Граф-затворник - Элизабет Бикон

– Что тут происходит? – раздался вдруг раздраженный мужской голос.

Хорошо, она не успела еще что-то сказать вслух неодушевленным предметам, иначе выставила бы себя окончательной идиоткой.

– Как вы, черт подери, тут оказались? – с негодованием поинтересовалась она у появившегося Александра Фортина.

Тот в самый решающий момент помешал ее мыслям.

– Я был приглашен, помните? – резко вопросил он, и Персефона вспомнила, что Джек предоставил своему шаферу в пользование личные апартаменты на случай, если тот решит загоститься.

После свадьбы кузен в них уже не нуждался и потому предложил лорду Калверкоуму ими воспользоваться. И даже, как он сказал, притвориться, будто тот в своем неприступном уэльском замке, если от этого ему будет легче. Джек, как правило, не потакал капризам своих знакомых, но сейчас отнесся с большой чуткостью к желанию своего друга максимально избегать чужих взглядов. Впрочем, Персефона неохотно признавала: в данном случае неприязнь к любопытному, а то и сочувственному вниманию – это не просто прихоть.

– Да, я помню, – рассеянно согласилась она, а про себя пожелала, чтобы он побыстрее ушел. Она не может думать в присутствии этакого римского полководца в боевых шрамах.

– Может, вы скажете мне наконец, что случилось? – безапелляционно поинтересовался он, словно вместе с покоями Джека получил и его власть.

– С чего вы решили, что что-то случилось? – с раздражением вскинулась Персефона.

– А что еще я могу подумать? Сначала сын главного герцогского конюха на всех парах мчится к домику дворецкого. Затем уже сам дворецкий по какому-то срочному делу влетает в хозяйский дом, а у вас потрясенное выражение лица. Объясните, что происходит! – потребовал граф, он даже не пытался изображать вежливого гостя и притворяться, будто это не его дело.

– Я занята, – быстро объяснила она свою невежливость.

Персефона нетерпеливо подумала: «Сейчас нет ни времени, ни сил ходить на цыпочках вокруг колючего и раздражительного приятеля Джека и нет необходимости доверить ему всю эту ужасающую ситуацию». Граф насмешливо посмотрел на ее безжалостно скрученные юбки и сапоги для верховой езды и вопросительно поднял брови. Но Персефона не желала расправлять юбки и рисковать в них запутаться, лишь бы доказать ему, что она благовоспитанная леди.

– Неужели вы и дальше собираетесь слоняться по этому кабинету и заламывать руки? Полагаю, вам стоит переодеться, иначе вы споткнетесь и упадете, – сказал он, словно она сама не могла додуматься.

– А вам стоит хоть раз поступить по-джентльменски и оставить меня одну, – резко ответила она.

– Не раньше, чем вы расскажете обо всем здесь происходящем, – сообщил граф и оперся руками на стол Джека с таким видом, словно собирался провести тут хоть целый день.

– Вас это не касается. Да почему вас это вообще заботит? Когда вы в июне сюда приехали, вы ведь считали: Джек замешан в похищении вашей драгоценной племянницы, верно? Меня мало волнуют ваши мысли о нас, милорд, но Джек слишком благороден, чтобы похищать или держать у себя какую-то леди против ее воли.

– Вопрос немного жестокий и не слишком изящный, но вполне справедливый, – отстраненно проговорил он.

– Благодарю. Так каков же ответ?

– Так или иначе, но наши семьи одинаково благородны. Признаю: я тогда ошибался.

– Уверена, когда Джек это услышит, испытает глубокое удовлетворение.

– Он уже слышал и отнесся ко мне куда с большим великодушием и всепрощением. Так вы все-таки скажете мне, что у вас произошло, мисс Сиборн? Время уходит впустую. Кроме того, вы явно скрываете случившееся от матери, ибо я не вижу, чтобы кто-то искал решение в ответ на известие Брандта и неотложную проблему Гивиджа. В отсутствие Джека это было бы неизбежно.

– Очень мило с вашей стороны мне об этом напомнить, – бросила Персефона, испытывая жгучее желание походить туда-сюда по комнате. Она даже захотела побить кулаками его каменную грудь, пока он не уберется с пути и не оставит ее в покое. Но в итоге отказалась от этой мысли, боясь сделать себе только хуже.

– Так что же произошло? Если вы знаете, что случилось, почему не начали срочно заниматься поиском решения?

– С чего вы взяли, что я не ищу решение? Ищу, но один неверный шаг может все разрушить, – добавила она с ощущением тяжкой ответственности на своих плечах.

– Так расскажите мне, – мягко, но настойчиво повторил граф. Он предлагал ей свою силу и серьезный опыт, на секунду вновь открывая истинного человека, скрытого за циничным и безразличным фасадом.

Похоже, он уверен, что сумеет заграбастать дело в свои руки, как только она выполнит просьбу и расскажет ему печальную историю. Персефона подумала: «Это, вероятно, и не так плохо, но все-таки у него есть собственные и весьма сильные мотивы. Если все рассказать, он может броситься в погоню за своей племянницей и Ричем, а отнюдь не на помощь Маркусу. А если я буду держать рот на замке, Гивидж или Джо Брандт наверняка все равно расскажут ему о перстне Рича. А граф – воин, даже если временами кажется, что он себя за это ненавидит. Браться за выполнение невозможного и побеждать – его профессия».

– И зачем мне это делать? – спросила она в надежде выиграть немного времени и подумать.

– Потому что я офицер разведки и в любом случае все выясню. Просто, если вы с самого начала расскажете мне правду, это сэкономит время и упростит задачу.

– Это касается не только меня.

– А, так значит, ваши родственники впутались в какую-то новую авантюру? – бесцеремонно спросил он.