал вместе с приятелями, такими же желчными стариками, как и он сам. Однако нынче он предпочел общество родных.

– Дедушка, неужели это вы? – с улыбкой приветствовала его Лоретта. – А мы вас не ожидали.

– Я и сам не ждал, что сменяю дружеские посиделки на трапезу в кругу родни, – пробормотал граф де Мелиньи, устраиваясь в любимом кресле. – И что вместо голубей в вине я буду есть салат.

– О, это печально слышать. Что же подвигло вас на такие жертвы? – иронично поинтересовался Арсен.

– Чувство долга, мой мальчик, – раздраженно отозвался дед. – Мне нужно побеседовать с вами обоими, а лучше всего сделать это за ужином – особенно если Лоретта сегодня не трапезничает вместе с фрейлинами, а ты, Арсен, не в карауле.