Одна во всей вселенной - Эва Киншоу

Люси подождала, пока принесут напитки – бокал вина для нее и пиво для Винса.

– Продюсер сказал, что я вполне естественно держусь перед камерой, если не нервничаю. Не могу сказать, чтобы я была с ним полностью согласна, – сморщила она нос. – На самом деле актриса из меня никакая.

– Но тебе удалось вдохнуть в действие немного жизни после моего ухода?

– Да.

– Вот и чудесно. Ну что, сделаем заказ?

– Сначала я должна кое-что сказать тебе, – быстро произнесла Люси. – Между нами словно черная кошка пробежала… Но не жди, что я буду сетовать по этому поводу. Мы оба знаем, почему заключили брак друг с другом, и я по-прежнему не собираюсь становиться твоей послушной женушкой.

– И заниматься со мной горячим сексом тоже, насколько я понимаю? Хотя на днях ты довольно сильно разгорячилась в моих объятиях, – негромко, с ленцой протянул Винс. – Мне показалось, что ты вспыхнула такой же страстью… как я сам.

Люси с некоторым беспокойством огляделась.

– Тебе именно здесь нужно обсуждать подобные вещи?

Темные глаза Винса блеснули дьявольским лукавством.

– А ты бы предпочла, чтобы мы сейчас находились дома, наедине?

Люси моментально вспомнила все, что было связано с тем незабываемым днем, когда ее пытались похитить, и потупила взгляд. Она всем своим существом ощущала напряжение, возникшее сейчас между нею и Винсом. Казалось, их обоих накрыло невидимым наэлектризованным колпаком, на поверхности которого беспрестанно потрескивают разряды.

В льняном светло-бежевом пиджаке, кремовой рубашке и белых джинсах Винс Клементи являл собой образец мужчины, о котором мечтают многие женщины. Однако для Люси реальность оказалась гораздо более эротичной, опасной и менее поддающейся контролю, чем можно было вообразить.

Ей пришло в голову, что она может быть сколько угодно влюблена в Винса, но удастся ли ей когда-нибудь соответствовать его представлениям о женщине? В двадцать один год Люси все еще оставалась девственницей. Родители, образно выражаясь, постоянно держали ее на коротком поводке из-за вечной боязни, что она угодит в лапы какого-нибудь охотника за приданым…

С другой стороны, если не принимать во внимание чувственный аспект, жить с Винсом ей было легко и приятно.

Люси облизнула губы и произнесла первое, что пришло ей в голову, лишь бы не молчать:

– Никогда не встречала в Майами столько бородатых и татуированных мужчин, сколько вижу в этом яхт-клубе.

Винс опешил от подобной перемены темы разговора, потом рассмеялся.

– Ну и хитра же ты, детка! Означает ли это, что ты сдаешься?

Люси тряхнула головой.

– Честно говоря, я не совсем понимаю, что за битва между нами происходит. Наши отношения становятся все более запутанными.

– Этого можно легко избежать.

– Винс… – Несколько мгновений Люси смотрела на него, борясь с сильнейшим искушением нарушить данное себе самой обещание и отдаться ему душой и телом, но в последний момент перед ее внутренним взором вспыхнул образ златовласой Синди Букер. – Понимаешь, всю жизнь мне твердили, что я должна делать и как поступать. Мои близкие были уверены, что лучше знают, что для меня хорошо, а что плохо. – Она вздохнула. – И хотя я по-прежнему питаю любовь и уважение к родственникам, у меня появилась потребность самой принимать решения. Иначе мне просто не суждено состояться как личности. Можешь ли ты это понять?

Винс прервал свое занятие – он рассматривал жену, пока та говорила, – и перевел взгляд на бухту, заполненную слегка покачивающимися на волнах яхтами.

– Могу. Если тебе требуется еще немного времени, я согласен подождать. Разрушение нашего брака не входит в мои планы. Только не нужно окрашивать наши отношения в столь мрачные тона. – Повернувшись к Люси, Винс вдруг улыбнулся, и она невольно замерла, восхищенно затаив дыхание. – Как только закончатся съемки, отправимся в Техас, – добавил он.

Следующие две недели Люси провела в приятной суете. Вместе с Винсом и съемочной группой она отправилась в окрестности Уэст-Палм-Бич, где находилась одна из живописных жемчужных ферм. Это место являлось не только идеальным для съемок, там было просто приятно проводить время. В бухте стояла на якоре большая морская яхта с командой и всем оснащением, принадлежащая Терезе Клементи. В свободное от съемок время Винс и Люси отправлялись на лодке вверх по реке в направлении озера Окичоби.

Однажды, когда они остановились порыбачить с удочками, Люси померещилось, что дрейфующее в некотором отдалении от лодки бревно вдруг пошевелилось. Через минуту она с изумлением увидела открывшийся глаз, после чего «бревно» неспешно двинулось прочь от людей.

– Крокодил, – прошептал Винс. – Честно говоря, я не верил рассказам очевидцев, якобы сталкивавшихся с ними в этих местах.

– Но откуда берутся эти твари? – Люси задрожала, представив на миг, чем могла закончиться подобная встреча.

– Трудно сказать. Есть версия, что крокодилы приплывают по морю с островов. Возможно, этот сбежал из какого-нибудь кубинского питомника.

Тут поплавок находившейся в руках Люси удочки ушел под воду, и она, забыв обо всех крокодилах на свете, принялась тащить рыбу, причем наотрез отказалась от помощи Винса. Ей попалась достаточно крупная рыбина, сантиметров семьдесят в длину. Вечером они зажарили добычу Люси на костре.

В другой раз они устроили пикник на берегу моря среди живописных скал. Люси в солнцезащитных очках, в зеленой блузке и коричневых шортах, надетых поверх купальника, вскарабкалась повыше и устроилась среди камней.

Стоял ясный солнечный день – впрочем, похожий на все остальные. Люси взглянула в голубую высь и вздохнула полной грудью.

– Нравятся мне эти места! Мы словно одни в целом мире, правда? – мечтательно произнесла она, покосившись вниз, на Винса. – Какое странное и волнующее ощущение…

Винс кивнул.

– Я тоже испытываю нечто подобное.

Люси подняла бровь. Его ответ удивил ее. Тем временем Винс наполнил две чашки чаем из термоса.

– Самое приятное то, что твое доброе отношение к этому уголку нашло отражение в фильме, который мы снимаем, – заметил он с усмешкой. – Между прочим, своим энтузиазмом и искренним интересом ты завоевала расположение работников моей жемчужной фермы.

Люси состроила смешную гримасу.

– Рада слышать, что ты не зря меня содержишь!

Винс пропустил ее замечание мимо ушей.

– Наверное, следует почаще привозить тебя сюда. Моральное состояние людей, постоянно занимающихся погружениями под воду – что всегда содержит долю риска, – очень немаловажный фактор. Хоть я и применяю все современные технологии, но иной раз не обходится без трагических случайностей.

Люси помрачнела.

– Я недавно читала об одной бухте, со дна которой порой удавалось поднять раковины с особенно крупными жемчужинами. Проблема заключалась в том, что в этом месте было очень глубоко. В те времена никаких аквалангов еще не изобрели, и многие отчаянные головы ныряли как есть, без снаряжения. Поэтому местные жители прозвали ее Подводным кладбищем – столько народу осталось лежать там на дне!