Свадьба со взломом - Сандра Джоунс

– На что я рассчитывала? – Она подняла на него глаза. – Я думала, что поживу у вас в доме, пока все не уляжется.

– Но почему именно в моем доме?

– Потому что я думала, что здесь никто не живет. Я всю неделю гуляла по пляжу, и ваш дом мне очень понравился. На окнах герань. – Она опустила глаза. – А когда подошла поближе, заметила, что одно окно неплотно закрыто. Я подумала: приподниму раму и залезу внутрь. Так я и сделала…

– Значит, вы сознательно выбрали мой дом…

Флоренс усмехнулась.

– Каюсь! Сознательно и умышленно. Просто мне не повезло: владелец, как назло, надумал вернуться. Этого я не учла.

– Впору извиняться, что нарушил вам все планы! – Мейсон хмыкнул. – Ведь если бы не я, вы отлично провели бы тут время.

– Что верно, то верно. – Флоренс окинула взглядом маленькую уютную кухню. – Уверяю вас, я ничего не испортила бы.

– Теперь мы этого не узнаем, – тихо сказал он.

Флоренс удивленно вскинула брови, но Мейсон отвернулся и встал из-за стола, и она не успела разглядеть выражение его лица.

– Ну что ж, поскольку вы уже здесь, – буркнул он, стоя к ней спиной, – оставайтесь, сколько вам нужно. Пока не захотите вернуться.

Он вышел из кухни, а она, опешив, смотрела ему вслед. Ведь именно этого она и хотела: вот она, тихая пристань… Теперь ей есть, где собраться с мыслями. Почему же она не чувствует ни радости, ни благодарности?

Здесь что-то не так… Как он сказал? Пока не захотите вернуться? И куда же, по его мнению, она собралась возвращаться? Мейсон так и не сказал, что думает по поводу ее пребывания здесь. Встав из-за стола, Флоренс отправилась за ним.

Мейсон уже заканчивал убирать постель, и помогать ему было поздно, но Флоренс подошла к креслу и принялась складывать плед.

– Постараюсь не попадаться вам на глаза, – бодрым голоском пообещала она. – Ведь вы приехали отдохнуть. Вот увидите, я не стану вам мешать. Вы только дайте мне знать, что собираетесь делать, и я не буду путаться у вас под ногами.

– Не беспокойтесь! Я сделаю все, что в моих силах, лишь бы не сталкиваться с вами нос к носу.

Его грубость обидела Флоренс. В конце концов, ничего обидного она не сказала. И вообще, хотела как лучше. Ну, зачем он так? Она резко выпрямилась и, бросив плед на кресло, повернулась к нему, а он в этот момент тоже выпрямился, и они столкнулись. Он, чуть не сшиб ее с ног. Флоренс, потеряв равновесие, обеими руками вцепилась в его тенниску, а Мейсон, желая поддержать ее, случайно коснулся рукой ее груди.

Флоренс отпрянула: ей показалось, будто ее пронзило током. Она уставилась на него своими серыми глазищами, но не двинулась с места.

Мейсон рассвирепел.

– Может, хватит? – рявкнул он, кляня себя за неосторожность. Он коснулся ее не нарочно, и теперь она явно переигрывает, изображая испуг.

– Что – хватит? – опешив, спросила Флоренс. Она еще не пришла в себя. – Это вы меня схватили.

Ну и что? Зачем устраивать из этого целое событие? Вот ломака! Сама залезла к нему в постель, а теперь строит из себя недотрогу! Мейсон хотел повернуться и уйти, но почему-то не ушел, а стоял слишком близко к ней и не мог сдвинуться с места, словно она держала его в магнитном поле.

– Случайно, – отрезал он, пристально глядя на нее сверху вниз.

– Неужели? – Флоренс с вызовом вздернула подбородок и встретила его взгляд. Она прекрасно понимала, что это произошло нечаянно, но уже не могла остановиться.

– Когда мне хочется обнять женщину, я так и делаю. – Глаза у него потемнели, а руки сжались в кулаки. – Я в поддавки не играю.

Флоренс смотрела на его упрямо сжатый рот и чувствовала, как в ней растет возбуждение.

– Вы слишком самоуверенны! – парировала она: не могла же она допустить, чтобы последнее слово осталось за ним!

– Да. И не скрываю этого, – тихо сказал Мейсон, пристально глядя ей в глаза.

По спине у Флоренс бегали мурашки, лицо горело… Разумом она понимала, что должна остановиться, но какой-то своенравный бесенок так и подначивал ее продолжать игру: ведь игра с каждой минутой становится все рискованнее и интереснее.

Флоренс еще ни разу не испытывала столь сильных ощущений. Ей казалось, будто она идет по канату, натянутому над пропастью…

– Вот как? А мне сдается, что все это маска, – сделала она следующий ход.

– Какая еще маска? – опешил Мейсон. – Что вы имеете в виду?

Флоренс понимала, что нужно отодвинуться от него подальше, но вместо этого взяла и придвинулась еще ближе, словно бросая ему вызов. Теперь они едва не касались друг друга.

– А вы не понимаете? – усомнилась Флоренс. – Полагаю, женщины вам безразличны. Вернее, вы питаете к ним отвращение.

Мейсон прищурился. Он понимал: она его провоцирует. Не на такого напала! Он не попадется на крючок. Сейчас рассмеется и отойдет подальше. Однако по какой-то неясной ему самому причине он этого так и не сделал.

– Ошибаетесь! – со злостью выдохнул он. – Я вовсе не женоненавистник. – Он схватил ее за плечи, заглянул в глаза и понял, что хочет ее поцеловать. – Просто я терпеть не могу капризных светских дамочек, – сказал он, стараясь убедить себя самого.

– Потому что они вам не по зубам? – Флоренс чуть подалась вперед и подняла к нему лицо. – А может, боитесь, что вы не в моем вкусе?

Мейсон притянул ее к себе и залепил рот поцелуем. Губы у него были властные, горячие и сердитые. Флоренс ответила на поцелуй. Его жар передался ей, и она почувствовала, что под его напором тает.

Мейсон целовал ее так, как никто ее еще никогда не целовал – разжигая кровь и вызывая трепет, какой испытываешь разве что катаясь на «русских горках».

Флоренс не была обделена вниманием со стороны мужского пола, но подобного опыта у нее не было. Она привыкла к развлечениям, но не к страсти.

А в поцелуе Мейсона было что-то первобытное. Он оглушил ее и даже испугал, обжег уверенностью, что ей захочется большего. И очень скоро.

Внезапно Мейсон оторвался от ее губ, отстранился и, отерев рот ладонью, взглянул на нее потемневшими от гнева глазами.

– Как же я попался! – пробормотал он.

Флоренс зажмурилась, словно пробуждаясь от сладкого сна, и шепнула:

– Ловко я вас подловила!

Мейсон открыл рот что-то сказать, но передумал. Он так и знал: стоит появиться женщине в доме – и спокойной жизни конец. Сейчас примется его соблазнять, а он не хочет сближаться с женщиной. С него хватит. Нужно задушить все в зародыше.

Флоренс молча наблюдала за ним. Поцелуй привел его в смятение, и она не могла взять в толк, в чем тут дело. Ей захотелось коснуться его руки, погладить и успокоить. Ну и зануда же этот юрист! Тоже мне законник… Надо сказать ему, что, мол, ничего особенного не произошло, все в порядке, а этот поцелуй ничего не значит.