Аристократ и простушка - Мишель Дуглас

Но пора было отправляться во второй рейс. Арчи покинул Саймона, а на его место в баре заступила Кейт. Саймон мужественно нес свою вахту, разливая бесчисленные порции чая и кофе и прикидывая, сколько литров нужно приготовить, чтобы заслужить внимание хозяйки яхты, которая, находясь теперь практически бок о бок с ним, умудрялась тем не менее избегать всяческих контактов. Нe выдержав, Саймон осведомился:

— Ты всегда наказываешь молчанием тех, на кого сердишься?

От столь прямого вопроса деваться Кейт было некуда, она наконец-то подняла глаза и, скрестив руки на груди, возразила:

— Я не сержусь.

— Да? Если это ты называешь «не сержусь», тогда мне даже страшно представить себе, какова ты в гневе.

— Почему бы нам не помолчать, а то ты пропустишь рассказ Арчи.

Саймону от безысходности хотелось треснуть кулаком по стойке: если бы он только поиграл вчера с Джесси в крикет, все пошло бы по-другому. Сейчас бы она смеялась и шутила сними даже разрешила бы себя поцеловать…

— Кейт, я все это уже слышал, когда экскурсию вела ты для предыдущей группы. Я теперь знаю, что большая часть Нельсон-Бей является заповедной зоной, где нельзя собирать ракушки и рыбачить; что дельфины живут в среднем по сорок лет, а в день съедают по шесть-восемь килограммов рыбы и что теперь мы проплываем Шоал-Бей, а затем покажутся Чайные Плантации.

Кейт, прищурившись, посмотрела на него и отвернулась. Саймон досадливо закрыл глаза и почувствовал ее легкий аромат, который навевал мысли о солнце и подсолнухах. Запахи моря и кокосового крема для загара только усиливали чувственность аромата и невероятное возбуждение, которое он вызвал в Саймоне. С трудом он открыл глаза, пытаясь совладать с охватившим его волнением.

— Кейт, мне очень жаль, что вчера я не смог поиграть с Джесси. Просто у меня были дела, мне надо было сделать пару звонков и отправить несколько писем. Поместье требует постоянного внимания. И кроме того, я очень устал от долгого перелета. — Саймон надеялся, что его жалкая попытка оправдаться растопит сердце Кейт.

— Прекрасно. Вот так и надо было сказать. Самое неприятное даже не то, что ты отказался играть с Джесси, хотя Фелиция постоянно играла с ним то в крикет, то в футбол и он надеялся, что и с ее братом будет так же весело. Неприятно то, как ты это обставил, — в раздражении и обиде Кейт ткнула его кулаком в грудь. От этого неожиданного прикосновения оба замерли. Желание разлилось по телу Саймона. И во взгляде Кейт он прочел ту же реакцию. Собрав волю в кулак, чтобы не наброситься на девушку здесь же и сейчас же, он сглотнул и с трудом заставил себя вернуться к разговору:

— А как я это обставил? — Он не помнил ничего, кроме вспышки паники.

— Ты даже не помнишь? На лице у тебя были ужас и отвращение, и ты так рявкнул «Нет», что даже я испугалась, что уж говорить о ребенке! Как бы ты почувствовал себя, если бы я так отреагировала, например, на твое приглашение поужинать? С детьми тоже нужно соблюдать хотя бы минимальные правила вежливости!

Саймон поморщился от нарисованной ею картины, ему стало стыдно за себя.

— Кейт, мне честно очень жаль, извини. Я не думал обидеть или напугать Джесси, — он не мог найти слова, чтобы объяснить свое поведение даже себе самому. — Я извинюсь перед ним.

— Нет, не нужно. И вообще держись от него подальше и не морочь ему голову.

— Хорошо. — Саймон понимал, что так будет лучше. Но как же это тяжело и неприятно. — Только я вовсе не собираюсь никому морочить голову.

Но Кейт уже отвернулась и занялась своими делами.

Когда подходил к концу третий рейс, голова у Кейт раскалывалась от боли. Ее не отпускало напряжение и повсюду преследовал запах лосьона Саймона, не давая забыть об англичанине. Девушка не могла дождаться, когда же наконец день закончится. Хорошо, что все выходные Джесси проведет с отцом и не будет наблюдать за натянутыми отношениями, установившимися между ней и Саймоном. Не надо притворяться, что все хорошо, вести непринужденные беседы и бояться, что гость вновь выкинет что-то резкое и обидит Джесси. Хотя, похоже, он действительно попросту не ведал, что творит. А когда понял, искренне раскаялся. Правда, не стоит себя этим утешать. Ее первое впечатление о Саймоне оказалось ошибочным. Вообще не стоит думать об этом мужчине.

Однако в отсутствии Джесси была и оборотная сторона — Кейт и Саймон остаются наедине. Главное, не паниковать. Главное, не забывать, что Саймон — английский лорд и не любит детей, а она — мать-одиночка, обожающая сына. Они слишком разные…

Отвлекшись от своих мыслей, Кейт окинула взглядом пассажиров. Туристы явно наслаждались морской прогулкой. Все, кроме одного бедолаги сидевшего недалеко от нее с несчастным, посеревшим лицом. Вообще-то море было совершенно спокойным, но, как говаривал отец Кейт, некоторых приступ морской болезни может настигнуть даже в ванной. Жена страдальца ничего не замечала, поскольку любовалась пейзажем. Кейт наклонилась к туристу и предложила ему пройти на открытую палубу подышать, а также указала на бумажные пакеты, приготовленные на всякий случай. До пристани оставалось еще десять минут пути.

Пассажир кивнул, поднялся было с места, но резко изменился в лице, застонал и, схватившись за сердце, покачнулся. Кейт бросила руль управления и кинулась на помощь. Удержать мужчину было нелегко, и она мягко и осторожно помогла ему опуститься на пол. Жена туриста бросилась к ним, но помощи от нее было мало, она лишь суетилась и причитала. По громкоговорителю Кейт вызвала Арчи, чтобы он вел яхту и вызвал «Скорую помощь», и повернулась к больному. Судя по всему, его свалил сердечный приступ.

Кейт каждые два года сдавала экзамен по оказанию первой помощи и теоретически была готова к подобным ситуациям, но, конечно, надеялась, что никогда с ними не столкнется. Девушку прошиб холодный пот, однако нужно было что-то предпринимать. Она пыталась призвать остальных пассажиров разойтись, чтобы дать пострадавшему доступ свежего воздуха, но голос ее звучал малоубедительно, ей никак не удавалось взять ситуацию под контроль. Тут появился Саймон и каким-то чудом, легко и непринужденно, заставил всех любопытных отступить и вернуться на места. Он также привел в чувство супругу сердечника, та прекратила истерику и перестала допрашивать Кейт, которая смогла наконец сообщить на берег по рации симптомы болезни у пассажира. Присутствие Саймона, его спокойствие и уверенность помогли ей взять себя в руки. Она по громкоговорителю вкратце сообщила всем пассажирам о происшествии и о том, что через пару минут они прибудут в порт.

Наконец рейс завершился, бедолагу и его жену увезла «Скорая помощь». Кейт искренне поблагодарила Саймона за помощь.

— То, что ты сделал, Саймон, это… это…

— Всего лишь управление толпой, Кейт.

— Разве этого мало?

— Кейт, это ты молодец, ты все сделала правильно. Рад, что сумел помочь.

Кейт чувствовала, что без него не справилась бы. Они сработали как единая команда. Однако это не должно ничего изменить в их отношениях.